Меч, дорога и удача - Алекс Орлов

Пока шли разговоры с конезаводчиками, через мост перевалили две арбы.

В одной знакомый лавочник вез Каспару необходимые для похода припасы, а в другой ехала Генриетта, доставляя хозяину оставленное в доме оружие и одежду.

– Вон твои доспехи едут, Углук, – сказал Каспар. – И твои стрелы, Аркуэнон.

– А как насчет завтрака? – напомнил орк.

– Там же и завтрак, если не побрезгуешь солониной.

– Не побрезгую, ваша милость. Я ничем не побрезгую, – заверил Углук.

Вскоре обе арбы добрались до места, и бойцы отряда, в том числе Бертран и эльф, стали их разгружать.

Каспар перекинулся с Генриеттой парой фраз, потрепал ее по щеке и пошел раскладывать припасы по седельным сумкам.

Продуктов должно было хватить на пару недель. Остальное следовало добывать в дороге. Для этого у Каспара имелось с собой пятьдесят золотых, ну а на крайний случай под рукой всегда был меч.

По сложившейся традиции Фрай выбрал себе ту лошадь, которая первой ударила о землю копытом при его приближении.

– Хороший конь, – сказал он. – Я назову его Салот.

– Боюсь, он не будет откликаться на это имя, – заметил Табриций.

– Ничего, привыкнет. Лошади меня любят и понимают.

Восхищение всех без исключения бойцов отряда вызвали доспехи – накладные защитные пластины и наплечники. Они были заготовлены для всех участников похода, однако Каспар не навязывал их, понимая, что ношение на себе такой тяжести требует известной сноровки и привычки.

Разумеется, Аркуэнон от доспехов отказался, должно быть, полагаясь на свою лесную удачу.

Гном выбрал только наплечники, Бертран остановился на наплечниках, легкой кольчуге и поясных накладках. А Углук решился заковать себя в металл до пояса, чтобы превратиться в неприступную крепость.

Мессир Маноло также не потребовал себе никакой защиты, впрочем, у него и оружия-то никакого не было, если не считать баночек с порошками и всяких непонятных дощечек.

Был, правда, небольшой нож, однако им, по наблюдениям Каспара, мессир эти самые дощечки и стругал. Вместе с тем именно от колдуна зависела память Каспара, которую следовало пробудить. Иначе как они доберутся до документа?

«Будет обидно, если мессира подстрелят и из-за этого придется возвращаться», – сказал себе Фрай. О том, что пристрелить могли и его, он даже не думал.

Мессир Маноло снова занялся деревяшками, которые время от времени вбивал рукояткой ножа в землю – то в одном, то в другом месте.

Каспар заметил, что Бертран, Углук и даже Аркуэнон искоса поглядывали на мессира, однако спрашивать его напрямик о причинах такого поведения не решались.

Каспар Фрай сам спросил его:

– Что это вы такое делаете, мессир?

– Я слушаю и смотрю.

– Что вы смотрите и что слушаете?

– Нам предстоит большое и сложное дело. И чтобы мы не погибли за первым же поворотом, я должен увидеть, что нас там ждет.

– Значит, что-то вы уже увидели?

– Да, я уже увидел, – с грустной улыбкой сообщил мессир. – Я думаю, это будет засада.

– Засада? Вы уже знаете, что нас ждет засада?

– А в этом нет ничего удивительного. Ведь все враги герцога Ангулемского и все ваши враги, Каспар, постараются не упустить своего случая.

– Не могу сказать, что вы меня обрадовали, мессир, – со вздохом произнес Каспар и отправился к Фундинулу, который опять ссорился с Углуком.

– Что за новые столкновения? – спросил Фрай.

– Ваша милость, этот гном не хочет мне помогать, – пожаловался орк. – Я прошу приклепать мне красивые медные наплечники, а он ни в какую не соглашается.

– Но это же глупость, ваша милость, – размахивая клещами и молотком, стал оправдываться Фундинул. – Если я сделаю наплечники из меди, их разрубят даже легким мечом, к тому же это не просто наплечники – это котлы, которые ваша милость купили, чтобы варить в походе кашу.

– А, ну это другое дело, – понял суть спора Каспар. – Углук, мы не можем пожертвовать ради тебя котелками для каши. Да ты и сам понимаешь, что без каши солдату не выжить. Даже если солонины будет вдоволь… Давай сделаем так: Фундинул приклепает доспехи, как считает нужным, а ты потом примеришь их и укажешь, что нужно исправить. И наш кузнец переделает.

– Вот еще, – пробурчал «кузнец». – Не буду я ему ничего переделывать.

– Фундинул! – Каспар укоризненно посмотрел на гнома. – Мы же теперь товарищи по оружию.

Гном вздохнул, и это означало, что он согласился.

И Углук тоже был удовлетворен.