Ты меня просто убиваешь - Кейти МакАлистер

— Черт возьми, я и представления не имела, что в этом драконовом бизнесе крутятся такие деньги, — заметила я, заходя следом за Рене и Джимом в спальню, отделанную в восточном стиле — сплошной черный лак, сверкающие синий, зеленый и золотой цвета.

Это определенно была спальня Дрейка, и мысль эта заставила меня задрожать. Комната была роскошная, но еще более захватывающий вид открывался с балкона, на который выходил ряд окон.

— Ух ты, потрясающе! Какой вид! Какая комната! Какой дом!

— Но мы пока не нашли твоего дракона, — напомнил мне Рене.

— Точно. — Я решительно отвела взгляд от гигантской черной с золотом кровати, занимавшей полкомнаты, и принялась размышлять о том, где может находиться сокровищница. — Можно, конечно, поискать еще на верхнем этаже, можно на первом… Но поверь моей интуиции, я бьюсь об заклад, что сокровищница Дрейка находится в цокольном этаже. Именно туда я бы поместила самое дорогое.

— Полностью с тобой согласен, — сказал Рене.

— Отлично. Тогда возвращаемся вниз.

Мы выскользнули из спальни и, прислушавшись к звукам, доносившимся снизу, решили, что путь свободен. Затем как можно тише спустились и прокрались по направлению к боковому коридору.

— Как ты думаешь, где здесь дверь в подвал? — шепотом спросила я Рене.

Он указал налево:

— Вон та дверь.

Я посмотрела на нее. Она ничем не отличалась от остальных.

— А почему именно эта?

— Потому что там висит ключ.

Он был прав. На дверной ручке болтался ключ, подвешенный на синей веревочке. Я схватила веревку, и, к моему удивлению, ключ оказался у меня в руке-

— А может, это ключ от какой-нибудь другой двери? — засомневалась я.

Рене пожал плечами. Джиму явно было скучно. Из кухни доносился шум шагов и голоса; я торопливо вставила ключ в замок и повернула его, затем ворвалась в какое-то помещение.

— Один ноль в твою пользу, — прошептала я, шаря в поисках выключателя. Раздался щелчок, и мы обнаружили, что стоим на лестничной площадке; вниз уходил ряд узких ступеней. — Ты молодец, Рене.

Он довольно улыбнулся:

— Я же сказал тебе, что я пригожусь.

— Никогда не говорила обратного, но я хочу, чтобы при первых признаках неприятностей ты отсюда уходил. Джим и я о себе позаботимся.

— Ты думаешь? — с сомнением переспросил Джим. Я ничего не ответила. Что тут можно было сказать?

Я отнюдь не чувствовала уверенности в своих силах, но была полна решимости не впутывать Рене в ужасную неразбериху, в которую превратилась моя жизнь.

Беззвучно, насколько это было возможно, если учесть деревянные ступени, скрипевшие и стонавшие при каждом шаге, мы спустились вниз и обнаружили очередную дверь, расположенную в нише в каменной стене. Дверь была заперта на висячий замок.

— Voila. — заметил Рене. — Наверняка это хранилище, да?

— Скорее всего, да. Хотя я думала, что человек, которому много лет приходилось заботиться о своей безопасности, постарается получше спрятать ценности, — прошептала я и с помощью ключа на бечевке открыла замок. — Все картины и вазы просто так расставлены там, наверху, и всего один замок на двери? Дядя Дэмиен мог бы кое-что сказать по этому поводу.

Я положила замок на пол и осторожно открыла дверь.

Наверное, вам уже давно стали очевидны два факта: во-первых, я никогда особенно не отличалась проницательностью в житейских вещах, а во-вторых… ну, то же самое, что и во-первых.

— Ух ты! — выдохнул Джим, когда в хранилище автоматически зажегся свет.

Рене со свистом втянул в себя воздух и пробормотал нечто мне непонятное. Я вцепилась в дверную ручку, хлопая глазами при виде открывшегося перед нами зрелища. Это была настоящая сокровищница, клад в чистом виде. Повсюду сверкало золото — настоящее, не подделка. Золотые блюда, золотые кубки, золотые статуи… Сокровищница Дрейка была уставлена витринами и богато украшенными деревянными шкафами, забитыми золотыми предметами.

— Вы когда-нибудь видели что-нибудь подобное? — прошептала я, медленно входя в комнату.

— Гав.

— Никогда, — выдохнул Рене, следуя за мной.

Я остановилась посредине небольшого помещения с низким потолком и, открыв рот, переводила взгляд с витрины на витрину.

— Даже представить не могу, сколько денег все это стоит… Эй, да это же мой дракон!

— Круто.

Я поспешила к деревянному шкафчику, стоявшему напротив двери. Каждый шкаф был освещен изнутри, и неяркие лампы были направлены так, чтобы высветить предметы, выстроившиеся на полках. На верхней полке, устланной черным бархатом, красовалось два предмета: один — мой акваманил, второй — золотой кубок, украшенный похожей фигуркой в виде дракона, обвившегося вокруг ножки.

— Гав-гав, я лаю, — раздался у меня на спиной голос Джима.

— Джим, в чем проблема? — спросила я, протягивая руку к стеклянной дверце.

— Мне кажется, проблема — это я, — услышала я мягкий, бархатный, в высшей степени сексуальный голос, донесшийся из коридора.

— Вот дерьмо! — выругалась я, отдергивая руку.

— Ты во Франции, здесь надо говорить merde, — тихо поправил меня Рене.

— Извини. Merde. — Я развернулась к Дрейку, пытаясь изобразить невинную улыбку, хотя не думала, что это поможет. Она и не помогла.

Увидев выражение лица Дрейка, я пожалела о том, что не рискнула обратиться за помощью к Венецианцу.