Пряный октябрь - Джиа Буджардини

Дверь открылась, парни вошли и сели рядом с хозяином дома.

– Спасибо, что согласился приютить Адама! – начал Доннован.

– Всегда к твоим услугам! – усмехнулся Фредди.

Эванс посмотрел на Адама:

– Как чувствуешь себя? Я нашёл тебя в плачевном состоянии, доктор Филипс сказал, что ты не жилец.

Мистер Ридд посмотрел на Питера:

– Питт принёс кровь Элизы и завершил обращение!

– А кто его начал, ты помнишь? – Фредди подался вперёд.

– Не совсем…я ехал с родителями в такси и нашу машину сбили. Томас Райт. Он был не один, не знаю с кем. – Адам говорил отрывисто, ему было сложно, будто ком в горле стоял. – Мои родители, наверное, у него. Да, скорее всего в заложниках. Этот…человек коварен.

– Даю руку на отсечение Шарлотта Фостер причастна к этому! – Перебил его Питт.

– Не даёт она тебе покоя, да? – Мистер Эванс подмигнул приятелю.

– Не в том плане, что ты думаешь! – огрызнулся Доннован. – Неприятна она мне.

– Хорошо, разберёмся и с этим, а пока нужно отдохнуть и набраться сил.

Фредди посмотрел на Адама:

– Наверху спит моя жена, она человек, и чтобы не пугать её надень линзы и сделай что—нибудь с лицом, без обид.

– Да, конечно, мы прихватили с собой всё необходимое!

Моника вкинула таблетку шипучего аспирина в стакан с водой и поднесла к лицу сестры:

– Последняя, от сердца отрываю!

Элиза дрожащей рукой взяла спасительный напиток и сделала глоток:

– О, благодарю! – засипела она. – Сколько мы выпили вчера? Всё как в тумане.

– Бутылки две текилы. – Моника улыбнулась. – Совсем худо?

– Сносно, сейчас полежу немного и поеду домой.

– Можешь остаться. Примешь душ, возьмёшь что—нибудь из моих вещей, позавтракаешь.

Элиза посмотрела на сестру и Мо увидела в её взгляде тепло, такое родное, какое было в глазах Вики.

– Что скажешь? – спросила старшая сестра.

Элиза же увидела немую просьбу и решила остаться, ведь родные люди так поступают.

«Адам бы похвалил меня за это!» – подумала она и кивнула.

– Спасибо, я останусь, но нам всё-равно нужно домой. Томас Райт в городе. Чувствую эту псину за версту!

Моника встала и вышла из комнаты. Девушка облокотилась о стену и обхватила себя руками – она дрожала от страха. Приезд Томаса делал всё это реальным и теперь она отчётливо поняла, что войны не избежать. Мо посмотрела на комнату Майкла и прикрыла глаза.

«Генри, если бы ты был рядом, милый…» – подумала старшая из детей Доннован.

Сегодня было гораздо теплее, как ни странно, как-то солнечно и уютно. На улице было много людей и играли дети. Эта суббота была вполне обычная, но и необычная одновременно. Пока Моника прогревала машину, Элиза стояла со стаканчиком кофе в руках, подставив лицо осеннему солнцу. Девушка надела тёплый белый свитер и клетчатые классические брюки, непонятно откуда взявшиеся в гардеробе сестры. Элиза даже поймала себя на мысли, что ей нравится сегодняшнее утро, что давно не происходило.

«Интересно, чем сейчас занят Адам?» – подумалось вдруг ей.

Моника смотрела на сестру сквозь стекло автомобиля и не хотела тревожить это момент наслаждения, но им всё же нужно было ехать. Девушка вышла из машины и приблизилась к Элизе. Они немного постояли рядом, вдыхая тёплый воздух и наблюдая как подростки катаются на велосипедах. Элиза сделала последний глоток кофе и выкинула пластиковый стакан в мусорный бак.

Когда Мо и Эли подъехали к дому, Питт стоял на пороге, встревоженный и взвинченный. Он, практически, бросился под колёса машины старшей сестры.

– Я ему сейчас устрою! – Моника в спешке заглушила мотор и выскочила из машины. Элиза же вышла не спеша, всматриваясь в окна гостиной и принюхиваясь.

– Где вас черти носят и почему не отвечаете на звонки! – Питер зашипел на сестёр.

Брат осмотрел наряд старшей сестры: короткое вязаное платье, тёмно-серого цвета и закатил глаза:

– А ещё вульгарнее нельзя было одеться?!

Моника пропустила его слова и вошла в дом. Элиза последовала за ней. В гостиной дома Доннован было шумно – она вся была забита мужчинами и женщинами, пытающимися перекричать друг друга. Габриэла смирно стояла в углу комнаты и даже слова не решалась вставить. Моника, увидев, что творится в комнате, от страха пропустила вперёд себя сестру, немного подпихнув ту в спину. Элиза сделала шаг:

– Вы отвратительно себя ведёте! – воскликнула она.

Голоса затихли и все повернулись к девушке. Один из мужчин подошёл к ней:

–Прости, Альфа! – он учтиво поклонился.

Из дальнего угла раздалось невнятное бормотание. Элиза посмотрела в сторону шума и увидела Эрика Саманто с сыном Ксандром.

– Вам есть что сказать? – спросила Элиза с вызовом.

Мистер Саманто двинулся в сторону девушки.

– Да, есть! Мне не приятно, что некоторые присутствующие считают вас вожаком, мисс Доннован! – Он с презрением посмотрел на девушку.

– Отец! – встрял Ксандр. – Мы уже разговаривали с Элизой…

Саманто – младший встал так, чтобы его лучше было видно:

– Мисс Доннован согласилась на предложение стать моей женой!

Присутствующие волки стали перешёптываться. Моника с силой схватила руку сестры и даже не пыталась спросить тихо:

– С ума сошла! – её голос был громок. – Ты согласна делить власть с ними?

– Согласен с вашей сестрой. – Эрик Саманто кивнул. – Я против!

– Вы против? Тогда заявите права на стаю! Здесь и сейчас! – ответила спокойно Элиза.

– Элиза! – одновременно воскликнули Габриэла и Питер.

Моника раздражённо махнула рукой.

Элиза усмехнулась:

– А чего бояться?! Здесь все свои!

Эрик оскалился. Он «обернулся» мгновенно. Мистер Саманто был хорош в обличии «шкуры»: подтянутый, крупный волк. Элиза смотрела на него и шумно вдыхала воздух. Со стороны казалось, что ей страшно, но это было не так. Она наслаждалась моментом и тем, что произойдёт потом. Элиза Доннован улыбнулась и превратилась медленно, наслаждаясь тем, как покрывалась постепенно её кожа. Она стояла вровень с Эриком, но лишь мгновение. И когда из её головы выросли шипы, в виде короны, девушка стала на голову выше мистера Саманто.

– Что теперь скажете?! – Элиза заставила рисунки на своём теле светиться.

Мистер Саманто застыл в изумлении. Его жёлтые глаза быстро пробежали по «шкуре» соперницы. Присутствующие ахнули.

– Хорошо, я согласен на брак с моим сыном! – Эрик покорно склонил голову.