Сестра звёзд - Мара Вульф

– Еще спит, – ответила она. – Зайдешь? Мне надо проверить багеты.

– С удовольствием. Я как раз подумала, что могу стащить один.

Тереза рассмеялась:

– Для того я их и пеку. Около восьми придут стражи из замка и заберут хлеб. Большинству людей они приносят его прямо домой, чтобы те лишний раз не приходили сюда.

Значит, Эзра и об этом позаботился.

– А сколько людей сейчас живет в Пемпоне? – спросила я и с благодарностью взяла протянутый мне стакан воды.

– Их число постоянно меняется. Кто-нибудь то приезжает, то уезжает. Но если я не ошибаюсь, в настоящий момент где-то около пятисот. – Она открыла печь, при помощи пекарской лопаты ловко вытащила оттуда пять багетов и разложила по корзинам, чтобы они остыли.

– А ты откуда? – От одного вида у меня потекли слюнки.

– Я родом из Марселя. Единственная магически одаренная в семье. Мы не знаем, откуда внезапно взялся этот дар. Родители могли эвакуироваться, но не захотели оставлять меня одну. Они услышали про Ложу и про то, что она может нас защитить, так мы и направились в Броселианд.

– И у вас получилось. От Марселя сюда путь неблизкий.

– У меня – да. – Она избегала моего взгляда. – А родители погибли по дороге. Мама заразилась лихорадкой, а отца схватили демоны. – Она отправила в печь новые порции теста.

– Мне жаль, – тихо произнесла я.

Тереза незаметно провела рукой по глазам.

– Лоран нашел меня недалеко отсюда. Я понятия не имела, где находилась, и просто лежала в канаве. Не могла больше. Он отвел меня к Розе, и та меня выходила. С тех пор я тут.

Чьи-то шаги прогрохотали вниз по лестнице в гостиной, и дверь открылась.

– Вианна, – поприветствовал меня Адриан. – Почему в такое время ты уже разгуливаешь по улицам? У тебя кровати нет?

Я засмеялась.

– Есть, и очень даже удобная.

– Тогда почему ты не осталась лежать в ней? Если бы мне не нужно было вставать, я бы этого и не делал.

– Меня выманил запах ваших свежих багетов.

Адриан подошел к готовому хлебу и чуть надавил пальцем на корочку.

– Идеально, – повернулся он к Терезе, залившейся розовым румянцем.

– Спасибо. Я почти закончила.

– Разбудила бы меня, – мягко сказал он. – Ты не обязана делать все одна.

– Со вчерашнего вечера ты целую вечность проторчал на кухне. Испечь хлеб – самое малое, что я могу сделать.

– А чем ты так долго занимался тут ночью? – с любопытством спросила я. – Опять какая-нибудь приветственная вечеринка?

– Нет. Стражи принесли оленя, которого мне пришлось потрошить. Теперь какое-то время у нас будет свежее мясо. Тебе один или два багета?

– Одного хватит. Сколько с меня?

– Нисколько. Мы тут все друг за друга. Если Маэль все еще делает мазь от ожогов, я бы стал благодарным клиентом. – Он так быстро поймал за руку Терезу, что та не смогла ее у него выдернуть. – Она почти каждый день обжигается.

Тереза сжала ладонь в кулак, но я все равно увидела раны.

– Мне не больно, – заявила она.

– Конечно, больно. – Он ласково взглянул на нее. – У нас тут много ведьм, но ни одна не готовит приличных лекарств. Я рад, что вы вернулись. Некоторые люди здесь очень больны. Бабушка не успевает заботиться обо всех.

– Почему вы ничего не сказали в первый же вечер? Между прочим, Маэль уже заметила, что Розе требуется помощь.

– Мы не знали, по какой причине вы приехали. Могло ведь быть и так, что скоро вы вернулись бы обратно.

Я уперла руки в бока.

– Ты знаком со мной и моими сестрами сотню лет. И подумал, что мы просто заглянули ненадолго, а потом опять сбежим?

Спасло Адриана смущение, отразившееся у него на лице.

– Мы же не знали… два года – это долго. Люди меняются.

– Да, у меня тоже возникло такое ощущение. – Разозлившись, я хотела забрать у него хлеб.

Он продолжал крепко его держать.

– Прости, Вианна. Я не это имел в виду. Времена сейчас очень тяжелые.

– Я в курсе, – сжалившись, ответила я. – Мы больше не уедем. Не уедем, пока не появится такой необходимости.

– Вы с Эзрой все обсудили?

Можно ли назвать наш с Эзрой разговор обсуждением? Не уверена.

– Да, – тем не менее ответила я.

Он внимательно смотрел на меня и, судя по всему, ждал дальнейших подробностей. Но теперь я уже так не нуждалась в эмоциональной поддержке, как раньше. Мои чувства касались только меня. В отличие от прежней себя, я сегодняшняя стала закрытой, как устрица.

– Ты уверена? – В его взгляде появился скептицизм.

– Конечно. – Пора мне убираться отсюда, пока он не устроил допрос. – Хорошего вам дня, – пожелала я им обоим.

– Тебе тоже. – Тереза помахала на прощание рукой, и я ушла.

Выйдя на улицу, я пошла быстрым шагом. Желудок урчал от запаха хлеба. Заслужили ли мы такое недоверие? Вероятно. Одаренных обязали оставаться внутри страны, чтобы бороться с демонами. То, что нам с сестрами разрешили уехать, было привилегией и наверняка вызвало гнев у гораздо большего числа людей, а не только у Адриана, нашего друга. До сих пор я вообще об этом не задумывалась. Никто не знал, зачем мы вернулись. Знали только, что мы сотрудничали с Конгрегацией, а о ней нехорошо отзывались по самым разным причинам. Такая окопная война в настоящий момент могла закончиться смертями. Позади меня раздался какой-то звук. Солнце поднялось еще не очень высоко. Только спустя некоторое время оно прогонит тени между домами. Очевидно, не одна я была ранней пташкой. Теперь послышался шорох. Я повернула голову, однако это оказались всего лишь прошлогодние листья, которые ветер гнал по булыжной мостовой. И все-таки я крепче вцепилась в багет и побежала быстрее. Завтра разбужу охранника и попрошу пойти со мной. Нельзя проявлять такую неосторожность. Обогнув лужу, я ненадолго удивилась, потому что вчера ночью дождя не было. Еще немного – и я оказалась за пределами центра деревни, откуда оставалось еще несколько сотен метров до дома. Вдруг стало темнее, когда поднимающееся солнце скрылось за облаком. Неосознанно я вспомнила о кракене и о том, что сказал капитан. Он не высовывается, когда слишком светло. Так и со многими другими демонами, даже если они не боялись непосредственно света. Он их не сжигал, как якобы действовал на вампиров. Но и эти легенды в Средневековье возникли не без оснований. Полно демонов, которые способны превращать людей в себе подобных. Представив это, я сглотнула и стерла пот со лба, который чуть ли не стекал на глаза. И внимательно вглядывалась в каждую нишу, мимо которой пробегала. Раздалось шипение, и неожиданно в мою сторону метнулось темное пятно. Настолько быстро, что у меня не осталось времени уклониться. Оно врезалось в меня. Закричав от испуга, я выронила хлеб, поскользнулась на булыжнике и стукнулась затылком о землю. Слышался лишь визг, а помимо этого царила жуткая тишина. Я с трудом приподнялась на локтях и попыталась снова сфокусировать зрение. Болела каждая клеточка тела, а ладони горели. В нос ударила вонь, и я уставилась на четыре алых светящихся глаза. Отползая назад, я старалась создать дистанцию между собой и демоном. А тот, по всей видимости, не сомневался, что я никуда не денусь, поскольку не спешил набрасываться во второй раз. У него было тело огромной кошки, но – несмотря на четыре глаза и лохматые волосы, свисавшие с головы, – почти человеческое лицо. Остальные части тела выглядели серыми и кожистыми. Острые когти цокали по мостовой, когда он направился ко мне. На мгновение меня парализовало воспоминаниями о нападении сильфиды. У нее глаза не светились, а казались скорее водянистыми. Тварь передо мной оскалила клыки. Сверкнули два ряда острых коричневатых зубов, и меня обдало отвратительным запахом гнилой плоти. А затем внутри меня поднялась волна ярости. Благодаря одному демону я уже перестала быть ведьмой и теперь не позволю второму добить меня окончательно. По улице пронесся мощный порыв холодного ветра. Демон сопротивлялся ему. Я не имела ни малейшего понятия, откуда он взялся. До этого момента дул просто слабый ветерок. Пот у меня на коже замерз. Этому страшилищу меня не достать. Мне больше не пятнадцать лет, и я хорошо натренирована. По крайней мере в беге. Я резко вскинула ногу и треснула чудище по черепу. Оно взвыло. Я вскочила и развернулась. Монстр завизжал, удивленный моей попыткой побега, а затем я услышала за спиной равномерный топот его лап. Демоны – настойчивые охотники, но так легко я ему не сдамся. Так я пробежала еще две улицы. И краем глаза замечала, как в домах задергивались шторы. Окна захлопывались, а один мужчина рванул из своего палисадника в дом. Почему никто мне не помогал? В каком-то из домов ведь должны были жить одаренные. Разве никто из них не понимал, что тут происходило? Задыхаясь, я добралась до главной улицы. До дома две-три сотни метров, но что, если сестры и Эш еще спали? До замка вообще пара километров. Мне ни за что их не осилить. Проклятье, проклятье, проклятье. Эзра уверял, что в Пемпоне безопасно. Да я ему голову откручу за ту фразу, если только увижу его еще раз. Чего могло и не случиться. Шум от лап стал намного ближе. Тварь торжествующе взвизгнула. Явно радовалась предстоящему перекусу. Я побежала быстрее. Звон, за которым последовали глухой удар и хрип, сбил меня с темпа. Я споткнулась и поймала равновесие за миг до того, как снова приземлиться на дорогу. Хрип затих, и звучало это так мрачно, что я бросила взгляд через плечо. А то, что я увидела, заставило меня затормозить прямо на бегу. По улице катилась голова. Вокруг лица обвились седые спутанные волосы. Тело же лежало у ног Калеба, который абсолютно невозмутимо вытер свой меч белоснежным носовым платком, после чего убрал клинок в ножны на спине.