Мрачное королевство. Честь мертвецов - Богдан Дорошин

В таверне, чье название мне было неведомо, находилось много народу. Я не боялся быть узнанным: несмотря на то что плакаты с портретами Кровавого трактирщика дружинники развесили по всему Костяному городу, людям – да и нелюдям тоже, – сейчас было не до этого. Они боялись, а некоторых просто-таки трясло от ужаса.

В Мрачном королевстве за долгие годы никто и никогда не видел солнца. Понятное дело, что, как только Купол Ночи треснул, по стране прокатилась массовая истерия. Следователи тайной дружины не справлялись с беспорядками, и пришлось задействовать на улицах зомби, чьи патрули курсировали отныне по всему городу. Само собой, под палящими лучами нежить быстро приходила в негодность, отчего в столице стоял удушливый и гнилостный запах разложения.

Но решительные меры способствовали установлению какой-никакой дисциплины. Людей загнали в дома, лавки, таверны и гостиницы, а официальное заявление гласило, что Купол Ночи исчез лишь временно, вследствие происков опасных «светлых» шпионов. Имя Кровавого трактирщика в этих речах упоминалось неоднократно, и из бедного меня сделали образ настоящего чудовища, увеличив награду за голову до баснословных тридцати тысяч грамм золотом.

Правда, имелась и другая сторона медали. Газетчики столь старательно делали из меня монстра, что в сознании простого люда я окончательно потерял человеческий облик. Ну кто бы подумал, что этот худощавый парень, поедающий кашу посреди общего зала таверны, может быть великим и ужасным Трактирщиком?

Я беззвучно фыркнул, попутно прислушиваясь к болтовне вокруг.

– Если долго находиться под этими лучами, то вскоре заболеешь и умрешь, – хриплым голосом сообщил старик, чья кожа, как, впрочем, у нас всех, была бледна словно мел.

– У моего соседа появились жуткие ожоги, – поддержал сплетника молодой и с виду неглупый парень. – Его увезли лекари, но я знаю… он умер. Мы все умрем.

Люди загомонили. В дневное время суток никто лишний раз не рисковал выходить на улицу, забиваясь в самые темные щели. Из-за этого наступил форменный хаос: производство и торговля замерли, как, впрочем, и любая другая деятельность. Боевой дух не потеряли только дружинники, лекари и особо ушлые торговцы, решившие заработать пару лишних грамм золота на общей беде и толкавшие свои телеги от дома к дому.

Я прятал лицо под капюшоном, иногда нервно оглядываясь. Боялся, что появятся они.

Личности.

Архарон, Азалия, Дарлайн, Эрран, а также Вегейр с Карохадом. Я не слышал их бормотаний в своей голове уже несколько часов, но это еще ничего не значит. Они продолжали жить во мне, и доказательством тому было, что, получив миску с кашей, я поблагодарил девушку-разносчицу столь галантно, что сам подивился, а в попытке отвоевать место за столом помянул Гарса и пару раз прокартавил нечто отвратительное на манер Эррана.

Возможно, я сошел с ума. Другого объяснения у меня нет. Да и то, что случилось за последние несколько дней, не укладывается ни в какие рамки. Я в одиночку справился со Штефэнеску и множеством вампиров, а после уничтожил вековую защиту Мрачного королевства и скрылся в вихре телепортации.

Конечно, можно списать все на Личностей, мол, бесчинства в замке учинил Эрран, а с Куполом Ночи разделался Архарон, но… эти ребята ведь давным-давно мертвы. Я еще не родился, когда о них пели легенды, да и не могут столь сильные сущности возродиться по одному щелчку пальцев.

Они – иллюзия, обман! Просто мое сознание раскололось на несколько частей, и пока я не соберу осколки, следует быть крайне осторожным. Искра Звезд не предупреждала, что можно в буквальном смысле свихнуться…

– Я говорила, – не согласилась каштановолосая девушка, возникшая из ниоткуда и теперь сидящая напротив меня. Никто из посетителей не обратил на нее внимания: «Дарлайн», по обыкновению, видел только я. – Ты был осведомлен о рисках.

– Г’исках? – В моих глазах отобразилась вся злоба Нижнего мира. – Да ты ни словом не обмолвилась о том, что подобное может произойти, достопочтимая ты сука! Клянусь Гарсом, был бы у меня топор, я разделал бы тебя в мгновение ока. Пг’ямо здесь! А потом съел!

Кое-кто повернулся ко мне и недоуменно взглянул. Я моргнул, поняв, что никакой девушки передо мной нет. Опять привиделось. Я все чаще разговаривал сам с собой, не в силах определить, где реальность, а где плод моего воображения.

Единственное, что оставалось неизменным – во мне клокотала чудовищная энергия. «Живой» артефакт не обманула, и благодаря тому, что я соприкоснулся с каждым из ее прошлых владельцев, теперь у меня получалось контролировать ее силу.

– Дерьмо… – выдохнул я. – Нужно с этим что-то делать…

Прошло уже два дня с тех пор, как Архарон унес нас прочь из замка Штефэнеску, разбив при этом Купол Ночи. С той самой минуты я ни разу нормально не спал. Бездомный скиталец, которому некуда податься. Тайная дружина уже наверняка проверила все места, где я мог бы искать убежище. Да и кто из моих знакомых и друзей рискнул бы своей шеей после того, что случилось с Космином Вуей?

При мысли о товарище у меня защемило сердце. Нужно будет помочь его жене и волчатам. Передать каким-то образом деньги – возможно, через гремлинов. В замке Штефэнеску я нагреб больше, чем нужно беглецу.

Дверь таверны распахнулась, и внутрь вбежал мальчишка:

– Патруль! – крикнул он. – За два квартала отсюда!

Посетители заволновались, но больше всех встревожился конечно же я. Для большинства присутствующих проверка документов означала лишь неприятное соседство с вонючими зомби, чей запах надолго поселится в носу. Кое-кого арестуют за мелкие провинности, ну а меня… какая там награда за голову Кровавого трактирщика? То-то же.

Часть посетителей между тем столпилась у окон, выглядывая, далеко ли еще до шеренги из зомби, некроманта и нескольких волколаков. Вампиры тайной дружины вынужденно получили выходной. Теперь работать они могли лишь по ночам.

Оглядевшись, я понял, что в мою сторону никто не смотрит, и это был отличный шанс, чтобы скрыться. Запасная дверь выходила в переулок, ожидаемо пустынный в дневное время суток. Здесь, в отличие от центральных улиц, все утопало в приятной тени. Но вот запах… похоже, именно сюда посетители выходили по нужде.