Черный рассвет - Сергей Москвин

Внезапно родившийся вопрос бросил Тимофея в дрожь. След на земле был длиннее и шире отпечатка медвежьей лапы. Он мог принадлежать только очень крупному животному. Но в сибирских лесах нет крупных двупалых хищников! Если они вообще существуют в природе. Тимофей не знал этого наверняка. Но что не оставляло сомнений, так это то, что он должен непременно показать отпечаток Хитеру и остальным. Может быть, тогда Хитер прислушается к нему и согласится повернуть назад. И чем скорее он это сделает, тем лучше. Если поблизости бродят такие… монстры, оставаться здесь смертельно опасно.

Тимофей медленно попятился назад, потом развернулся и со всех ног бросился обратно на берег.

* * *

Не заметить след было просто невозможно – Хитер увидел его еще за пару метров до родника. Глубокий и четкий, он сразу бросался в глаза любому, кто приходил на родник. С выбором места Тимми явно перестарался.

– Ну и чем ты это сделал?

– Что сделал? – изобразил непонимание Тимка или правда не понял, что его уловка раскрыта.

Хитер рассмеялся ему в лицо.

– Отпечаток! Чем ты его выдавил?

– Ты думаешь, я вас разыгрываю?! – обиделся Тимка и, как в детстве, выпятил нижнюю губу. Но Хитер не собирался щадить его.

– А то нет? – насмешливо переспросил он. – Пришел сюда пораньше, проковырял в земле отпечаток пострашнее, а потом прибежал в лагерь. «Спасайтесь! Чудище лесное!»

– Я ничего не ковырял! Это настоящий след! – набычился Тимка.

– Ладно, хватит, – отмахнулся Хитер. – Концерт окончен. Идем собирать вещи. Нам давно пора отплывать.

Подавая пример остальным, он повернул к лагерю, но Тим неожиданно заступил ему дорогу.

– Мы плывем назад!

– И кто это решил?

Спор вполне можно было разрешить миром. Во всяком случае Хитер очень на это надеялся. Но Тим попер на рожон.

– Ты сам сказал накануне, что в случае реальной опасности мы повернем назад.

Тим, как всегда, по-своему истолковал его слова. Но спорить с ним было бесполезно. Хитер даже не стал тратить время, а вместо этого обратился к Федулу:

– Федор, не обращай внимания на закидоны моего братца. У него иногда случается.

Чтобы не объяснять причины Тимкиного упрямства, Хитер покрутил рукой у виска – жест более чем понятный Федулу. Но тот, вместо того чтобы усмехнуться или просто промолчать, неожиданно сказал:

– Может, и в самом деле… вернуться?

Хитер не поверил своим ушам. От кого, от кого, но от Федула он никак не ожидал подобных заявлений. Когда только тот заразился Тимкиной паникой?

– А деньги? – пробормотал Хитер. От растерянности в голову не пришло ничего более умного.

– Десять тыщ, конечно, хорошие деньги, – согласился Федул, – да только стремно все это.

– Двадцать. Двадцать тысяч, если проведешь к метеориту!

Федул поднял на него глаза, проверяя: врет или нет. Понял, что нет, и принялся чесать подбородок, колючий от многодневной щетины. Он еще ничего не ответил, но по алчно блеснувшим глазам аборигена Хитер понял, что тот согласится. Так и случилось. Федул тряхнул головой, отгоняя сомнение, взмахнул кулаком и сказал:

– Эх, ладно! Но, чур, уговор: не задерживаться! Отыщем место, снимете, чего вам надо, и сразу назад.

– Без вопросов, – Хитер протянул лодочнику руку, и тот уже без колебаний пожал ее.

– Опомнись! – воскликнул Тим, пытаясь вклиниться между ними и оттолкнуть Федула. – Твоя жадность может нам всем дорого обойтись! Не думаешь о себе, так подумай хотя бы о Наташе!

Натаха, до того не принимавшая участия в споре, испуганно захлопала глазами. Но ее скорее напугала возможность потасовки между ними, чем глупые опасения Тимми. Драться с братом Хитер, разумеется, не стал – слава богу, оба уже вышли из детского возраста, но напомнить о договоренности с Натахой пришлось.

– Натали хочет сделать репортаж с места падения метеорита, и мы обещали ей в этом помочь. Ты первый обещал. Забыл?

Тим повернулся к ней.

– Наташа, неужели тебе так нужен этот репортаж, что ради него ты даже готова рискнуть собственной жизнью?

Она кивнула.

– Если я не сделаю его, то так и останусь заштатным редактором. Это мой шанс пробиться в большую журналистику. И потом, – она улыбнулась, – я надеюсь, вы сумеете меня защитить.

Молодец девчонка! Хитер готов был расцеловать ее за такую поддержку. Впрочем, у него еще будет время сделать это.

После такого заявления Тиму и крыть стало нечем. Он сразу сник, повесил голову и, пока сворачивали лагерь, до самого отплытия больше не произнес ни слова. Озвученная Натахой твердая позиция раз и навсегда положила конец его демаршам. Что в самом деле удивляло, так это более чем странное поведение Федула, и в лодке, когда брат уж не мог подслушать его слова, Хитер вновь вернулся к прерванному разговору.

– Слушай, Федь, – выбрав момент, обратился он к сидящему у руля проводнику. – А ты правда сдрейфил или просто решил лишних бабок срубить?

Тот ответил не сразу. Хитеру пришлось довольно долго ждать. Да и сам ответ Федула только добавил вопросов.

– Вы люди городские, тайги не знаете. А есть в тайге такие места, куда действительно лучше не соваться. – Он замолчал. Хитер уже решил, что продолжения не будет, но через минуту Федул заговорил опять: – Вот, например, Чертово озеро, километров сорок к востоку от Неры. Богатое место: рыба, дичь, всего вдоволь. Только наши туда не ходят. Даже егеря обходят стороной. Старики говорят: место там гиблое. А один из наших нерских мужиков соблазнился. Ружье, сети, палатку, лодку надувную резиновую, вроде вашей, только одноместную, прихватил. Ну и пошел. В позапрошлом году это было, вот также весной. С тех пор никто того мужичка не видел. Первую неделю-то в поселке не особенно беспокоились. Охотник он опытный и в тайге не раз бывал. Но когда уж и вторая неделя прошла, заволновались. Решили, так на так, а надо кому-то на Чертово озеро сходить, проверить. Отправились впятером: я и еще четыре наших мужика. Пришли, видим: палатка на берегу стоит, кострище рядом, рыба вяленая на бечевке развешана. Только самого мужика нигде нет. А от воды к палатке след тянется в метр шириной, будто тащили что-то тяжеленное. На берегу ель лежала упавшая, след как раз через нее проходил. Так, не поверишь, полствола в щепки. Да! И лодка надувная рядом, лопнувшая по швам, будто под каток попала. Вот такие дела. А мужика мы так и не нашли, ни тела, ни его самого, сколько ни искали. Только вещички его собрали, да и назад вернулись.

– И что, так никому ничего и не сказали? – не поверил Хитер.

– Почему? Участковому сообщили: мол, пошел в лес на охоту и пропал. Так без вести пропавшим и числится.

Больше всего рассказ Федула походил на обычную охотничью байку из тех, что рассказывают по ночам у костра, чтобы попугать друг друга. Но говорил Федул с совершенно серьезным видом. Ни тени иронии. Только печаль в глазах, да еще, пожалуй… страх? Но чем бы он ни был: правдой или вымыслом, к сегодняшним событиям рассказ не имел никакого отношения.