Попаданка по обмену, или Альма-матер не нашего мира - Рина Гиппиус

Так, в молчании, прошло еще несколько минут после того, как драконесса исчезла из виду.

– Ладно, давай я отведу тебя к общежитию. Сегодня, если не ошибаюсь, пары в том же корпусе, что и вчера. Сама дорогу найти сможешь?

Утвердительно кивнула. Я сейчас была со всем согласна, лишь бы побыстрее оказаться у себя в комнате и хоть немного поспать. Бессонная ночь не прошла даром: глаза немилосердно слипались, а голова была словно чужая.

Вердж, как и обещал, довел меня до крыльца. Похоже, это скоро войдет у него в традицию: после очередной заварушки с нашим участием доставлять меня до «пункта сборки» и отчаливать восвояси. Я нетвердой походкой начала движение до своей комнаты. Два лестничных пролета показались восхождением на Эверест. Судя по всему, это был тот самый пресловутый «откат», который я ненавидела. Такое уже случалось со мной после крупных соревнований: для победы организм мобилизует все ресурсы, а потом, когда цель достигнута, наступает непреодолимая апатия, сонливость.

Поднималась по ступеням и мечтала лишь о постели. Хотя бы на часик прилечь. Уже на автопилоте открывая дверь, отметила, что комната пуста.

«Наверное, Чубыся в столовой или уже ушла на первую пару», – мелькнуло у меня в голове. Совесть требовала последовать за соседкой, но сил не было. Собрав всю свою волю, решила все же дойти до раковины и умыться, план-максимум – еще и почистить зубы. Коридор, длинный и на удивление пустой, свидетельствовал: первая пара все же уже началась. Не знаю, сколько я медитировала на струю воды, текущую из крана, но, придя обратно в комнату, затворила дверь и, как сомнамбула, начала избавляться от лишних предметов гардероба, не особо мудрствуя с аккуратностью штабелирования рубашки и джинсов. Ну и пусть будут мятые, сил на поддержание порядка уже нет.

Развернувшись лицом к кровати, хотела забраться под одеяло, но кленовый лист, невесть откуда взявшийся у одной из ножек, меня насторожил: окна были плотно закрыты, да и не припомню, чтобы на такую высоту ветер задувал опад. Второй здравой мыслью оказалось: «Кто же так услужливо расправил мне постель, даже краешек одеяла откинул…»

Сон сняло как рукой. Теперь прилечь на подушку я не согласилась бы ни за какие коврижки. Медленно обходя постель, как опасного хищника, потянулась за рубашкой. Брать что-то из шкафа тоже желания не возникло. Может, это, конечно, разбушевалась моя паранойя, но… Я не успела взять блузу, как дверь стремительно распахнулась:

– Не ложись! – Предостерегающий крик Верджа заставил меня вздрогнуть. Некромант влетел в комнату.

Я инстинктивно обхватила себя руками в попытке прикрыться. Как только до парня дошла вся пикантность ситуации, он отвернулся. Единственное, мне показалось, сделал он это не так быстро, как мог бы.

– Извини, не ожидал, – выдал он, повернувшись ко мне спиной, – пожалуйста, оденься.

В это время из коридора раздался крик комендантши:

– Что вы себе позволяете, молодой человек, это же женское общежитие! А ну, живо выходите!

Вердж, повернулся, уже не особо заботясь о том, насколько я одета. Он начал объяснять быстрыми, рублеными фразами:

– Комендант сейчас будет искать меня по всем комнатам. Времени у нас немного. В двух словах: я зашел к себе, хотел переодеться. С забинтованными руками это оказалось задачкой не из легких. Это меня и спасло. Кто-то спрыснул мою рубашку «первородным огнем». Это особое зелье, которое горит только когда попадает на кожу, в считаные минуты сжигая дотла. А вот на ткани оно и следов не оставляет. Если бы я прикоснулся голой кожей, меня бы уже не было. А так, бинты лишь слегка задымились.

Мейнс показал желтые то ли от мази, то ли от этого самого зелья бинты.

– Вот я и решил, что и ты можешь обнаружить у себя подобный подарок.

– Не зря подумал. – Во время объяснения Верджа я спешно дозастегивала пуговицы рубашки. – У меня, похоже, облили постель.

Я кивнула на кленовый лист, сиротливо приютившийся на полу.

– Молодой человек, выходите немедленно! – Грозный голос комендантши был все ближе.

– Так, мне нужно спрятаться, иначе к утренним проблемам у нас добавится еще одна, эта комендант жутко вредная особа, и если обнаружит меня…

– А как ты тогда тут оказался? – задала я запоздалый вопрос.

– Просто – взял тараном, пролетев мимо остолбеневшей от такой наглости блюстительницы порядка женской общаги, – выдал некромант, а сам тем временем уже ловко забирался на шкаф.

– Ну что стоишь, прикрой меня чем-нибудь, а то увидит.

Вспомнив практику езды в плацкарте, когда сумки закидывали на третью полку, я вытащила из недр шкафа свой баул и саквояжи Чубыси. Разместила их наверху так, чтобы спрятать за ними Верджа. Успела как раз вовремя. В дверь постучали.

– Откройте, пожалуйста, я знаю, что комната не пуста. Об этом свидетельствует магический маяк над дверью. Мне надо проверить, нет ли у вас посторонних. В общежитие проник кто-то из студентов.

«Судя по всему, Вердж пронесся мимо нее очень быстро. Раз она его даже не идентифицировала», – машинально отметила я, а руки уже сами открывали дверь.

«Полиция нравов» в лице вошедшей фрау была строга, немногословна и решительна.

Женщина прошла по комнате, заглянув под обе кровати и за занавеску, а напоследок открыла еще и шкаф. Чулок Чубыси, кокетливо свесившийся с верхней полки на две трети своей длины, приветствовал ревизорро дыркой, образовавшейся в районе большого пальца.

Комендант закрыла дверцы шкафа, лишь мазнув взглядом по чемоданам, лежавшим на нем сверху.

– Спасибо, – пробормотала она, а потом добавила, ни к кому конкретно не обращаясь: – И куда он мог подеваться?..

Как только дверь за визитершей закрылась, я скомандовала:

– Вылезай.

Сначала на пол упали сумки, а за ними бесшумно спрыгнул и Вердж.

– Давай я проверю, есть ли что-то опасное, кроме постели, и навешу на дверь собственную охранку от таких вот непрошеных визитеров, а то стандартная не слишком-то, как убедились, помогает.

Пока парень возился с моими вещами, я, присевшая на постель Чубыси, тихо клевала носом. Незаметно для себя окончательно провалилась в сон без сновидений.

Когда проснулась, в комнате уже никого не было, а я была заботливо укрыта одеялом. Встав, на столе обнаружила записку: «Все проверил, все ликвидировал. Охранку поставил. Можешь спать спокойно. Вердж».

Перечитала еще раз. На лицо невольно наползла улыбка, и ни в какую не захотела уходить. «Я все же ненормальная. Меня тут убить пытаются, а я записке улыбаюсь», – подумалось некстати, но даже эта мысль не смогла испортить настроения. Зато это с легкостью смогла выполнить некая ящеристая особа.