Полигон - Руслан Мельников

– Какой толчок? Какая реакция? Какая программа? – выпалил Денис.

– Да не знаю я! Не-зна-ю! Никто этого не знает, кроме самого Кожина. В том-то все и дело. Основное предназначение чипа-маяка – в принудительном вызове естественной реакции. Однако у него имеется и другая функция. Чип – это не только кнопка запуска, это еще и сдерживающий фактор, регулируемый барьер. Предохранитель.

– Предохранитель?

– Именно. Защита от незапланированной, случайной активизации заложенной рефлекс-программы в том случае, если расчетная реакция организма подключенного объекта возникнет не по сигналу с операторского компьютера, а от какого-либо внешнего воздействия, идентичного этому сигналу.

– А попонятнее как-нибудь можно?

– Легко. Предохранителя больше нет. Программа Кожина теперь может запуститься самопроизвольно. Когда, как и почему – этого нам предугадать не дано.

– Ты не сказал об этом сразу. Когда Юлька удаляла чип…

– А если бы сказал, что бы это изменило?

Ничего. Наверное… В первую очередь им нужно было отсечь Ирину от внешнего управления. Но…

– Если ты ошибаешься?

– В чем?

– Во всем?

– Послушай, Кожин не стал бы отпускать с Эшафота смертника, который в дальнейшем не сослужит ему службу. Хотя бы поневоле.

– А отпустив Ирину… Чего он хотел этим добиться?

– Трудно сказать. Могу только предполагать. Представь: девчонка-смертница, чью физиономию показали всему городу и публично помиловали на Эшафоте, идет по улицам. Разумеется, на такое чудо будет оглядываться каждый встречный-поперечный. На нее будут пялиться из каждого окна. О ней будут сплетничать. Везде, по всему району.

– И что с того?

– Я думаю, Кожин знает о твоем отношении к Ирине. Наверняка после вашей совместной ночной прогулки девчонка сообщила послу, что ты к ней неравнодушен.

– Неравнодушен? Да с чего ты…

– Брось, Денис, это ж видно невооруженным глазом.

В самом деле? Нет, по большому счету-то, орг нрав – да, Денис засматривался на Ночку. Еще с первой их встречи. Но он и не предполагал, что это так сильно бросается в глаза.

– А периметровские секретарши – не дуры, – продолжал группировщик. – Особенно те, которых выбирает себе в помощницы Павел Алексеевич. То, что она зацепила тебя на спецзадании, – это лишний балл в ее послужном списке. Такие баллы не скрывают, наоборот, их принято пихать в отчет. Так что твоя Ночка доложила обо всем – не сомневайся.

– Баллы? – Денис отвел взгляд. – У них тоже – баллы?

– У всех свои баллы.

– А хоть бы и так, – он вскинул голову, – какое это имеет значение?!

– Все еще не понимаешь? Ее выпустили, чтобы поймать тебя. На живца поймать. А после – через тебя – выйти на нас. Кожин понимает: сегодня весь город будет говорить об амнистии и отпущенной смертнице, свободно разгуливающей по улицам. Вероятность того, что эти слухи дойдут до тебя, довольно велика. А когда дойдут… Разве ты бы не попытался встретиться с Ириной.

Денис задумался. Да, наверное, он предпринял бы такую попытку. Может не сразу, может, чуть погодя, но…

– И во время встречи Дениса с ней… – вмешалась в разговор побледневшая Юлька, – или ее с нами… вот тогда бы Кожин и запустил через чип свою программу… Какую-нибудь программу на уничтожение, да?

– Умница, – похвалил Николай. – Соображаешь.

– А теперь, без чипа-предохранителя, – морщила лоб Юла, – когда даже Кожин не может контролировать эту программу…

Она не закончила. Слово снова взял оргский пахан:

– В общем, я считаю…

И сделал выразительную паузу, глядя на Дениса.

– Что? – проглотил Денис ком в горле.

– Убрать нужно твою Ночку. Пока не поздно. Пока не произошло самопроизвольного запуска рефлекс-программы, о которой мы ничего не знаем. Да и вообще… Не верю я ей.

* * *

Убрать Ночку… Приговор прозвучал жестко и безапелляционно. Денис заглянул в глаза Волку. И – ничего не разглядел в тусклом отблеске стали.

– Интересно, где этому учат – в гвардии или у оргов?

– Какая гва… – не удержался Чмо.

– Молчать! – приказал Николай.

Кому? Чмо? Денису? Глаза пахана сузились. Сталь в щелочках-амбразурах блеснула угрожающе. Чмо заткнулся. Денис повторил вопрос:

– Так где же?

– Чему? Учат?

Николай смотрел на него в упор. Денис глаз не отводил.

– Сначала улыбаться человеку, обещать, что все будет хорошо, а потом – готовить убийство за его спиной.

– Ах, это… Этому я научился у Кожина. Полезная наука… А от Ирины нам все равно придется избавляться. И чем раньше – тем лучше.

– Ну, уж нет. Раз уж ты не убил ее сразу…

– На то были причины, Денис. Я ведь объяснял: о смерти носителя, из которого не удален чип-маяк, сразу станет известно Кожину. Тогда – жди штурмовую группу федералов. Посол наверняка захотел бы разобраться, что тут произошло.

– Ага, значит, тебе нужно было сначала избавиться от чипа…

– Нужно было… – согласился орг.

– А теперь?

– Теперь можно избавляться от объекта. Нужно избавляться.

– Я не хочу, чтобы Ирина умерла, – четко проговаривая слова, произнес Денис.

– Тогда тебе придется умереть вместе с ней, – пожал плечами Николай. – Впрочем, если желаешь, можем проголосовать. Кто за то, чтобы устранить девчонку?

Чмо вскинул руку сразу, опередив пахана. Юлька виновато взглянула на Дениса:

– День, так, наверное, правда, будет лучше для нас. И безопаснее. Я боюсь ее.

И тоже подняла руку. Опустив глаза.

– Я не хочу, чтобы… – упрямо начал Денис.

– Это уже не обсуждается, – прервал Николай. – Игры в демократию кончились. Хотите выжить – слушайтесь меня. А нет – я сам помогу вам сдохнуть.

– Погоди-погоди… – пытался возражать Денис.

– Все! – шикнул орг. – Девчонку проехали. Есть другая проблема – поважнее. Твоя подружка сказала, что Кожин готовится к отъезду из города. По-моему, это эвакуация.

– Что?! – пискнула Юлька. – Уже?!

– Да. Ростовску осталось жить ровно столько, столько потребуется для демонтажа лабораторного оборудования с базы «Мертвого рая» и удаления Каравана на безопасное расстояние от города. Времени не много, но и не мало, если использовать его с толком.

Чмо недоуменно вертел головой. Чмо по-прежнему ничего не понимал, но сам заговорить не решался. А просвещать его не спешили. Волчий вожак говорил сейчас не с шестеркой – с бывшими следаками: