Спящий дракон - Елена Ахметова

Первое признали бесперспективным, и все города, запитанные от него, предполагалось перевести на другой источник. Предстояла уйма работы, но увы — поскольку наше бюро считалось занятым на Третьем, проект переподключения ушел другой конторе.

— И стоило возиться… — бурчала Любовь Казимировна, перенося файлы с расчетами новой станции из рабочей папки в папку «авось пригодится».

Мне оставалось только последовать ее примеру, после чего я снова зарылась в Сеть. Но и здесь меня ждало сплошное разочарование: все учебники по магологии, выложенные в открытый доступ, почти дословно повторяли друг друга, и ничего принципиально нового и интересного я не нашла. На запрос о драконьих гендерных исследованиях вылезла всего одна ссылка — и та вела на персональную страничку какого-то предсказателя самого что ни на есть шарлатанского вида.

Пришлось признать, что исследователь из меня не лучше, чем сыщик, и засесть за обновленные нормативы. К легкому чтению они определенно не относились, и изучать их просто так, а не из-за необходимости что-то уточнить применительно к конкретному проекту, было чертовски скучно. День тянулся бесконечно; так я не уставала даже в аврал.

Поэтому вечером из бюро я выскочила, как сорвавшаяся с цепи дворняжка — радостно и без оглядки; посмеялась сама над собой и первым делом приодела Тайку для прогулки. Она, наконец, оценила и кроссовки, и стильный комбинезончик, и теперь с удовольствием щеголяла по улицам в моей компании.

От нечего делать я дошла до стационара; помялась у дверей — не входить же с собакой? — и позвонила Беримиру.

— Опять простыла? — вместо приветствия поинтересовался он, едва подняв трубку.

Я собиралась ответить отрицательно, но вместо этого привычно хлюпнула носом и была вынуждена выслушать полминуты укоризненной тишины.

— Я не поэтому звоню, — быстро сообщила я. — У тебя же смена закончилась?

— Теоретически, — подтвердил врач. — Практически — я жду, пока перезарядится диагност, а то тут один товарищ подумывает концы отдать, но никак не решит, из-за чего. Пока не разберемся, придется торчать тут.

— Хотен тебе не звонил? — все-таки спросила я, попрощавшись с идеей вытащить Беримира на прогулку.

— Звонил, — флегматично отозвался он. — Но перевоспитывать тебя я готов только в угоду себе, а никак не посторонним мужикам. Которые, стоит отметить, в нормальных условиях склонны делать вид, что меня не существует.

Я удивленно промолчала. При мне Хотен никогда не позволял себе выпадов в сторону Беримира, и на общих посиделках держался вполне себе мирно.

Чего еще я о нем не знала?

— О Найде ничего не слышно? — поинтересовался Беримир. — О, вот это наряд!

Я подняла голову: в окне второго этажа маячил мужской силуэт в белом халате. Я помахала ему рукой и печально призналась:

— Ничего.

Не говорить же ему об инициированном расследовании?

До конца недели дни удивительно походили один на другой: прочитав обновленные нормы, я засела за литературу куда более легкомысленную, но, поскольку в бюро уже ни у кого не было работы и все страдали от безделья, никаких санкций не последовало. Я читала, возвращалась домой, гуляла с Тайкой и перезванивалась с Владом и Беримиром. Но новостями меня не мог порадовать ни тот, ни другой.

Зато утро пятницы ознаменовалось отрядом приезжих порядочников в проектном бюро и обыском на входе. Кажется, я могла угадать, что случилось, даже не войдя внутрь.

И точно: стоило мне появиться на рабочем месте, как бледноватая Малуша Путиславовна велела мне подняться в архив. И замолчала — будто воды в рот набрала. Я немедленно начала терзаться любопытством и, быстро утрамбовав шубу в шкаф, помчалась наверх.

Третий этаж был полон народу — но непривычно тихого и молчаливого. Даже девочки-секретарши, пробившиеся ближе всех к дверям архива, без единого слова проводили меня взглядами. Архивариус пряталась у них за спинами.

Я почувствовала себя так, будто поднялась не в архив, а на эшафот. Но приказ начальства оставался приказом, и, чтобы не оттягивать неизбежное, я коротко поздоровалась с присутствующими и вошла в архив, чтобы повторить эту нехитрую операцию… и подавиться словами, когда приглашенный «профессор» спрыгнул со стеллажа.

Магологи не уставали не то что удивлять — ошарашивать.

Это была эльфийка. Самая настоящая. До сих пор я их видела только на голограммах и фотографиях, но ошибки быть не могло: у людей не бывает таких лиц — тонких, резких, словно каждую черту единым росчерком нарисовали тушью; кроме того, люди в среднем гораздо выше и массивней, а еще ни один человек не способен сигануть с двухметровой высоты, прямо в полете изменить направление и беззвучно приземлиться.

Для этого нужен отточенный миллионами лет эволюции навык житья в лесах. И хвост.

Хвост был роскошный — длинный и гибкий, покрытый нежной золотисто-русой шерсткой в тон волосам на голове, уложенным в сложную прическу. Эльфийка держала его торчком, почти прижимая к спине, как белка, — для этого экзерсиса в ее светло-зеленом плаще предусматривался специальный разрез.

А еще, кажется, мама говорила, что пялиться на хвост — неприлично. Я это помнила, но отвести взгляд было выше моих сил.

— Ратиша? — мягко поинтересовалась эльфийка.

У нее был акцент, шелестящий, как листва на ветру, какой-то потусторонний, словно любое ее слово шепотом повторял невидимый двойник. Несмотря на более чем сносный койне, впечатление чуждости только усилилось.

— Да, это я, — отозвалась я.

На койне я тоже говорила с акцентом. Мама над ним посмеивалась, как и над наречием Свершившегося Союза, — отрывистым, порыкивающим, словно собеседник с первых же слов едва сдерживается, чтобы не броситься в атаку. Папа иногда даже обижался.

— Меня зовут Ивиш, — представилась эльфийка и чуть склонила голову. Выглядело пугающе: человек в таком положении не мог бы не ссутулиться немного, не повести плечами. У нее же замерло все тело, а двигалась только голова — как у совы. — Я профессор магологии Сайтарского университета.

Столичная штучка. Надо же…

Да, теперь я понимала, отчего в коридоре такая шокированная тишина.

Мало того, что, вероятно, никто из сотрудников бюро в жизни не видел живого эльфа. Первый на моей памяти эльф на магическом месторождении всенепременно должен был оказаться женщиной, профессором магологии и гражданином Альго-Сай-Тара, жителям которого традиционно вообще запрещали въезд на территории Союза!

Похоже, МагКонтроль в панике. Неудивительно, в общем-то. Медицина, транспорт, промышленность, быт — магия лежала в основе всей нашей жизни, без нее невозможно представить современную цивилизацию.

Лишиться магии сейчас — все равно что похоронить все достижения прогресса разом. А на всех известных месторождениях сейчас творилось что-то необъяснимое. Несколько городов уже перешли на резервные источники — не бесконечные, стоит отметить. Кроме того, под угрозой оказалась сама Горница. Тут не то что эльфа — самого дракона впустишь, лишь бы исправить положение!