Ветреная невеста - Алина Амор

- Что последнее вы помните до покушения?

- Как собиралась на завтрак. Мне объяснили, что это было за несколько дней до этого.

- А какое следующие воспоминание? – продолжал расспрашивать Райан.

- Помню, как дядя вытащил кинжал из моей груди. После чего потеряла сознание и очнулась уже в комнате. Больше ничего не помню.

- Странно, никогда раньше не сталкивался с такой длительной потерей памяти… - задумчиво заметил герцог.

- У меня это тоже, знаете ли, впервые…

Пальцы девушки беспокойно сжимали и разжимали тонкую ткань платья. По-видимому, воспоминания и страх за свою жизнь были слишком свежи.

- Я все вам рассказала. Больше ничего не помню, правда! – взволновано закончила она.

- Хорошо, Эвелин. Не волнуйтесь. Все в порядке, - успокаивающим мягким тоном произнес герцог, внимательно глядя ей в глаза.

Она резко поднялась.

- Мы закончили? – нервно спросила невеста.

- Почти… - он подошел к девушке, положил руки ей на талию и попытался поцеловать.

Но Эвелин отклонилась:

- Райан, вы уверены, что это прилично - целовать невесту до свадьбы? – встревожено спросила девушка, посмотрев на него огромными глазами.

Герцог заметил, что она задышала часто и порывисто. Их близость взволновала невесту. Впрочем, это было взаимно…

- Безусловно! – ответил, не отпуская ее.

- А вот я - нет! Надо спросить тетю и дядю… – выпалила она, упираясь ладонями ему в грудь.

Но не убедительно, скорее мягко. Как кошечка, и не поймешь, то ли играет, то ли действительно пытается сопротивляться…

- И вы спросите? – изумился жених.

- Конечно. Я же приличная девушка!

- В прошлый раз вы об этом не вспоминали… - иронично заметил он.

Эвелин покраснела как маков цвет, судорожно вздохнула, быстро взглянула на Райана, а потом словно испугавшись, что он прочтет что-то тайное в ее глазах, быстро их опустила:

- Это не считается. Вы застали меня врасплох! – воскликнула она.

Эмоции на лице Эвелин отражались так естественно и бесхитростно, мгновенно выдавая то, что возможно сама еще не осознавала. Она манила и тут же пыталась убежать, говорила одно, а вся ее натура кричала об обратном. Клубок противоречий, а не невеста…

Герцог рассмеялся и отпустил притихшую девушку.

- Ладно, спрашивайте! – дал он добро.

Вид у невесты был совершенно растерянный. И это позабавило герцога.

Он взглянул на наручные часы, понял, что пора идти и попрощался.

Но уже уходя, Райан остановиться на пороге, обернулся и насмешливо произнес:

- Не забудьте расспросить тетю и дядю!

Эвелин опять покраснела и стала еще милее.

- Не забуду, не волнуйтесь так, - недовольно пробормотала она.

- И уточните сразу все вопросы, которые могут возникнуть: как долго вас можно целовать, как часто… - начал перечислять он, и явно не собирался останавливаться.

Глаза Эвелин заметали молнии:

- Райан, вы кажется, куда-то спешили?

Герцог весело рассмеялся.

- В следующий раз вы от меня не ускользнете, – он задорно улыбнулся, заиграв ямочками на щеках, и покинул ее, оставив последнее слово за собой.

И не услышал, как девушка с отчаянным стоном плюхнулась в кресло.

Сегодня у герцога запланирован еще один допрос.

А в роли допрашиваемого - Кристиан, младший сын графа Пьера де Грионн. В ночь побега этот неудачливый герой-любовник успел вызвать своего отца. Тот поднял шум, настаивая, что у безопасников нет оснований задерживать парня. И был прав. Нарушения закона и доказательств не было – только перемещение через портал к церкви. Развеявшийся в воздухе фантом не доказывал ничего.

Но после предыдущего разговора с Эвелин, предлог появился, а именно попытка похищения благородной девицы, подтвержденная самой девушкой. Райан ухватился на него и вызвал младшего сына графа на допрос.

Что-то в этой истории было не так. Ведь он был уверен, что планируется новое покушение, многое указывало на это. Где он мог ошибиться? Он нутром чуял что упускает что-то важное, ключевое, но что?

Когда Райан вошел в допросную, Кристиан уже был там. Как всегда одет с иголочки и с дежурной вежливой улыбочкой. Герцог ощутил привычное раздражение от вида франта. Возникло ощущение дежавю – в этой же комнате они разговаривали три года назад и Райан доступно объяснял ловеласу, чем ему грозит слишком длинный язык если история с Мирабеллой всплывет и на честь семьи маркизов де Можез упадет тень. И вот, история повторяется, теперь девушка, из-за которой они встречаются – его невеста, которую он считал свой будущей женой четырнадцать лет… Это безумно злило, но Райан держал себя в руках.

Герцог поздоровался, смерил парня пристальным взглядом и без лишних условностей спросил:

- Почему ты предложил Эвелин де Ларуа бежать?

- Она мне нравиться, и все равно пора жениться. Так почему не Эвелин? – глядя на него ясными серыми глазами, ответил тот.

- Откуда уверенность, что она согласиться?

Кристиан самодовольно улыбнулся:

- Да она влюблена в меня с детства! А когда я увидел ее в замке графа, понял, что тоже втрескался по уши.

Слушать такие признания было противно, и в душе Райана начал поднимать голову гнев. Он скрестил руки на груди и спокойно спросил:

- Почему тогда Эвелин не бежала с тобой?

- Я долго думал об этом. Предполагаю, она случайно увидела мою близость с горничной… - с досадой вздохнул допрашиваемый.

- Ты думаешь, она следила за тобой и прислугой?

Взгляд герцога был тяжелым, мрачным, и Кристиан чувствовал, как над ним сгущаются тучи, готовые в любой момент разразиться бурей и нервно заерзал на стуле:

- Я же говорю, она могла увидеть это случайно…

- Ты планировал побег с Эвелин и при этом соблазнял служанку? – во взгляде Райана отразилось пренебрежение, смешанное с недоумением.

- Служанку я соблазнил уже давно, – отмахнулся Кристиан, - а касаемо Эвелин, она оказалась горячей девчонкой, завела меня. Мне просто необходимо было расслабиться!

- Я бы советовал тебе подбирать слова, когда говоришь о моей невесте, – сквозь зубы проговорил герцог, начиная закипать.

- Хорошо, хорошо, - парень поднял руки ладонями вверх, - я все понял. Но Райан, разве ты сам не видишь, что это уже совершенно не та девочка, которую мы с тобой знали в детстве?

Последние его слова прозвучали неожиданно проникновенно и показались герцогу единственно откровенными за всю беседу.