Сильнее жизни - Виктория Щабельник

Но сейчас я рассматривала себя в зеркало, поражаясь, насколько прическа, платье и макияж способны изменить человека. К несчастью, конечно, не настолько, чтобы его не узнанным выпустили из этого дома.

Вот чего я не ожидала, так это увидеть рядом с собой в зеркале Родгара. Видимо я потеряла бдительность, а заодно слух и осторожность. Что-то грубо сказав Амели, он отослал ее из комнаты и вновь повернулся ко мне.

— Ты прекрасна.

— Ты говоришь это чтобы порадовать счастливую невесту? — я смотрела на его отражение в зеркале рядом с собой, пытаясь понять зачем он пришел.

— Не только, — он усмехнулся, — ты же знаешь, что если бы это зависело от меня, никакой бы свадьбы не было.

— Но она будет, — возразила я, стараясь не расплакаться. А какого черта? Невесте же принято плакать в день свадьбы, так ведь?

— Я хочу сделать тебе подарок, — слегка нахмурившись, Родгар протянул мне небольшую коробочку, — надеюсь, тебе понравится.

— Что это?

— Открой, пожалуйста, — тихо попросил он, и я не смогла противиться его просьбе.

Это был кулон, старинный, даже на мой непрофессиональный взгляд. Кроваво-красный рубин на тонкой короткой цепочке в гранях которого отражалось мое удивленное лицо.

— Это совершенно излишне, Родгар, — я попыталась вернуть ему коробочку.

— Он твой, — возразил демон, внимая кулон и подходя ближе, — когда-то он принадлежал твоей матери.

С этими словами Родгар ловко застегнул цепочку у меня на шее. Склонившись к самому уху не сводя взгляда с наших отражений, он шепнул:

— Когда-нибудь он спасет тебе жизнь. Тебе нравится?

— Да, — призналась я, — но откуда он у тебя?

— Кое-что не смог найти даже Данталион, — загадочно ответил демон отворачиваясь.

— Спасибо, — внезапно вырвалось у меня.

— Значит ли это, что ты больше не держишь на меня зла?

— Не держу. Не гоже перед смертью портить себе кровь ненавистью, — добавила я уже про себя, глядя на выходящего Родгара.

Не знаю, почему этот брак у меня упорно ассоциировался со смертью. Возможно потому, что я совсем не так представляла свое замужество. И даже если отбросить романтические фантазии и снять розовые очки, эти представления и близко не стояли с тем, что мне предстояло сегодня. Валар — демон, и я пыталась ему навредить. Вряд ли теперь он испытывает ко мне добрые чувства.

День как не странно пролетел довольно быстро, и я совершенно не оказалась готовой когда в комнату вошла Амели и, смущаясь, протянула широкий черный плащ с капюшоном.

— Накиньте это, Регина. Вы сможете снять его только после церемонии.

Плащ полностью скрывал фигуру и в моем упорно ищущем выхода мозгу мелькнула шальная мысль — напасть на мою помощницу, связать ее по рукам и ногам, заклеить рот и закутав в плащ отправить вместо себя. Но мысль ушла, уступив место более здравой — не злить Данталиона больше, чем я уже разозлила. К тому же, судя по осуждающему взгляду Амели, она вряд ли бы смирилась с подобной ситуацией.

Пожав плечами, я, накинув капюшон, двинулась к выходу.

— Погодите, Регина, — остановила меня Амели, — вас должны проводить.

— Кто? — испуганно спросила я, представив рядом с собой Данталиона, по-отцовски волокущего меня к алтарю.

— Я, — со вздохом облегчения я вложила свою ладонь в сильную руку Родгара. Что же, на данный момент, несмотря на его чудное умение обращаться с плетью, он единственный, чье прикосновения я смогла бы выдержать. И вряд ли это имело какое-то отношение к предсвадебной лихорадке.

Словно во сне я миновала несколько коридоров, переходов и лестниц. Наконец мы достигли главного зала, и я остановилась, не решаясь сделать последний шаг. Родгар, все еще держащий меня за руку, замер рядом, терпеливо дожидаясь, пока я подниму на него глаза.

— Ты должна пройти через это, — тихо сказал он.

— Позаботься о моей сестре, — выдохнула я, и первой толкнула дверь.

Странно, но почему-то меня не смущало количество демонов, присутствующих на церемонии. Может быть благодаря тому, что я могла наблюдать за всем, скрыв лицо. Пройдя весь зал, я старалась не смотреть на высокого широкоплечего мужчину, ожидающего меня рядом с Данталионом. Глава клана находился во главе гладкого каменного алтаря, покрытого незнакомыми письменами. На алтаре лежал толстый фолиант, по краям горели свечи, издавая горький аромат.

Когда моя ладонь коснулась горячей руки полукровки, я невольно отшатнулась, наткнувшись спиной на Родгара. Его руки на мгновение сжали мои плечи, привлекая к себе. Подняв взгляд на Валара, я увидела, что он смотрит поверх моей головы, не скрывая усмешки. Почти не чувствуя боли в плечах, я мысленно взмолилась, чтобы никто кроме нас не заметил этой молчаливой борьбы двух демонов. К сожалению, от Данталиона ничего не могло укрыться. Встретив его суровый взгляд, я повела плечом, освобождаясь от рук Родгара, снова опустив глаза в пол, не в силах смотреть на кого-то из них.

Напряженную тишину прервал голос Данталиона. Он произносил незнакомые слова, позволяя мне ненадолго снова отрешиться от всего, что происходит вокруг. Закрыв глаза, я боролась с выступившими слезами, не желая демонстрировать перед всеми свое отчаяние. Не уловив момента, когда Данталион замолчал, я почувствовала резкую боль в запястье, с удивлением наблюдая как склонившись, Валар проводит губами по свежей кровоточащей ране. Пытаясь вырвать у него руку я встретила сопротивление, которое длилось несколько секунд. Наконец, оказавшись на свободе, я встретилась глазами с полукровкой. Облизнув губы, запачканные моей кровью, он улыбнулся.

— Теперь можно это снять, — его рука метнулась к плащу, и вот я уже стою в одном платье, чувствуя себя практически раздетой под взглядами сотни демонов.

Притянув меня к себе, он навис надо мной, не сводя взгляда, и я почувствовала, что краснею, особенно после того, как поняла, что демонская свадьба заканчивается тем же, чем и человеческая. Губы Валара впились в мои. Вначале я едва заметила

давление его языка и не могла противиться, позволив ему влезть между моих губ. Я ощутила его горячее дыхание и вкус собственной крови. Наконец, поцелуй закончился, и я смогла вдохнуть воздух, одновременно борясь с приступом паники.

— Она твоя, Валар, — на мой взгляд, совершенно излишне оповестил Данталион, и я поняла, что церемония закончилась, а мои мучения только начинаются.

Все что произошло после, проносилось передо мной будто в калейдоскопе. Ничего не значащие фразы, слова и улыбки, издевки, тщательно скрытые за фальшивой любезностью. Единственный, кто на краткое время вернул мне полноту восприятия, был Данталион, внезапно выхвативший меня из толпы мелькающих лиц.

— Откуда он у тебя? — его голос был чересчур спокоен, чтобы я не могла понять, насколько ему важен ответ.