Паладин. Изгнанник - Олег Шелонин

Голоса доносились из-за плотно закрытой двери, около которой застыла статуя воина с мечом в руке. Похоже, некроманты не опасались в этих казематах нескромных ушей, чувствовали себя в безопасности, а потому говорили в полный голос, не таясь.

– Я думаю, ты понимаешь, Анджей, что с провалом миссии Василины, у нас остается только один вариант. Какую удачу упустили! И храмовники, и рыцари, сами в руки шли!

– Что теперь об этом говорить, ваша светлость!

– Этот титул здесь неуместен. Зови меня просто Нифей.

– Прошу прощения.

– На какой стадии находится эксперимент «Черная Вдова»?

– На завершающей. Семнадцать девственниц, по числу ее годков, уже давно подготовлены. Столько же вдов подобрали, а для принца тридцать женатых парней и тридцать холостых ровесников. Ему до совершеннолетия остался всего час, у темных эльфов оно наступает в тридцать, как вы знаете. Кровь младенцев для обряда уже доставлена. Так что скоро мы получим изумительного воина, покорного нашей воле, и прекрасного донора.

– С кровью младенцев осторожней. По всему миру собирали.

Лицо Кевина при этих словах исказила гримас ненависти. Рука легла на рукоять меча. Огромным усилием воли, как истинный профессионал, он загасил эмоции и вновь напряг слух.

– Нифей, – донесся до него осторожный голос Анджея, – я понимаю, секретность и все такое. Ингредиенты для зелья собирались в глубокой тайне, но теперь-то, на завершающей стадии, вы можете мне сказать, зачем была нужна кровь именно младенцев, почему они при этом обязательно должны были остаться в живых, и зачем их так много?

Несколько мгновений в комнате стояла тишина.

– Да, теперь, думаю это сказать можно. Каждая капля крови младенца – это дополнительная жизнь для наших гммм… опытных образцов. Если им будет нанесен смертельный удар, погибнет один из младенцев, чья капля крови будет течь в его жилах.

– Гениально, – восхищенно ахнул Анджей.

– Когда герцогине исполнится семнадцать?

– Через месяц, ваша светлость… о, простите, Нифей, она станет совершеннолетней и над ней проведем точно такой же обряд. Подготовку начнем уже завтра.

– Хорошо. Подготовьте все к ритуалу. Я хочу провести его лично. Через час буду у эльфа, ждите.

Кевин встрепенулся.

– Нам повезло, – прошептал он друзьям. – Зырг, хватай за горло первого, который оттуда выйдет, а я врываюсь внутрь и гашу второго.

Бесенок тут же перегородил своим маленьким тельцем дорогу к двери.

– На пущу, – выпучив глаза, прошептал он в ответ, – только через мой труп. Это же некроманты! Тут на вас сразу все ополчится. Достаточно сделать вот так!

Люка сжал ручонки в кулачки и резко ударил справа и слева от себя, и, что интересно, попал. В статую воина справа, которой по причине малого роста зарядил чуток пониже пояса и туда же некроманту Анджею, только что нарисовавшемуся в проеме распахнувшейся двери слева. Некроманта унесло обратно вместе с ручкой двери, за которую он продолжал держаться. Дверь за ним захлопнулась, смачно вляпавшись в дверной косяк. Каменная корка на причинном месте статуи воина под кулачком бесенка хрустнула. Кевин с троллем застыли в шоке, круглыми глазами глядя на пушистого обормота, одним махом поставившего крест на гениальном плане юноши. Бес тоже застыл. Судя по его круглым глазам, он собирался продемонстрировать что-то другое.

Из-за двери раздался отборный мат, который привел бесенка в чувство. Откуда только силы взялись? Одним рывком он переместил статую, установив ее напротив двери.

– Зырг, кочергу! – и, не дожидаясь, пока застывший в ступоре тролль выполнит просьбу, вырвал ее у него и со всей дури в прыжке треснул ей по голове монумента. – А теперь, господа, делаем ноги.

Тролль проследил взглядом ринувшегося наутек бесенка, опомнился и рванул следом. Кевин среагировал не сразу, а потому стал свидетелем, как каменная корка осыпалась со статуи вместе с остатками одежды, обнажая голую плоть. На пол упал меч, но воин не обратил на него внимания. Глаза его загорелись красным огнем. Ударом ноги он выбил дверь вместе с дверным косяком и шагнул внутрь, вытянув вперед руки со скрюченными пальцами. Кевин понял, что он здесь теперь объективно не нужен, и помчался вслед за друзьями.