Между мирами - Екатерина Егорова

— Что это за фигня? — спросила я, пытаясь понять скрытый смысл записки.

— Я-то откуда знаю? — Амбер взмахнула руками. — Похоже на угрозу. Кей, я ведь права? Это почерк Мел?

— Да, Амб.

— И что же я упустила? — Амбер скрестила руки на груди, став похожей на непослушного ребенка.

— Позови остальных, это касается всех нас.

Амбер кивнула и вышла из комнаты. Через минуту маленькая спальня стала еще меньше за счет прибавившихся посетителей. Я села на полу, вытянув ноги. Друзья ждали начала речи. Алан выглядел виноватым и угнетенным, мы так и не стерли ему память.

Я прочитала записку еще раз вслух. Все слушали внимательно, иногда кивая.

— Кто-нибудь что-нибудь понял? — спросила я.

— Я понял, что скрижаль нельзя уничтожить, — сказал Брэм, — только на время открыть.

— А потом закрыть, — добавил Люк, — и на последнее способна только Кайла.

— Подождите, — перебила я, — разве при расколе наша энергия не уйдет под землю?

— Чисто теоретически, должна, — ответил Брэм, — но ты ведь еще не все нам рассказала?

Брэм знал, что я не такая, как все. Пришло время всем узнать правду моих способностей. Я поведала друзьям то же, что и Люку в кафе. Несколько минут они молчали, обдумывая мои слова. Наконец, Люк произнес:

— Значит, энергия Кайлы не уйдет, раз она "магнит". Cкрижаль отдала ей часть своей энергии, а после этого разорвала связь. Вы, как противоположные полюса, не должны встретиться, но что, если это все-таки возможно?

— Конец света? — предложила Амбер.

— Вряд ли, — покачал головой Брэм, — скорее всего, передача энергии в обратном направлении. Если Кайла не погибнет, то наверняка потеряет силу, в лучшем случае — сознание.

— Но я не могу действовать на расстоянии, не касаясь источника! О чем писала Мел? Это же полная бессмыслица! — сказала я.

— Вовсе нет, — возразил Брэм, — я слышал одну легенду из ряда "сказок на ночь", но ведь в ней может оказаться доля правды.

— Валяй.

— Бабушка говорила, что во время Великого Противостояния, около трехсот лет назад, когда смертные стали подозревать во всех своих бедах и потерях ведьм, во всем были виноваты демоны. Но демоны, не такие, как в мультиках. Выглядели они, как обычные люди, вовсе не бросались на людей. Те из наших, кто однажды убил по собственной воле, не в борьбе, и при этом поглотил всю жизненную энергию убитого, те становятся так называемыми демонами. Некоторым из них удавалось сохранить свою человеческую сущность, другие же перерождались внутри в монстров и мстили. Они другие, не такие, как мы. У них меняется мышление, они получают удовольствие от убийств и от получаемой в процессе энергии. Молодые ведьмы им нравились больше, так как жизнь в них била не просто ключом, а бурной рекой. И тогда наши решили прекратить нападения и раскололи совместными усилиями скрижаль. Образовалась огромная пропасть, которая поглотила всех демонов, потому что их энергия изменилась и стала чужда скрижали. Лишь немногие смогли спастись. Некоторые верят, что демоны до сих пор скитаются в параллельном измерении.

— Параллельном измерении? — переспросила я.

— Конечно, — ответил Брэм, — их много, но они на самом деле кривые, просто называются параллельными. Всего два измерения расположены настолько близко к нашему, что они иногда соприкасаются. Отсюда возникают вещие сны — грань времени стирается, и мы можем ненадолго заглянуть в будущее.

— А Мел наиболее уязвима для измерений, — догадалась Амбер, — поэтому может заглядывать в будущее, когда захочет. Либо она все это время врала нам, в том числе и о способностях.

— Не совсем, — добавил молчавший все это время Алан, — она может скользить по другим измерениям, открывать порталы между нашими мирами, то есть раскалывать скрижаль. Закрыть этот портал под силу только Кайле. И, похоже, у нее есть серьезные причины манипулировать Кей. Она ей нужна, но я не знаю для чего.

— Боже, — воскликнула Амбер, — как все сложно!

Тяжело было догадываться о том, что еще, возможно, не является правдой. Мы просто складывали пазл, но центральные детали отсутствовали. Точнее были у Мелани.

— И если я этого не сделаю, то есть не закрою скрижаль обратно, все демоны снова выйдут наружу, в сто, а то и в тысячи раз злее, чем были изначально? Плохо дело.

— Еще как плохо, — подтвердил Люк, — мы не знаем, как закрыть скрижаль. Спасибо Мел за то, что она хотя бы дала нам выбор. Ведь могла просто разрушить все, никому ничего не сказав. А вот демоны вряд ли выйдут, с другой стороны скрижали нет силы притяжения.

— Ах, вот как! — перебила Амбер. — Значит, Мелани превратилась в мисс Благородство, потому что не съела все сразу, а оставила нам десерт! Как мы могли повестись на удочку этой стервы, а ведь притворялась бедной овечкой! Если бы ни она, никто бы не узнал про способности Кей, никто бы не охотился на нее и не пытался использовать в своих мерзких планах!

— Пока еще мы можем ее остановить, — я попыталась разрядить обстановку.

— Да что ты говоришь? — саркастически переспросила Амб. — А знаешь, как закрыть эту фигню вовремя, и вообще, в чем заключается план Мел? Для чего все это делается?

— Ей необходимо войти внутрь вместе с Кайлой, — подвел итог Брэм.

— Это опасно, — возразила я.

— Кей, Мелани знает измерение гораздо лучше тебя, она сможет найти выход. Но вот вопрос: как она сможет остановить толпу голодных разъяренных демонов? — размышлял Брэм.

— Мы сможем, — вставил Люк, — ради этого она все затеяла, чтобы не одна Кайла поехала, а мы все.

— В это есть смысл, — сказал Алан, — а зачем тогда она пыталась взять меня под контроль? И это у нее получилось. В тот день она была так слаба, что я просто не мог отказать ей. Она просила не снимать амулет, говорила много лестных вещей, обещала, что камень защитит меня, потому что сама Мел очень беспокоится. А я, дурак, поверил ей.

— Мы все поверили ей, Ал, — пыталась я успокоить друга, — просто ты показался ей идеальным вариантом, чтобы быть в курсе событий. Она могла бояться, что ты догадаешься обо всем раньше нас.

— Но почему именно я?

— Ты издеваешься, Ал? На тебя просто повесили камушек и сидели пару дней в голове, в то время как я чувствую себя изгоем, по-настоящему невезучей девицей, судьба которой решила над ней посмеяться и подкинула на хрупкие плечи заботу о целом мире. Так что хватит жалеть себя и плакаться о несправедливости жизни.

Алан стыдливо отвел взгляд.

— Извини, — сказал он.

— Ничего.

— Ты не изгой, мы поможем тебе всегда, ты же знаешь.

— Очень на это надеюсь, — легко было говорить о помощи. Как я могла подвергать такой опасности друзей, когда даже в своих силах не была уверена?