Мистер Понедельник - Гарт Никс

— Да ладно вам, — перебила Сьюзи. Ее голос снова обрел глубину и властность. — Лучше посмотрите-ка!

Она поднесла ко рту ладонь и сплюнула.

— Ух ты! — вырвалось у Артура.

Вместо плевка на ладони образовалась… лягушка. Маленькая, изумрудно-зеленая и очень симпатичная. Сидя на ладони у Сьюзи, она еще и заквакала. Звучно и трогательно.

— Вы хотя бы попробуйте, — предложила Сьюзи сержанту.

Она вытащила некогда чистый носовой платок и торопливо обмахнула лягушку. Та, кажется, не возражала.

Видно было, что лягушка покорила сержанта в одно мгновение. Он огляделся по сторонам. Потом протянул руку и взял лягушку. Полюбовался ею, а потом проглотил словно конфетку. Закрыл рот… И замер на месте, как замороженный.

— Ну и хватит с него, — нормальным голосом сказала Сьюзи. — Да и с меня тоже. Так что я пошла, Артур, ты уж прости. Дело сделано, и что-то меня больше не тянет на подвиги. И вообще, других дел полно…

И с этими словами она кинулась было прочь, но тут рука сержанта стремительно метнулась за ней и крепко ухватила за фалды. Сьюзи попыталась вывернуться из пиджака, но не успела. Сержант взял ее за шкирку.

— Ой, ой! — заверещала она. — Пустите!

— Ты нужна Волеизъявлению, Сьюзи Бирюза, — возвестил сержант тем самым голосом, которым только что говорила сама Сьюзи. — И, возможно, заслужишь награду.

Сьюзи тут же перестала брыкаться.

— Награду? Какую награду? И что там за «возможно» — нельзя ли поопределенней?

Артур шагнул вперед.

— Слушай, — сказал он. — Я вообще-то не знаю, что происходит и что нужно Волеизъявлению от меня самого, но мне до зарезу необходимо все это выяснить. Я думаю… короче, множество людей может погибнуть, если я оплошаю. Так что мне без тебя никак, Сьюзи!

Он вложил всю душу в эти слова. Напряжение и страх распирали его, точно пар — перегретый чайник. Там, в его мире, в его городе, как раз в эти минуты небось расширялась карантинная зона. Больницы наполнялись жертвами эпидемии… переполнялись… и не могли справиться. Артур почти воочию видел, как мама с сотрудниками лихорадочно работают в лаборатории, и, может, сами уже чихают и кашляют, страдая от ложной простуды, предваряющей симптомы сонного мора…

— Люди? Могут умереть? — спросила Сьюзи. — Погоди, так ты что, и в самом деле пришел извне Дома? Из Второстепенных Царств?

— Да, я пришел извне Дома, — сказал Артур. — Не знаю, правда, что у вас называется Второстепенными Царствами…

— Значит, ты смертный? Настоящий живой смертный?

— Ну… наверное, да, — сказал Артур.

— И я тоже, то есть была когда-то, — сказала Сьюзи. Помедлила и спросила: — Ты поможешь мне вернуться? В смысле, всем нам вернуться? Поможешь?

— Кому — всем? — спросил Артур. — Жителям города?

— Еще чего! — презрительно фыркнула Сьюзи. — Взрослым как раз здесь самое место. Они так и называются: Жители Дома. Я про нас, про детей! Про тех, кто много лет назад последовал за Дудочником…

— Это уже мелочи, — вмешался сержант или то, что вещало его устами. — Артур должен вернуть Волеизъявление. Все прочее воспоследует само!

— Ну да, только я не буду помогать ему, если он не пообещает помочь нам, — заявила Сьюзи. — Так как, по рукам?

— Наверное, — сказал Артур. — В смысле, я помогу, если сумею. Обязательно помогу.

Сьюзи улыбнулась и протянула руку. Артур взял ее. Сьюзи крепко сжала и тряхнула его ладонь.

— Опасность! — приложив ладонь к уху, сказал сержант. — Сюда движутся порученцы. И очень похоже на то, что Полдень либо Закат Понедельника прознали о том, что Артур миновал Парадную Дверь, и лично возглавили поиск. Нужно немедленно убираться!

— Нужно так нужно, только ты лучше оставь этого здоровенного остолопа, — сказала Сьюзи. — Не с собой же его тащить!

Ответа не последовало, но рот сержанта открылся, и лягушка выбралась наружу, оставив порученца стоять неподвижно, точно статуя. Лягушка перескочила на плечо Сьюзи и направилась было к ее рту, но девочка перехватила ее и быстро сунула во внутренний карман, не забыв застегнуть клапан на пуговицу.

— Второй раз я не попадусь, квакушка, — сказала она. — Старого воробья на мякине не проведешь! Ну, вперед!

— А куда мы идем? — чувствуя себя окончательно сбитым с толку, поинтересовался Артур.

Столько событий — все кувырком — и никакой возможности сесть подумать и задать кое-какие вопросы. И, что важнее, получить ответы на них.

Мы, — сказала Сьюзи, — идем в офис старшего исполнителя Нижнего Крытого Атриума.

— Кого-кого?

— Старший исполнитель занят тем, что добивается эффективности всех служб Нижнего Атриума, — пояснила Сьюзи, когда они вышли черным ходом и оказались на улице. — Только его, собственно, нету. Исполнителя, я имею в виду. Прежний ушел на повышение, а замену так и не прислали. И персонала никакого нет… Короче, я там живу. Конечно, в нерабочее время!

— А далеко туда идти?

— Три тысячи девятьсот этажей! — сказала Сьюзи, указывая пальцем вертикально вверх.