Жесткий старт - Дмитрий Янковский

– Из лисьих нор всегда есть как минимум два выхода… – задумчиво ответила Тана, быстро переодеваясь в тонкий обтягивающий комбинезон, принесенный братом.

– Что ты имеешь ввиду?

– Всегда есть несколько выходов, братишка. Всегда!

Она осмотрела потолок, потом задержала взгляд на стене. В это время снаружи уже слышались выкрики, по которым можно было понять, что охрана занимает оборону в переходах вокруг госпиталя.

– Постреляй по ним для виду, – попросила Тана. – Мне надо кое-что прикинуть.

– Что значит для вида?

– Зарядов не жалей! Попадания меня не очень волнуют, а вот шума и разрушений должно быть достаточно!

Не представляя, в каком русле сейчас работают мысли сестры, Шива решил ей не перечить. Он привык, что она старше него и чаще всего оказывается права. Поэтому, достав из чемоданчика короткоствольный крупнокалиберный плазмомет, он толчком ноги распахнул дверь бокса и принялся молотить сначала по стене, а затем, когда она рухнула, по всему, что двигалось за нею.

– Отлично! – сквозь грохот и шипение выкрикнула Тана. – У тебя есть вторая такая штука?

– У меня все в двух экземплярах! – с бахвальством ответил брат. – Для тебя брал.

– Отлично! Только не переставай прижимать их огнем!

Шива думал, что выхватив плазмомет из чемоданчика, Тана поддержит его огнем, но она, к его удивлению, направила ствол в прямо противоположную сторону. В это время впервые заговорил тяжелый станковый плазмомет охраны. От его попаданий по всему госпиталю вспыхнул серьезный пожар.

– Еще несколько минут, и нас отсюда выкурят! – предупредил Шива.

– Мы выберемся раньше! – уверенно заявила Тана, нажимая спусковую пластину.

Брат не успел ничего ответить, когда несколько зарядов плазмы из ее ствола шарахнули в стену, расшвыряв во все стороны брызги расплавленного металла. Удовлетворившись результатом, она добавила еще несколько выстрелов, окончательно пробив в стене внушительную брешь с раскаленными оплывающими краями.

– Не прекращай стрелять! – напомнила Тана.

Потоки противопожарного аэрозоля кружили в воздухе, превращаясь в пар от соприкосновения с раскаленным металлом. В результате скоро стало как в бане – белесая пелена да еще вперемешку с дымом так заволокла помещение, что видимость перестала простираться дальше вытянутой руки. Охранники, при поддержке беспорядочной шквальной стрельбы, попытались пойти на штурм, но в темноте, неразберихе и ответном огне атака захлебнулась, толком не успев начаться.

Едва аэрозоль перестал испаряться с кромок пробоины, Тана выкрикнула:

– Можно уходить, братишка!

Она первой перелезла через рваный край дыры, оказавшись в каком-то узком служебном тоннеле. Вскоре, в клубах пара и дыма, из пробоины показался Шива. При этом крупнокалиберный плазмомет в боксе продолжал бить короткими очередями. На удивленный взгляд сестры Шива улыбнулся.

– Это самострел, – пояснил он. – Я попросту зажал рукоять в щель между переборками и прижал спусковую пластину в режиме серийной стрельбы. Надо сматываться, а то заряды кончатся.

– Хорошая идея, – иронично согласилась Тана. – Но лично я не представляю, куда мы можем смотаться. К тому же силенок у меня, братишка, маловато для серьезных действий. С учетом власти Гудка на верфи нам не дадут долго бегать.

– То, что ты старше меня, – довольно ответил Шива, – не говорит о том, что я не подготовил побег. На двенадцатом причале нас ждет круизер господина Гая Камао. Ни одна здешняя крыса не посмеет его задержать. А если посмеет… Там есть, чем ответить.

– Ничего себе.

– Ну что, сестренка? Гожусь я на что-нибудь?

– Поглядим. Ты знаешь, как выбраться отсюда на двенадцатый причал?

– Ну… Приблизительно, – соврал Шива. – Давай направо.

Под грохот плазмомета, заряды которого стремительно истощались, они рванули по тоннелю, слабо представляя, что ждет их впереди. Из первого же бокового коридора в них выпустили длинную очередь. Тана молниеносно срезала охранников очередью, но один из зарядов, попав в переборку, обжег Шиву каплей расплавленного металла.

– Ты ранен? – испугалась Тана.

– Царапина! – сквозь зубы прошипел брат.

Сквозь огонь и дым пожара, возникшего после выстрелов Таны, не спеша выполз на гусеницах тяжеловооруженный бронированный боевой робот. Шива вскинул плазмомет и несколько раз выстрелил, но плазма разбилась о магнитную броню. Тана рванула брата за рукав и потащила по тоннелю.

– Не время показывать свою крутизну! – крикнула она на бегу.

– Но он нас догонит!

– Сомневаюсь! Надо только найти трап.

Стараясь как можно больше петлять, заскакивая в боковые ответвления тоннеля, они рвались к причалам. Наконец им попался широкий трап. Вскарабкавшись по нему, Шива подал руку сестре, помогая взобраться. На верхней площадке она обернулась и расстреляла ступени из плазмомета.

– Теперь робот нас не догонит, – Тана опустила ствол. – Но тут полно полицейских камер. Нас блокируют раньше, чем мы доберемся до пирсов.

– Может быть. Но у нас нет другого выхода.

– Да уж… Но живьем я больше сдаваться не собираюсь. Трех месяцев рабства, братишка, мне хватит до конца жизни.

– Тогда прорвемся, – улыбнулся Шива. – Люди, которым нечего терять, всегда прорываются.

– Особенно герои опер, – вздохнула Тана.

– Может, когда-нибудь и про нас снимут оперу.

– Ага. И будем фигурировать в ней как Шам, которого убили в первой части «Астора».

– Не каркай. Лучше давай поспешим и не дадим полиции собраться с силами.

На первый полицейский кордон они нарвались уже на подходе к пирсовой зоне, но копы действительно не успели подтянуть нужные силы и на момент появления беглецов как раз устанавливали плазмомет на турель. Шива прошелся по ним струей из пенобоя, приклеив к полу.

– Жалко убивать, – пожал он плечами. – У них семьи наверняка…

– У таких уродов? – удивилась Тана, не выпуская рукоять плазмомета.

Чтобы прорваться к двенадцатому причалу, у первого пришлось устроить беспорядочную стрельбу поверх голов. В толпе полицейские побоялись применять боевое оружие, а беглецам терять было нечего. Вспыхнул пожар, началась паника, сходившие с пассажирского челнока люди толпой ринулись к шлюзам. Шива и Тана, непрерывно стреляя в воздух, прорывались через людские массы, громкими окриками заставляя пассажиров падать навзничь.

Личная охрана Гудка оказалась проворнее полиции. А главное – бесцеремоннее. Прорвавшиеся к причалам охранники не побоялись стрелять из бластеров через толпу, в результате пирсовая зона за несколько секунд превратилась в кровавую баню. Беглецов прижали огнем к палубе и вынудили отстреливаться.