Сияющая цитадель - Дэвид Эддингс

— Нет, Спархок, — прошептала она, —категорически нет. Она только что заснула. — Сефрения вышла в коридор,прикрыла за собой дверь и демонстративно прислонилась к ней спиной.

— Я не причиню ей вреда, Сефрения.

— Можешь биться об этом об заклад хоть со всейДарезией, — ответила она со стальным блеском в глазах. — О чем тыхотел ее спросить?

— Могу я использовать Беллиом, чтобы прекратить этубурю?

— Возможно.

— Почему бы тогда мне этого не сделать?

— Ты хочешь уничтожить Джорсан — и всех его жителейзаодно?

Остолбеневший Спархок воззрился на нее.

— Ты не имеешь представления о том, какие силызаключены в природных явлениях, верно, Спархок?

— Отчего же, — сказал он, — имею… некоторое.

— Нет, дорогой, думаю, что нет. Кто бы ни вызвал этотураган, он очень могуществен и точно знает что делает, однако ураган все жеостается природным явлением. Конечно, ты можешь использовать Беллиом, чтобыпрекратить его, но тогда вся сила, заключенная в урагане, освободитсяодновременно и в одном месте. Когда пыль осядет, ты не найдешь и следовДжорсана.

— Наверное, мне лучше отказаться от этой идеи.

— На твоем месте я бы так и сделала. А теперь уходи.Мне нужно присматривать за Афраэлью.

И Спархок пошел назад по коридору, чувствуя себя отчастимальчиком, которого только что отослали в его комнату.

Навстречу ему поднимался по лестнице Улаф.

— Можно тебя на два слова, Спархок? — спросил он.

— Конечно.

— Думаю, тебе нужно смотреть за Келтэном в оба.

— Вот как?

— Он лелеет кое-какие нехорошие мысли насчет Берита.

— Стало быть, это продолжается?

— А ты, значит, знал об этом — я разумею чувства,которые Келтэн питает к камеристке твоей жены? Спархок кивнул.

— Знаешь, чем больше он пьет, тем хуже, — а втакую бурю больше и заняться нечем, кроме выпивки. У этих его подозрений естькакое-то основание?

— Ни малейшего. Он попросту высосал их из пальца. Насамом деле девушка обожает его.

— Я так и думал. Бериту хватило хлопот с супругойимператора, чтобы искать себе кого-то еще. И часто с Келтэном такое случается?Я имею в виду — часто он влюбляется так сильно?

— На моей памяти — впервые. Он всегда искал случайныхприключений.

— Это, конечно, самое безопасное, — согласилсяУлаф, — но именно потому, что он ждал так долго, теперь его так крепкоприхватило. Надо бы нам постараться держать его подальше от Берита, покуда мыне вернемся в Материон и Алиэн все ему не растолкует.

К ним по коридору подошел Халэд. Вид у оруженосца былнедовольный. В руке он держал золотой флорин Келтэна.

— Ничего не выйдет, Спархок, — сказал он. — Ябы запросто мог покрыть камень золотом, но у тебя всякий раз уходило бы полчасана то, чтобы открыть камень. Я думаю предпринять кое-что еще. Дай мне кольцо. Ясобираюсь сходить к ювелиру, и мне понадобятся точные мерки.

Спархок ощутил сильнейшее нежелание расставаться с кольцом.

— А не можешь ты просто… Халэд покачал головой:

— Что бы мы с ювелиром ни придумали, нам все равнопридется точно пригнать на место нашу задумку. Полагаю, Спархок, вопрос в том,насколько ты мне доверяешь.

Спархок вздохнул.

— Обязательно нужно было представить это именно в такомсвете?

— Я подумал, мой лорд, что так будет быстреевсего. — Халэд протянул руку, и Спархок, сняв кольцо с пальца, положил егона ладонь оруженосца.

— Благодарю, — сказал Халэд. — Твоя вера вменя просто трогательна.

— Хорошо сказано, — пробормотал Улаф.

Позднее, когда Спархок и Улаф отнесли Келтэна наверх иуложили в постель, все собрались в общем зале поужинать. Спархок обменялсянесколькими словами с трактирщиком, и ужин Сефрении отнесли в ее спальню.

— Где Телэн? — спросил Бевьер озираясь.

— Сказал, что пойдет подышать свежим воздухом, —ответил Берит.

— В такую бурю?

— По-моему, ему просто на месте не сидится.

— Или не терпится что-нибудь украсть, — добавилУлаф.

Входная дверь с грохотом распахнулась настежь, и порыв ветравнес в общий зал Телэна. Под плащом на нем были камзол и обтягивающие штаны, упояса прицеплена шпага, которую он носил привычно и ловко. Он привалился спинойк двери, изо всех сил стараясь захлопнуть ее. Мальчик промок до нитки, по лицутекла струями вода, и тем не менее он широко ухмылялся.

— Я только что раскрыл тайну, — со смехом сообщилон, подойдя к друзьям.

— Вот как? — заинтересовался Улаф.

— Сколько, по-вашему, господа, стоит настоящее имяРебала?

— Как ты узнал его? — требовательно спросил Берит.

— Чистое везение, и более ничего. Я вышел осмотреться.Ветер прокатил меня по узкой улочке и прижал к дверям лавки в конце тупика. Ярешил зайти отдышаться, и первое, что я увидел там, было знакомое лицо. Нашзагадочный Ребал на самом деле — почтенный торговец из Джорсана. Он сам мне этосказал. В фартуке у него вид не такой впечатляющий.

— Торговец? — недоверчиво переспросил Бевьер.

— Вот именно, сэр рыцарь, причем один из столповместного общества, судя по его же словам. Он даже входит в городской совет.

— Так тебе удалось узнать его имя? — спросилВэнион.

— Конечно, мой лорд. Он сам представился, как тольковетер внес меня в лавку. Его зовут Амадор. Я даже купил у него кое-что, чтобызаставить его разговориться.

— Чем же он торгует? — спросил Берит.

Телэн запустил руку под рубашку и извлек оттуда полоскуярко-розовой ткани, промокшую и изрядно помятую.

— Правда, прелесть? — спросил он. — Пожалуй,я высушу ее и подарю Флейте.

— Ты шутишь! — расхохотался Вэнион. — Онпродает вот это?