Шурочка и Вася в древнем городе - Мия Шугар

– Нет, ну какой мерзавец, а? Скажи, Вась? Не молчи, пожалуйста! Дим, ну хоть ты скажи – козел же ваш уважаемый легат?

Прислужница испуганно шарахнулась в угол спальни и прикрылась руками.

– Нельзя такие слова говорить! Нет-нет! Не животное! Не плохой!

– Вот те раз! Приехали! А кто он, по-твоему? Морочил голову нашей Васе, а сам другую замуж позвал!

– Морочил? – Димитрия выглянула из угла и вопросительно посмотрела на злющую Сашу и отрешенную Василину.

– Да, морочил! Обещал ввести под свой кров хозяйкой, по-вашему. А сам… козел!

– Нет-нет, не мог уважаемый легат звать вас хозяйками под кров, уважаемые целительницы. Не мог! Ещё две весны назад был сговорен брак с дочерью препретора. Ждали брачного возраста невесты. Сейчас она вошла в возраст и, значит, брак можно заключать.

Саша нехорошо прищурилась и сжала кулаки. Казалось, ещё немного, и от ее свекольно-красных щек повалит пар.

– Это что же значит? У него есть невеста, а он вовсю Ваську нашу окучивает? И вот кто он после этого?

– Саш, – подала голос Василина, – а ведь Дима права… Не звал меня Флавий замуж и не обещал ничего, кроме покровительства.

– Покровительство? – выхватила знакомое слово из речи Василины Димитрия. – Это можно, это разрешено.

Высказавшись, прислужница выползла из угла и уселась на своей лежанке. Скрестила ноги по-турецки, устроила узкие ладошки на коленках и доброжелательно улыбнулась.

– Я, если не найду себе доброго мужа, тоже хотела бы такого покровителя, как уважаемый легат. Он сильный и справедливый, не жадный. Хороший покровитель, вам повезло, целительница.

– Димка… ты же ещё ребенок… Как ты можешь мечтать о таком? – Василина сокрушенно покачала головой. – Легат тебе в отцы годится по возрасту.

– Ничего я не ребенок! – обиделась девушка. – Крови третью весну зря роняю… У моих подруг уже по двое детишек, или, хотя бы, по одному. Я тоже мужа хочу! Только доброго!

– Лыко-мочало, начинай сначала, – вздохнула Саша и присела возле Василины. – Ты как, подруга? Может, принести что-нибудь? Чего ты хочешь?

– Я домой хочу, Саш.

Ночью Василина долго лежала без сна и размышляла о странном и непонятном для современного человека устройстве общества. Ей с самого начала показалась нежизнеспособной Сашина идея найти здесь мужчин. В древнем мире место женщины было немногим выше плинтуса, а предназначение полностью соответствовало этому месту. Сиди тихо, не отсвечивай, исправно рожай детей, веди хозяйство и не мешай мужу "покровительствовать". Замечательная жизнь ждала девчушек, едва начавших "ронять крови".

Приплюсуем сюда то, что Василина уяснила после экскурсии – мезальянсных браков в древнем обществе не было в принципе. Не женились богатые и влиятельные мужчины на простушках и бесприданницах. В любовницы – всегда пожалуйста, а замуж – только по договору и только со взаимной выгодой для обеих сторон.

И вроде все умом понимала… что не пара они и никакого будущего у них быть не может… Но на сердце все равно обосновалась тяжесть, а в душе поселилась грусть.

Измучившись до предела, Василина задремала под утро, и почти сразу ее разбудил звонкий голос Димитрии.

– Уважаемые целительницы, пора вставать! День богини Афродиты наступил!

– Димка, тебе никто не говорил, что так орать в пять утра опасно для здоровья? Можно ненароком удариться обо что-то, например, об эту табуретку. – Потапова с трудом подняла голову и потерла глаза, награждая растерянную Димитрию сердитым взглядом.

Девушка переминалась с ноги на ногу и явно не понимала, почему ее ругают. По прикидкам Василины, она и половины слов, сказанных Сашей, не знала.