Незримые - Шеннон Мессенджер

– Мы должны идти. – Митя медленно поклонилась. – Но обещаем сообщать обо всех новостях.

– Берегите себя, друзья. – Калла обняла гномов. – Не все то, чем кажется.

– Воистину. – Люр поцеловал Каллу в щеку.

Последний раз взглянув на Софи, они пристально посмотрели на ее значок с лунным жаворонком, а затем исчезли среди деревьев.

– Ну ладно. – Киф снова взял Софи за руку. – Расскажи, что натворила мама.

«Хочешь, я сам скажу?» – передал Фитц.

Софи покачала головой. Киф спрашивал ее.

«Если понадоблюсь – я рядом», – заверил Фитц, отводя остальных в сторону.

– Пойдем, – шепнула Софи, потянув Кифа к дереву, лежащему у реки. Его кора была грубой и сырой на ощупь, но Софи понимала, что перед таким разговором им лучше присесть.

– Если она кого-то убила – просто скажи, – прошептал Киф.

Софи переплела с ним пальцы, так сильно сжимая руку, что побелели костяшки.

– Дело не в том, что она сделала, Киф. А в том, что могли сделать с ней.

Едва она начала, история полилась из нее во всех ужасающих деталях.

– Но они не нашли тела, – закончила она. – Так что мы ни в чем не уверены.

Киф пустым взглядом смотрел на реку.

– О чем думаешь? – спросила Софи, когда тишина начала душить ее.

– Странный вопрос для телепата.

– Ты же знаешь, я бы не стала лезть в твои мысли.

Киф вздохнул.

– Я думаю… что она заслужила смерти.

Говорил он уверенно. Но по глазам было видно обратное.

– То, что ты расстроен, – это нормально, Киф.

– Нет, не нормально, учитывая, что она натворила.

– Она все равно твоя мама, хоть ты и злишься.

– Я не просто злюсь, Софи. Я… Я не знаю, как это описать. Но мне плевать, что с ней стало.

– Тогда почему ты плачешь? – Софи стерла с его щеки слезу и продемонстрировала влажный палец.

– Я… – Все дальнейшие слова перешли во всхлип.

Софи крепко обняла его, и вскоре ее плечо намокло от слез. Она вспомнила о Фитце, который был на ее месте, – интересно, он тоже чувствовал себя абсолютно беспомощным? В день, когда он забрал ее от родителей, он казался сильным и спокойным. Жаль, что она не могла стать такой же для Кифа.

– Мы пока ни в чем не уверены, – напомнила она.

– Не важно. Я даже не понимаю, переживаю ли за нее.

– Не обязательно за нее переживать. Как бы сильно ты ее ни ненавидел, отчасти ты все равно ее любишь. И что бы ни случилось, ты будешь горевать.

– Нет, смогу что-нибудь предпринять. – Киф отстранился. У него были красные, опухшие глаза, но когда он вновь повернулся к реке, слез в них не было.

– Мне уйти? – спросила Софи.

Киф кивнул.

– Хотя нет, не надо. Мне лучше не оставаться одному. Я натворю глупостей. Мне нужно… Не знаю, что мне нужно. Просто не уходи.

Софи осталась.

Киф уложил голову ей на плечо, и Софи начала считать его вздохи, думая о том, какие странные формы могла принимать скорбь.

Грейди с Эдалин закрылись от всего мира.

Фитц начал всех отталкивать.

Она пока не понимала, как справляется Киф. Но была рада, что он ее не прогнал.

Когда Софи с Кифом вернулись с реки, в их домах было темно, и Киф цеплялся за ее руку до последней секунды. Софи старалась подобрать слова, чтобы как-нибудь успокоить его перед сном. На ум не пришло ничего лучше, чем сказать:

– Если понадоблюсь, кинь чем-нибудь в окно.

Киф постарался улыбнуться, но вышло натянуто.

– Увидимся завтра, Фостер.

Затем он ушел.

Когда Софи прокралась в гостиную комнату своего дома, в нем было тихо. Она пропустила ужин и отбой, но ее это не волновало. Все равно она не могла ни есть, ни спать.

– Как он там? – спросила Биана, едва Софи перешагнула порог своей спальни.

При ее появлении Софи едва подавила вопль.

– Прости, – сказала Биана. – Мне было не уснуть.

Они с Софи подошли к кровати и сели на нее. Свет никто не включил.

Софи понимала, что, наверное, стоит успокоить Биану и сказать, что все хорошо. Но все равно остановилась на правде.

– Думаю, это его изменит.

– И я, – прошептала Биана. – Ну так… что будем делать?

– Не знаю, – призналась Софи. – Нам надо как-то докопаться до правды. Кифу понадобятся ответы. А пока что нужно помочь ему прийти в себя.

Повисла тишина, а затем Биана сказала:

– Поверить не могу, что «Незримые» на это пошли.

Софи тоже не могла, и от этого становилось лишь страшнее. Она понимала, что их враги опасны, но это было за гранью зла.

Леди Гизела была их лидером, а они пытали ее и заперли в тюрьме – а может, и убили. Так что же огры и «Незримые» сделают с ними, если сумеют схватить?

– Можно мне переночевать здесь? – спросила Биана, и дрожь в ее голосе подсказывала, что она боялась того же, что и Софи.

– Конечно, – ответила та.

Она пошла переодеваться, и к тому времени, как почистила зубы, Биана уже забралась под одеяло. Кровать была настолько большая, что Софи почти не ощущала присутствие подруги. Но от звука дыхания Бианы в комнате будто становилось теплее.

Она думала, что Биана уже спит, но та спросила:

– Мы ведь их остановим, да?

Софи уставилась на стену, вспоминая всех, кого они потеряли.

Кенрик. Джоли. Прентис. Дворфы с Эвереста. Может, даже леди Гизела.

Ужасное чувство нашептывало, что они были не последними жертвами. Но в одном Софи была уверена.

– Да, мы их остановим.