Сияющая цитадель - Дэвид Эддингс

— Никто не ранен? — тотчас спросила Сефрения.

— Во всяком случае, видимых ран у нас нет,матушка, — ответил Спархок.

Она вопросительно взглянула на него.

— Лорд Вэнион был в голосе, — ухмыльнулсяУлаф. — Он был слегка недоволен кое-кем из нас и сообщил нам об этом —весьма недвусмысленно.

— Довольно, сэр рыцарь, — сказал Вэнион.

— Слушаюсь, мой лорд.

— Вы смогли узнать, кто воскресил этих солдат? —спросил Халэд у Спархока.

— Нет. Там был Ребал, но больше мы никого не видели.

— Как прошел бой?

— Жаль, что ты не видел его, Халэд! — восторженноотозвался Берит. — Сэр Келтэн был просто неподражаем!

Келтэн метнул в него ненавидящий взгляд.

Сефрения проницательно взглянула на обоих.

— Поговорим об этом после того, как избавимся отбури, — сказала она. — Спархок, ты готов?

— Сейчас, — ответил он. Сунув руку под рубаху, ондостал шкатулку и велел ей открыться. Затем он надел на палец кольцо Эланы ивынул Беллиом.

— Начнем, — сказала Сефрения. Она подняла Флейту,и Спархок взял девочку на руки.

— Что нам нужно сделать? — спросил он.

— Вначале я буду говорить через тебя, — ответилаона. — Ты ничего не поймешь, потому что язык тебе незнаком.

— Неизвестный стирикский диалект?

— Нет, Спархок, не стирикский. Этот язык намногостарше. Расслабься. Я проведу тебя через это. Дай мне шкатулку. Когда Беллиомперемещается из одного места в другое, весь мир вздрагивает. Не думаю, чтобынаш приятель мог тотчас же определить, где окажется Беллиом, поэтому если тынемедленно положишь в шкатулку камень и кольцо Эланы — и закроешь собственноекольцо, он так и не узнает, куда мы девались. Теперь возьми Беллиом обеимируками и скажи ему, кто ты такой.

— Он это и так знает.

— Так напомни ему это, Спархок, и говори на языкетроллей. Будем соблюдать формальности. — Она поудобнее устроилась внадежном кругу его покрытых кольчугой рук.

Спархок поднял Беллиом, проверив, чтобы ободки обоих колецплотно касались камня.

— Голубая Роза, — сказал он на языкетроллей, — я — Спархок Эленийский. Ты знаешь меня?

Лазурное сияние, омывавшее его руки, затвердело, словносвежевыплавленная сталь. Отношения Спархока и Беллиома отличалисьдвойственностью, и у камня-цветка не было причин любить его.

— Скажи ему, кто ты на самом деле, Спархок, —предложила Флейта. — Добейся, чтобы он признал тебя.

— Голубая Роза, — вновь заговорил Спархок нажутком наречии троллей, — я — Анакха, и у меня кольца. Ты знаешь меня?

Когда он произнес роковое имя, Беллиом слегка вздрогнул, истальной отлив исчез из его лепестков.

— Недурное начало, — пробормотал Спархок. —Что теперь?

— Теперь моя очередь, — ответила она. —Расслабься, Спархок. Впусти меня в свой разум.

Это было странное ощущение. Казалось, собственная воляСпархока перестала существовать, когда Богиня-Дитя бережно, даже любовно взялаего разум в свои маленькие ладони. Голос, исходивший из его уст, звучал достранности мягко, а слова языка, слетавшие с губ, чудились неуловимо знакомыми,скользили где-то на грани понимания.

Затем мир вокруг него на миг заколебался и поблек,пронизанный неким сумеречным и одновременно ярким сиянием. Потом все этоисчезло, и в глаза ему ударил яркий свет солнца. Дождь прекратился, и ураганныйветер сменился неясным, почти неощутимым ветерком.

— Поразительно! — воскликнула Афраэль. — Мнетакое и в голову не приходило! Спрячь Беллиом, Спархок. Быстро.

Спархок положил в шкатулку камень и кольцо Эланы и защелкнулкрышку на собственном кольце. Затем он оглянулся на юг и увидел над самымгоризонтом черную полоску туч. На севере, у подножия холма, пристроилсядовольно большой город — приятный с виду, с крышами из красной черепицы,которые весело сияли под осенним солнышком.

— Это Корван? — недоверчиво спросил он.

— Ну разумеется! — Флейта легкомысленно тряхнулаголовой. — Ты же именно сюда хотел попасть, верно?

— Неплохая скорость, — слабым голосом заметилУлаф.

Сефрения вдруг рассмеялась.

— Мы хотели испытать выносливость нашегоприятеля, — сказала она. — Теперь-то мы узнаем, насколько хватит унего сил. Если он захочет и дальше преследовать нас, ему придется взвалить наплечи этот ураган и гоняться за нами во всю прыть.

— О, это будет так весело! — воскликнула Флейта,радостно хлопая в ладоши. — Я бы никогда не подумала, что мы сможемпрыгнуть так далеко!

Келтэн прищурился на яркое осеннее солнце.

— Судя по всему, скоро полдень. Почему бы нам незаехать в Корван и не подкрепиться? В недавней драке я нагулял изрядныйаппетит.

— Неплохая идея, Спархок, — заметил Вэнион. —Положение изменилось, так что нам стоило бы обсудить наши планы и придумать,что в них мы можем улучшить.

Спархок кивнул. Он ударил каблуками по бокам Фарэна, и онидвинулись вниз с холма, к Корвану.

— Ты, кажется, удивилась, — прошептал он на ухоФлейте.

— Удивилась? Спархок, я была потрясена.

— И чем же?

— Ты это вряд ли поймешь, отец. Помнишь, как Тролль-БогГхномб перемещал вас через Северную Пелозию?

— Он, кажется, замораживал время? Она кивнула.

— Я делаю это иначе, но я, в конце концов, искушеннейГхномба. Беллиом делает это совсем по-другому — и на самом деле гораздо проще.Гхномб и я разные, но оба мы — часть этого мира, а потому для нас очень важныприметы местности. Это дает нам ощущение места и постоянства. Беллиом,оказывается, ни в чем таком не нуждается. Ему достаточно подумать о каком-тодругом месте — и он уже там.

— А ты смогла бы так? Афраэль поджала губы.

— Увы! — Она вздохнула. — Немного унизительнопризнаваться в этом, но Беллиом намного умнее меня.

— Зато не такой милый.

— Благодарю тебя, добрый сэр. Спархок вдруг кое о чемвспомнил.

— А Даная сейчас в Материоне?

— Конечно.