Императрица - С. Дж. Кинкейд

Гравитация изменяла время. Этого не знали ни я, ни Тайрус. Теперь узнали. Но какой ценой?

В Хризантеме, в обычном пространстве, и время текло по-обычному. Вся империя жила в одном ритме. В Священном городе, рядом с черной дырой, время постоянно колебалось от медленного до еще более медленного. Иногда день там равнялся месяцу в галактике. Иногда году.

Направившись прямиком в дыру, мы лишь все больше и больше замедлялись. Сам Интердикт не мог предположить, сколько же мы отсутствовали, без доступа к базе данных Священного города, которая могла рассчитать результат с точностью до миллисекунды. Ошеломленный новостью бледный Тайрус так и застыл посреди командного пункта, уставившись в никуда.

В результате из нас троих только Интердикту хватило присутствия духа, чтобы начать действовать. Он сел за один из компьютеров «Геры» и принялся вводить запросы в базу данных. Я мельком увидела некоторые из них: энтропия, причинно-следственная связь, преломление лучей, отрицательная рефракция. Похоже, поиск успехом не увенчался. Интердикт все больше выходил из себя и все быстрее стучал по клавиа туре.

Наконец, шумно выдохнув, он оттолкнулся от консоли. Выглядел наш пассажир не лучше Тайруса.

– Невозможно. – Интердикт поймал мой взгляд. – Скажи, Немезида, может, этот компьютер как-то пострадал? Может, данные стирали или…

Я покачала головой.

– Я хотел понять масштабы вашего невежества. Сначала ввел в компьютер сложные термины, потом перешел к простым, до последнего надеясь, что мои худшие подозрения не оправдаются. Увы. Я никогда не выступал против наук. Напротив, если бы не мое нынешнее призвание, я с удовольствием бы провел всю жизнь в университете – учился бы сам, делился бы знаниями с другими. Декрет о ереси появился в ответ на трагедию со взрывом сверхновой. Я пытался обезвредить тех, кому нельзя доверять наши технологии, кто не понимал последствия своих действий. Не все должны обладать той мощью, что даровали нам науки.

Тайрус с трудом поднял на него глаза:

– То есть вы разграничили, кому можно доверять технологии, кому нет? И грандство оказалось достойным?

– Это было не только мое решение, Тайрус. Наши предки покинули Землю не по собственной воле. Изначальные их вынудили. Считали, что сугубо естественные люди слишком ненадежны и не могут управлять технологическими достижениями, созданными механическим умом. Изначальные поставили наших предков – двадцать тысяч верующих – перед выбором: раз они хотят оставаться полностью людьми, то должны отказаться от всех технологий и жить в заповедниках. Либо вернуться к органическому статусу, сохранить технологии, но улететь далеко от Земли.

– Далеко? – переспросил Тайрус.

– Сюда. В этот регион. Туда, где мы не сможем навредить никому, кроме самих себя. Так мы и очутились здесь, в хрупком закутке обитаемого пространства, окруженного естественным барьером из радиации, гравитации и космических лучей. Расплодились, как и положено людям, и заняли всю доступную территорию. А потом, пол-эона назад, сделали как раз то, что нам предрекали. Группка простых людей зажгла сверхновую и стерла с лица земли половину империи.

– Так это была не случайность? – выдохнула я. – Но зачем кому-то убивать кучу людей?

Интердикт пожал плечами.

– Мы все потомки фанатиков. Вера может сподвигнуть на великие дела, но иногда с ее помощью оправдывают ужасные преступления.

Кто-то специально взорвал сверхновую. У меня в голове не укладывалось.

– Тогда-то мы с вашим предком, Тарантисом фон Домитрианом осознали, что в предупреждении Изначальных крылась мудрость, – продолжил Ортанион. – После взрыва было потеряно множество знаний, и мы постарались, чтобы их не обрели вновь. Запретили науки. Машины передали тем, кому хватит ответственности использовать их во благо.

Он посмотрел на нас, и впервые его надменная, идеально спокойная маска дала трещину. Я увидела глаза человека, который прожил слишком долго и совершил ужасную ошибку.

– Мы намеревались лишь немного откатить прогресс, чтобы столь разрушительные устройства больше не появились на свет. Я не осмелился бы предлагать подобное, если бы не изучил историю человечества и не стал экспертом в поведении людей. И никак не ожидал, что основы физики исчезнут из общедоступных знаний – даже у императора.

– Наверное, вам стоило чаще выбираться из Священного города, – немного едко заметил Тайрус.

– Безусловно, было слишком самонадеянно рассчитывать, что я смогу оставаться в курсе событий благодаря визитам священников, ведь они совершаются так нерегулярно… Живой Космос покарал меня за высокомерие.

Я уставилась на Ортаниона. В своем эгоизме он всерьез решил, что случившаяся катастрофа – урок лично ему.

– Я верил, что ясно вижу цели нашего божественного Космоса, однако пришла пора оценить их заново. Раз император – император из рода Домитрианов – так отчаянно влюбился в кого-то, что отправился искать меня… впрочем, тут все логично, ведь лишь я могу признать ее личностью…

Он бессвязно забормотал, пытаясь осмыслить ситуацию.

Мне вдруг ужасно захотелось ему врезать, даже кулаки пришлось стиснуть, чтобы удержаться. Я посмотрела на Тайруса. Он совсем поник и, кажется, все еще пребывал в ступоре.

– Теперь мне ясна воля Живого Космоса, – подытожил Интердикт, выпрямляясь. – Император влюбился в ту, кого только я могу признать человеком, чтобы вы пришли ко мне, показали, как я заблуждаюсь… Да. Да, теперь все понятно.

Тайрус устало посмотрел на священника, явно прикидывая, сколько же времени мы уже потеряли и продолжаем терять.

– В трагедиях кроются чудеса, – провозгласил Интердикт. – И путь, по которому мы должны пойти, открылся мне столь же ярко, как рассвет. Мой юный император, вы по воле Живого Космоса совершили величайший подвиг.

У меня просто руки чесались его заткнуть. У Тайруса же не было сил хотя бы изобразить что-то похожее на пыл.

– Вы станете Домитрианом, который возродит изучение наук, – объявил Интердикт.

Тайрус уронил челюсть, а у меня закружилась голова. Серьезно? Теперь? После всего, что случилось?

– Вы хотите… возродить науки, – повторил Тайрус.

– Да, сын мой. Такова твоя цель, и я повелеваю тебе ее достигнуть. Я передам тебе все, что хранится в нашей системе, в наших компьютерах, все потерянные знания, чтобы с твоей помощью их обрели вновь. Согласен ли ты возложить на себя эту миссию?

Не веря собственным ушам, разрываясь между надеждой и страхом, Тайрус упал на колени перед Интердиктом.

– Вы просите сделать это для вас, Всевеликий.

– Да. Вы были представителем Живого Космоса и станете им снова, на пути к дерзновеннейшей из целей. А ты… ты, существо Немезида. Встань на колени. Дай мне тебя коснуться.