Голубка в Вороньем логе - Елена Соловьева

— Попробую, — пообещал Джереон.

Пожелала ему удачи. И себе — мне она тоже понадобится. Во время праздничной суеты можно будет узнать много нового. И посетить те части замка, в которые непозволительно заглядывать старушке Габи.

В назначенный день задолго до рассвета в замке началась суета. Мод, горничные и жены рыцарей, покинувшие дома в низине Вороньего лога, занялись приготовлением угощений. По коридорам поплыли умопомрачительные ароматы выпечки и жареной дичи. Джереон и Диди выкатывали из погреба бочонки с вином, носили посуду. Рыцари сдвигали столы в главном зале, расставляли высокие канделябры, устанавливали толстые парафиновые свечи. Приглашенный оркестр настраивал инструменты.

Я в общих приготовлениях не участвовала. Хозяйка забрала меня в единоличное пользование. Даже позавтракать не разрешила. Пришлось сглатывать голодную слюну и выполнять обещание.

Фреджа, в самодельных бигуди из накрученных на тряпочки бумажек, медовой маске и наложенных на глаза кружочках огурца стояла посреди комнаты, наподобие манекена. Я упаковала ее пышное тело в корсет, сверху натянула темно-голубое бархатное платье.

— К этому наряду очень бы пошли рыжие локоны, — заметила я, скрывая тревожное выражение лица. — Вы никогда не думали о том, чтобы покрасить волосы?

Фреджа всхлипнула и раздраженно дернула плечиком.

— Твоя болтливость испортила мое утро! — обвинила и притопнула. — Зачем напоминать о былом? Словно специально давишь на больную мозоль…

— Ваши волосы были рыжими? — ошеломленно произнесла я. — Никогда бы не подумала.

Неужели она? Неужели Фреджа так сильно ненавидела невестку, что решилась от нее избавиться? Изменила голос и напугала внучку до полусмерти?..

— Ой! — дернулась хозяйка. — Ты что, угробить меня собралась? И не болтай больше, иначе… — она на секунду задумалась. — Лишу возможности увидеться с сыном. Останешься в спальне на весь праздник.

Задумавшись, я не сразу поняла, о чем она ведет речь. Посмотрела на бархатную ленту с сапфирами, зажатую между пальцев, и косо улыбнулась. Вот уж действительно: глаза боятся, а руки делают. Я слишком сильно затянула украшение на шее хозяйки, стоило только подумать, что она причинила вред Катерине или Верене.

— Простите, не знаю, что на меня нашло, — сказала вполне искренне.

Все же природный цвет волос — еще не повод подозревать в убийстве. Фреджа, в общем-то, неплохая женщина, хоть и сварливая.

Боясь снова повздорить, я последовала совету хозяйки и больше не задавала вопросов. Закончила с ее одеянием, нанесла на лицо макияж. Получилось вполне прилично.

— Похожа на настоящую принцессу, — восхитилась Фреджа, рассматривая свое отражение в зеркале. — Нет, не на принцессу. На молодую королеву Англии…

— Можно мне идти? — пришлось подать голос.

Не отрывая взгляда от зеркала, Фреджа величественно махнула рукой. Я метнулась к закутку, вытащила вещи и бочком прошла мимо хозяйки. Судя по мешку в руках, можно было подумать, что я своровала столовое серебро и несколько подушек.

Но Фреджа не обратила на это внимания, отрабатывая на зеркале улыбки и кокетливое помахивание ресницами.

Коридоры замка тоже оказались пустыми — слуги и хозяева суетились в главном зале. Но, прежде чем покинуть замок, я заглянула в детскую. Верена, в пышном платье, напоминавшем розовое облако, играла с Верочкой.

— Привет… — поздоровалась я тихонько.

— Привет! — радостно отозвалась племянница и бросилась ко мне. — Почему на тебе старое платье, разве ты не идешь на праздник? Это же так здорово! Целый день веселья и никаких походов в капеллу!

Я поцеловала ее в пухлую щечку. Опустилась на корточки и прошептала:

— Вот об этом нам и нужно поговорить. На праздник придет не старушка Габи, а твоя тетя Валерия.

— Ура! Наконец-то я увижу тебя настоящую! — возликовала Верена. — Ты наверняка такая же красивая, как моя мама. Вот бы папа в тебя влюбился — тогда тебе можно было не прятаться. Ты осталась бы с нами, навсегда!..

Детская непосредственность вогнала меня в краску. О таком исходе я не смела и мечтать. Хотя… мысль понравиться Корблу грела сердце.

— Можно попросить тебя об одной услуге? — спросила племянницу, отгоняя непрошенные мысли. Дождалась кивка и продолжила: — Если узнаешь меня в маске и вечернем платье, не подавай вида.

— Ну вот, — расстроилась Верена. — Мне так хотелось увидеть тебя красивой. Как же я узнаю, что это ты?

— Заколю волосы брошью со стрекозой, — предложила я. — Вот этой…

Добыла припрятанную на дне мешка заколку и показала Верене.

— Красивая… — призналась она. — Так и быть, носи маску. Но пообещай потанцевать с папой!

— Только если он сам пригласит, — решила я.

Корбл

Пока рыцари и немногочисленные приглашенные пировали в главном зале, он стоял на смотровой башне. Белый с крестом плащ развевался по ветру. Устремленный вдаль взгляд выдавал волнение.

Прежде в день солнечного затмения сюда слетались особые гости — посланники мира. Люди, наделенные истинным даром обращения. Желая снять проклятие, отцы приводили дочерей, знакомили с кандидатами в мужья. Сизокрылые парни, достигшие брачного возраста, прилетали сами. Так было прежде…

Их становилось все меньше. Голуби редко заводили детей. А тех, что появлялись на свет, прятали и от людей, и от проклятых рыцарей.

Невысокую фигурку, идущую по дорожке к замку, Корбл вначале принял за призрака. Будто Катерина вернулась с того света, чтобы отомстить за загубленную молодость. Длинные светлые волосы обрамляли тонкое лицо, спрятанное под маской.

Даже издалека взгляд нереальных антрацитовых глаз казался дерзким, уверенным. Такой же была походка: туфельки на каблучках звонко стучали по выложенной булыжниками дороге. Оттенка ясного неба платье облегало стройный стан. При каждом шаге в разрезе проглядывало округлое, манящее плавным изгибом колено.

Нет, это не Катерина. Хотя, определенное сходство просматривалось. Если бы не эта маска…

— Кто вы?! — окликнул незнакомку Корбл со своего поста.

Девушка даже не вздрогнула. Вскинула голову и ослепительно улыбнулась.

— Всего лишь гостья, — произнесла голосом звонким, как журчание горного ручья. — Разве сегодня принимают не всех желающих?

Корбл удивился. И вместе с тем обрадовался. Вернул девушке улыбку и поклонился:

— Почту за честь увидеть вас среди гостей.

Впервые в жизни пожалел, что не умеет летать. Ведь пока он спускается к главным воротам, девушка успеет войти. И другой рыцарь проводит ее в главный зал.

Она приложила ладонь козырьком ко лбу и прокричала:

— Зачем вы стоите там, наверху? Не боитесь упасть?