Несбыть - Елена Капитонова

— Нет, я настаиваю, что из нас двоих с ума сошел именно ты.

Влад сегодня был не похож на себя. Напоминал дикого зверя в клетке — метался по гостиной и злобно сверкал глазами. Будь у него хвост, бил бы им по ногам. Вррык потрепал собственный хвостище и растянулся на ковре возле камина. Тепло приятно грело спину и расслабляло, а он за ночь набегался хуже последней дворняжки. Организация срочного материала на первую полосу — дело хлопотное.

— Что плохого в объявлении о помолвке? В благородных семействах так принято.

— Да ну? И друзья женихов в таких случаях тоже изображают из себя «анонимный источник»?

— Думаешь, дело бы сладилось, заявись я к корреспонденту лично, при полном мохнатом параде? А так натянул наволочку, сунул голову в окно — и готово!

— И не забыл, конечно, дать себя сфотографировать!

Граф остановился возле камина и со злостью закинул полено ногой в самый жар. Там, в глубине, пламя дожирало остатки последнего выпуска «Трансильванского листка» — ежедневной газеты, популярной не только в Трансильвании, но и в соседней Валахии. Жирные восклицательные знаки оплывали, распространяя по комнате резкий запах типографской краски.

— Кто тебя вообще просил распускать слухи?

— Нет уж, позволь. Какие слухи? Не сам ли ты ночью, как только она заявилась, впал в прострацию и сделал ей предложение руки и сердца? Или, может, это я пообещал организовать бал в ее честь и одарить фамильным кольцом матери?

Возражать вампир не стал. Пнул ногой стоящую у камина кочергу, так что она загромыхала по паркету, и снова принялся топтаться по комнате.

Возбуждение прошлой ночи с самого утра сказывалось на всех обитателях замка.

Накануне безухие неудачники весело проводили время. Нечто успел продуть половину выигранных ушей, а Григор — обзавестись несколькими призовыми образцами, когда все полетело вверх тормашками. Едва тикалки в бальном зале пробили три часа, на пороге объявилась давешняя воительница. Влад, конечно, сразу съехал с катушек, что вошло у него в привычку при виде этой девицы, и принялся токовать, словно ополоумевший тетерев. Всякий, кто имел неосторожность высказать недоумение по поводу их отношений, отправлялся восвояси. И хорошо, если через дверь и в первозданном виде. Фантазия у Графа разгулялась еще на пне с ушами, и он плодил причудливых существ пачками.

Не прошло и получаса, как замок опустел. Те, кого не выгнали, предпочли разбежаться самостоятельно. Развлечение было загублено, ночь испорчена, а высший вампир сдался даме без боя и объявил двергам и Вррыку о своих планах на помолвку.

С восторгом новость воспринял только ушастый пенек. В его положении было бы странно нарываться на неприятности, вступая в конфликт с господином. Остальные слуги разбрелись по углам и до сих пор ворчали по поводу предстоящего события. Порой у кого-то сдавали нервы, и обсуждение меню перемежалось выкриками: «Нам не успеть!» и «Ускориться надо, братья!» В таких случаях Вррык помогал оттаскивать судорожно подергивающегося дверга в одну из гостевых спален. Трудно осуждать других за сильные чувства, когда сам их испытываешь. Развернутая волком активность на самом деле маскировала страх грядущих в замке перемен.

— А чего ты вообще тянешь? — снова заграссировал с пола оборотень. — Развел волокиту с официальной помолвкой. Женился бы сразу, да и дело с концом.

— Как можно? — замер на месте Влад. — Мы едва знакомы. Вдруг у нее не чувства, а последствия вампирского гипноза.

— На твоем месте я бы не сомневался. Конечно, гипноз. Какая человеческая женщина в здравом уме припрется ночью в дом к вампиру с дурной репутацией? Ладно еще утром, но ночью…

— И что мне теперь делать? — Граф продолжал хмуриться, но пахло от него уже не злостью, а растерянностью. — Не могу же я воспользоваться ее помутнением! Это игра не по правилам. Все удовольствие насмарку.

— Тогда отмени помолвку. Дай ей лошадь и отправь обратно в город. Несколько дней вдали от тебя — и она забудет твое имя.

— А я? Что будет со мной?

— Перебесишься. Положа лапу на сердце, я вообще уверен, что тебя больше занимает ее запах, чем она сама. И это будит во мне смутные подозрения касательно мужского парфюма. Скажи, ты… э-э-э… никогда не испытывал нездоровых влечений?

— На что ты намекаешь, скотина?

Ситуация стала опасной. Только бы не обратил в ползучего гада — Вррык так любил свои рыжие лапы за их скорость и прыгучесть. Но нет, вспыливший было Влад вернулся к прежнему уровню раздраженности.

— Уверен, что меня привлекает сама Анна, а не ее странный выбор духов. А после того, что произошло ночью, я как честный человек просто обязан на ней жениться. И даже не смей мне возражать!

— Влад, я не возражаю. Я молчу.

— Тогда убери мнение со своей морды. И поднимайся, у нас много дел. Вечером будешь отвечать за конферанс.

— Надеюсь, правитель Тырговиште умрет от сердечного приступа, когда прочитает сегодняшнюю газету, — пробурчал себе под нос волк. — Иначе не избежать нам большой войны за его доченьку.

Завтрак из хозяина таверны пришлось выбивать с боем. Вчерашнее происшествие не забылось, и Баньши по-прежнему выглядела в глазах местных подозрительной незнакомкой. К тому же ее опасная репутация несколько пострадала после унижения со стороны наемника.

Спокойно прятаться за волосами не получалось. Ковыряясь в тарелке с овощным салатом, Фея постоянно чувствовала на себе насмешливые взгляды. Издевка куда хуже обычной неприязни. Надо было вытащить Охотника на застольные переговоры и отказать ему в помощи только после того, как покончит с едой. В последний раз укрыться от злопыхателей за его мрачной фигурой. Эх, Кумара, чего уж теперь? Продавая корову, будь готов лишиться и молока. Зато она покончила с неприятным знакомством. Пусть даже ей сейчас приходится подпирать спиной стену за маленьким щербатым столиком у самого входа.