Логист - Роман Пастырь

Родион проигнорировал меня, и я открыл проход к себе домой. Броню там оставил. Немного раздражало то, что за ней постоянно бегать приходилось. Надо что-то делать с этим. Придумать, что ли, телепортацию брони.

Проходы я до сих пор открывал по маякам. Если самому выступить маяком, то… Эх, там ещё вопрос с доставкой сигнала надо решать. Ну да ладно, потом разберусь, сейчас о другом лучше подумать.

— Родион, а у нас зацепки есть? — повернулся я, сделав первый шаг на лестницу, что вела к мастерской.

— Нет.

— Совсем?

— Совсем, — ответил он, не меняя своего фирменного тона. — За последние четыре года преступность в столице сократилась. Тем, кто остался, пришлось научиться скрываться. Нападение на меня провернули не простые люди. Это видно по тому, какое оружие они применили.

— А что-то узнали про оружие, кстати?

— Нет. С подобным эффектом и результативностью на рынке оружия ничего подобного не встречается.

— Ясно… Тогда что мы будем делать?

— Наводить шорох.

— Да неужели, — фыркнул я и пошёл наверх.

Вернулся через пару минут. Прихватил набор артефактов, сменил модули на броне. Раз уж охотиться идём, надо подготовиться.

— Так и всё же, — снова спросил я, когда спустился вниз. — Хоть что-то известно об организаторах покушения?

— Ходят слухи о теневом боссе преступного мира. Его никто не видел, никто не знает имени. Пойманный наёмник об этом говорил. Если бы я не знал точно, что кто-то постоянно проворачивает дела в городе, не поверил бы, что этот человек существует. Он организовывает сети распространителей наркотиков, продаёт оружие, подкупает, шантажирует. Человек-невидимка.

— Так много делает, и это вы называете преступность снизилась?

— Снизилась и сильно. Раньше наркотики на каждому углу купить можно было. Сейчас надо ехать в самые отсталые районы и знать нужных людей, чтобы приобрести.

— Ясно. Тогда идём ловить невидимку?

Это определенно будет что-то новенькое в моей жизни.

Перед тем, как нам открыли проход, чтобы перебросить в следующую точку, глянул на часы. Время обеда. С Катей я успел созвониться и объяснить, что случилось. А то ещё будет волноваться. Также дал распоряжения, чтобы помогли всем пострадавшим. Если семьям погибших нужна будет помощь, я окажу её. Также требовалось выплатить компенсации за поврежденные машины, починить здание и целую улицу.

Но это пока пройдёт без меня. Под эти дела вызвал Сергея Смирнова, а я другим займусь.

Я не я буду, если не найду причастных.

* * *

Переместились мы на ничем не примечательную улицу. Вышли рядом с домом, на котором маячила вывеска бара. Окна его были настолько мутными, что разглядеть, что по ту сторону, не представлялось возможным.

Больше с нами никто не явился. Родион направился внутрь, я следом за ним. С молотом наперевес.

Там сидело всего ничего посетителей. Шесть человек, включая бармена.

Их реакция была в некотором роде забавной. Только вот мне сейчас было не до забав. Погибли люди. На моей земле. А что, если виновники кинут такой же заряд в Катю? Оружие достаточно мощное, чтобы уничтожить высшего беса. Родиону повезло дважды. Первый раз — когда я сразу же поглотил часть жара. Второй — когда доставил его к целителям. Не факт, что в случае повторения атаки везения хватит.

— Господа, — проблеял бармен.

Один из посетителей упал со стула и попытался отползти. От меня в основном. Броню я затемнил, чтобы не сверкала и напоминала вместо рыцарской амуниции что-то демоническое. Что-то, что будет ассоциироваться с карой и местью.

— Здравствуй, Антон. Слышал последние новости? — проговорил Родион.

— Какие?

— Я сейчас не в том настроении, чтобы тебя уговаривать. Мне нужна информация.

— Не понимаю….

Молот взметнулся вверх и резко опустился. Раздался грохот — и барная стойка разлетелась вдребезги. Полки с напитками попадали, добавляя хаоса, а Антон отшатнулся и попал под алкогольный ливень и осколки.

— Информация, — невозмутимо напомнил Родион.

Я пока не знал, насколько эта линия поведения верная. Но, если что, возмещу ущерб.

— Я ничего не знаю! — закричал мужик.

Молот поднялся.

— Клянусь!

— Тогда укажи мне на того, кто знает.

К этому моменту посетители разбежались.

— Меня убьют за это!

Молот засветился красным.

— Нет! — натурально завизжал мужчина.

— Говори, — потребовал Родион.

С его не самым громким голосом угрожать так себе получается. Но это на мой взгляд. Мужик же, кажется, сейчас в обморок упадёт.

— К Петру! Иди к Петру!

Родион развернулся и двинулся на выход.

— У нас есть след? — спросил я, когда мы оказались на улице.

Там нас уже ждали гвардейцы. Родион подал знак, и они снова исчезли в проходе.

— Это не след. Петр — адвокат, защищающих не особо порядочных людей, у которых есть деньги. Тронуть его — означает поднять большую волну.

— Разве нам не это нужно?

— Это, Эдгард. Именно это. Князь дал добро на любые меры. Можете не сдерживаться.

— Как скажете.

* * *

Впервые я в полной мере осознал, как работает карательный аппарат государства.

Наивностью я давно не страдаю. Образование — великая сила. Да и без учёбы в институте я прекрасно знал, как живут люди при тиранах во главе. Но речь сейчас идет про этот мир. Здесь существовали режимы, страны и народы, где людям жилось гораздо хуже, чем при российском князе. Политика князя была в чём-то проста. К хорошим людям он относился нормально. К плохим… ну, не очень.

Нападение на главу безопасников — это значительно дальше той черты дозволенного криминалитету.

Пока мы ходили от одного места к другому в перерывах между допросами и разрушениями препятствий, Родион не скупился на комментарии, погружая меня в темную сторону города.

С его слов, криминалу жилось плохо. Но стремление людей преступать закон и социальные нормы было настолько велико, что преступность, как неистребимый сорняк, нет-нет да и давала свои всходы.

Милиция работала с обычными нарушениями. Если кто-то у кого-то что-то украл, они займутся этим делом. Тихо, мирно, но займутся и решат своими, простыми, методами. Если же случалась какая-то серьезная «провинность» типа большой партии наркотиков, перестрелки между бандами или ещё чего-то в таком духе, высылали особый отряд гвардейцев, которые проходили катком по всем причастным.