Драконы Исчезнувшей Луны - Трейси Хикмэн

Гостю немедленно сообщили всю интересовавшую его информацию и даже рассказали о вынужденном отступлении соламнийцев и о захвате города Рыцарями Тьмы. В течение нескольких недель, прошедших с момента падения Соланта, в эти края забредало мало путешественников, однако хозяйка трактира надеялась, что дела постепенно наладятся. Согласно новостям, приходившим из Соланта, горожан не мучили и не забивали десятками, хотя перед вторжением нераканцев многие очень боялись возможных зверств с их стороны. К счастью, страшные опасения не подтвердились: победители хорошо обращались с местными жителями и даже разрешили им вести привычный образ жизни, как если бы ничего не случилось.

Ну конечно, некоторых отправили в тюрьму, но, вероятно, они заслужили такое наказание. В остальном же предводительница рыцарей — по слухам, совсем еще девочка — вовсе не стремилась истребить мирное население. Она лишь хотела внушить им веру в нового Бога, который пришел позаботиться о своих детях. Девушка даже приказала переделать старый Храм Паладайна для поклонений этому новому Богу, а сама ходила по городу, исцеляя раненых и совершая множество других чудес, чем быстро покорила жителей Соланта.

Давно закрытые торговые пути между Солантом и Палантасом снова оживились, и торговцы светились от счастья. В общем, по мнению трактирщицы, все могло быть намного хуже.

— Я слышал, что сюда прилетали свирепые драконы, — сказал Герард, обмакивая черствый хлеб в остывшую подливку — единственный способ сделать и то, и другое съедобным. — И даже более того, — понизил он голос. — Говорят, по Соланту разгуливали мертвые.

Женщина фыркнула: да, до них доходили подобные слухи. Однако сама она не видела никаких драконов, и ни одно привидение не заходило к ней в трактир, дабы немного подкрепиться. Хихикнув над собственной остротой, хозяйка поспешила прочь — приготовить обед и несварение желудка еще одному посетителю.

Оставшись в одиночестве, Герард обдумывал услышанное, попутно скармливая остатки своей еды дворовому псу. Рыцарь знал истинное положение дел. Он видел красных и синих драконов, летавших над городом, и души мертвецов, окружавших городские стены. Герарда всякий раз бросало в холодный пот при воспоминании о воинах с мертвыми глазами, дырами вместо ртов и костлявыми руками, тянувшимися к нему из пучин смерти. Нет уж, все это было настоящим. Необъяснимым, но настоящим.

Известие о хорошем обращении Рыцарей Тьмы с жителями Соланта действительно стало новостью для Герарда, а вот тот факт, что Мина легко нашла путь к сердцам горожан, его ничуть не удивил. Сам Герард лишь однажды разговаривал с загадочной Повелительницей Ночи, однако ее образ прочно врезался в его память: даже сейчас он отчетливо видел ее янтарные глаза, слышал звук ее голоса и мог повторить каждое произнесенное ею слово. Герарда интересовало, будет ли лояльность захватчиков в отношении местных обывателей ему на руку или же, наоборот, осложнит выполнение стоявшей перед ним задачи. Наконец, обдумав все возможные плюсы и минусы, он пришёл к разумному заключению, что, не войдя в город, он все равно ничего толком не узнает.

Оплатив обед и недельный уход за лошадью, рыцарь пешком отправился в Солант.

Завидев городские стены, Герард не стал подходить к ним. Он притаился за деревьями, откуда мог наблюдать за главными воротами, оставаясь незамеченным. Ему требовалась дополнительная информация о происходившем в Соланте, и получить ее можно было далеко не от первого встречного. Герард просидел в своем укрытии не менее получаса, прежде чем вход открылся и несколько фигурок вылетело изнутри с такой скоростью, словно кто-то дал им пинка.

Поднявшись и отряхнувшись, они как ни в чем не бывало пожали друг другу руки и направились в разные стороны.

Один из них проходил совсем близко от Герарда. Рыцарь позвал его, сопроводив оклик дружественным жестом, и малый, оказавшийся кендером, поспешил подойти и познакомиться.

Памятуя о том, что все это совершается ради правого дела, Герард широко улыбнулся ему и пригласил присесть рядом с собой.

— Готвид Путаница, — представился кендер. — Боже мой, какой ты уродливый! — обрадовался он, разглядывая рябое лицо Герарда и его непослушные волосы цвета соломы. — Пожалуй, ты самый уродливый человек, которого мне приходилось видеть.

Согласно Мере, все, хоть немного пострадавшие ради счастья родины, после смерти получали место в раю. Стало быть, терпеливое выслушивание подобного оскорбления давало рыцарю право рассчитывать на отдельные небесные апартаменты. Такая мысль несколько утешила Герарда, и потому, скрипнув зубами, он лишь процедил, что не собирается принимать участие в конкурсе красоты.

— А глаза у тебя слишком синие, — сообщил Готвид. — Неестественно синие. Уж извини за откровенность. Хочешь посмотреть на мои сокровища?

И, не дав рыцарю возможности ответить, он тут же высыпал на землю содержимое своих кошелечков и с удовольствием начал в нем копаться.

— Несколько минут назад ты вышел из Соланта, — сказал Герард, перебивая Путаницу, повествовавшего о том, как он нашел молоток, который до этого принадлежал одному несчастному жестянщику. — Что происходит в городе? Я слышал, он захвачен Рыцарями Тьмы.

Готвид бодро кивнул головой.

— Ничего не изменилось: стража собрала всех кендеров и вышвырнула вон. Правда, сначала они доставили нас в здание, которое до падения Соланта принадлежало жрецам, а еще раньше являлось Храмом одного из прежних Богов. Туда же рыцари привели и целую группу жрецов из Цитадели Света. Ох, и повеселились мы, наблюдая за ними, уж поверь мне! К ним вышла девушка, одетая в рыцарские доспехи. Только глаза у нее были странные. Очень странные. Даже более странные, чем у тебя. Она рассказала жрецам о Едином Боге, а потом показала им красивую женщину, лежавшую в янтарном саркофаге, и сказала, что однажды Единый Бог уже сотворил великое чудо, вернув этой женщине молодость и красоту, а теперь собирается совершить новое чудо, оживив ее. Жрецы смотрели на мертвую женщину в изумлении, и многие плакали. Тогда девушка поинтересовалась у них, не хотят ли они узнать подробнее о новом Боге, и тех, кто согласился, повели в одну сторону, а отказавшихся — в другую. В числе последних был старик, которого называли Звездочетом или что-то в этом роде. Потом девушка подошла к нам, задала целую кучу вопросов и снова принялась рассказывать о Едином Боге, пришедшем на Кринн. А потом она спросила нас, будем ли мы служить ему.

— И какой же ответ вы ей дали? — полюбопытствовал Герард.

— Ну конечно «да», — ответил Готвид, искренне удивленный тем, что собеседник сомневается в их выборе. — Отказаться было бы слишком невежливо. Раз уж этот новый Бог взял на себя труд спуститься к нам, так почему бы не приветствовать его?

— А ты не боишься служить Богу, о котором ничего не знаешь?

— О, да я уже многое о нем знаю, — возразил Путаница. — По крайней мере то, что вообще полагается знать о Богах. Он любит кендеров — так сказала нам девушка со странными глазами. Очень любит. И даже ищет одного из них. Тот, кто найдет его и приведет к девушке, получит великую награду. Мы все пообещали отправиться на поиски — я именно туда сейчас и направляюсь. Мне очень хочется найти нужного кендера первым. Кстати, он тебе не встречался?