Избранный путь - Владимир Мясоедов

По толпе зрителей, собравшихся на бесплатное зрелище, с запозданием прокатилась волна испуганных и восхищенных возгласов. Больше всех поражались знакомые с магией гости сумеречных эльфов, которым о сути и целях мероприятия, понятное дело, не сообщили. Оставалось гадать, какие отчеты о процедурах, необходимых для запуска в строй флагмана армии перворожденных обитателей пустынь, они напишут.

— Нехило жахнуло! — возбужденно крикнул шаман своей супруге. — Пожалуй, по чистой силе удара это высвобождение энергии будет круче, чем любое оружие, которое я даже теоретически буду способен соорудить!

— Вот только на подготовку ритуала, призванного изменить параметры астрала на совсем крохотном участке земли, ушло целых четыре дня и куча человеко-маго-часов, — резонно возразила супруга. — Кстати, все успели убраться на безопасную дистанцию?

Михаэль закрыл глаза и что-то пробормотал. От него во все стороны брызнули струи воздуха, на глазах превращающиеся в миниатюрные женские фигурки, снабженные крылышками. Спустя несколько мгновений они вернулись обратно в фигуру правителя Сумеречного леса, как капли в море.

— Вроде никого не зацепило, — сообщил шаман, размыкая веки. — У Рустама, правда, контрольный амулет выставил статус «частично скончался», но он в этом состоянии перманентно находится почти полгода, после того как неудачно подшутил над Настей. Я и не знал, что она у нас такая обидчивая.

— Она нормальная, — категорически заявила Лика. — Это Азриэль совсем с ума съехал. Скидывать жену в подземелье к крысам, скелетам и паутине!

— Последнее для нее стало самым страшным, — пробормотал себе под нос шаман. — Я вообще поначалу, когда покойничков увидел, подумал, что они там для создания готичной атмосферы поставлены. Их же ребенок десятилетний голыми кулаками на запчасти разберет. А любой из тех, кого воскресил Келеэль, между прочим, может ударом ладони разбить кирпич или стандартный шлем человеческой работы, не укрепленный какими-нибудь рунами.

— Докладываю! — В воздухе рядом с двумя эльфами начало медленно проявляться изображение Серого, назначенного первым капитаном «Единорога». — Корпус имеет три дефекта там, где внутреннее пространство не получилось должным образом изолировать от внешней среды. Пара пожаров моментально потушена автоматическими системами, самый крупный уже локализован и обработан, техники полезут разбираться, на чьем участке работ осталась, судя по предварительным данным, громадная щель на внутреннем стыке бронеплит. А в остальном все системы работают нормально.

— А чего бы им не работать, если по цеху эта махина вполне своим ходом ездила, — усмехнулась Лика. — Ладно, водитель кобылы, шуруй на праздничный банкет. Думаю, твоя персона будет там в кои-то веки пользоваться большей популярностью, чем наши с Михом.

— А мне туда идти, наверное, необязательно? — Правитель Сумеречного леса сделал попытку незаметно улетучиться, причем в самом прямом смысле слова, даже от пола оторвался и начал терять материальность, видимо надеясь исчезнуть полностью раньше, чем будет дан хоть какой-то ответ. — Зачем портить свой образ нелюдимого отшельника, интересующегося только неклассической магией…

— Стоять! — Гневный окрик Ликаэли, сопровождавшийся волной зеленого света, сорвавшейся с ее диадемы, вернул наполовину ушедшему в другие планы эльфу материальность. — А вернее, идти! На торжественное мероприятие! И вообще, Мих, твоей репутации после налога, вносимого органическими удобрениями, и обучения человеческих детей математике уже ничего не грозит по умолчанию. Вполне безобидные выверты достаточно стабильной психики, по мнению местных, привыкших и не к таким эксцентричным архимагам.

Правитель Сумеречного леса уныло вздохнул, взял жену под ручку и поплелся пировать, шаркая ногами, словно к каждой из них привязали минимум по такому же сухопутному кораблю. Впрочем, его образ страдальца продержался недолго. Ровно до того момента, как у первого же стола, одного из многих накрытых под открытым небом по случаю отправки экспедиции, его самым бесцеремонным образом перехватил магистр магии пространства.

— Владыка Михаэль! — Высокий и худой светловолосый эльф в мантии, из-за обильного золотого шитья и настоящих россыпей драгоценных камней не уступавшей по защитным свойствам хорошему доспеху, казался… нет, не встревоженным. Такому, как он, бояться чего-либо было просто невозможно без того, чтобы не уронить свое достоинство. А его новый и весьма могущественный волшебник на службе Сумрака, похоже, ценил едва ли не больше жизни. Обеспокоенным. — С сожалением вынужден признать, что мой первоначальный прогноз был ошибочным, и потому наши планы требуется срочно пересмотреть.

Ликаэль с изумлением уставилась на того, кто мешал ей окунуться в круговерть празднества и сопутствующую ей паутину салонных разговоров, выливающихся подчас в нечто куда более претенциозное, чем пустые сплетни. Перворожденный, еще вчера казавшийся воплощением абсолютного спокойствия и уверенности в собственном превосходстве над всеми, сегодня выглядел простым смертным. На его лице, по выразительности способном дать фору маске из снежно-белого алебастра, читались эмоции. Не самые хорошие, судя по всему.

— Магистр Ориэн, вы не сможете провести «Единорог» через границы миров? — удивленно поднял бровь шаман. — Странно. Я же давал вам его характеристики, предвидя возможные сложности.

— Смогу, — не колеблясь, заявил чародей, специализирующийся как раз на этой ветви искусства волшебства. — Для мастера моего уровня размер, вес и количество объектов переноса существенной роли не играют. Но времени на это уйдет куда больше, чем планировалось изначально.

— Ну спешить нашей экспедиции особо некуда, — задумался шаман. — Если, конечно, не по году придется сидеть у очередной точки открытия врат. Месяц еще куда ни шло, запасы же «Единорога», полагаю, можно будет без особых проблем пополнять на месте, если взятое в дорогу истощится или экипаж захочет побаловать себя свежатиной.

— Двадцать-двадцать пять дней на проведение необходимых ритуалов, — твердо пообещал Ориэн. — Не больше. При удаче вообще за шесть справлюсь.

— Но в плане-то, если не ошибаюсь, указан срок всего лишь в четверо суток, — припомнила Ликаэль, крепче сжимая локоть супруга, чтобы привлечь его внимание. — Да, я согласна, вопрос вроде непринципиальный, но крайне любопытно, что вызвало увеличение срока в шесть раз?

Эльф, которому, по сведениям, переданным сумеречным Келеэлем, исполнилось около четырехсот лет, один из сотни лучших магов Западного леса, опытный путешественник и вообще весьма могущественная личность, замялся, словно ученик, забывший на экзамене не только весь предмет целиком, но и то, как зовут лектора.

— У меня старшая ученица внезапно забеременела, — сознался наконец он. — От второго ученика. Вчера эти молодые и, увы, несмотря на все мои усилия, не очень умные личности отметили сделку, которую я заключил, и возможность поближе познакомиться с вашими подданными, о которых последнее время ходит столько слухов. И немного переборщили сначала с вином, а потом вообще…

— Ну рад за них обоих, — подумав, решил Михаэль. — Передайте мои поздравления. Для эльфов прибавление в семье — это настоящее счастье, мы же не люди, женщины которых могут рожать чуть ли не каждый год. И подарок, наверное, какой-нибудь надо ребеночку будущему послать. Куклу там, например… на заводе как раз партию боевых полуандроидов недавно забраковали. Но даже с учетом того, что ей теперь надо беречь себя, у вас, если правильно помню, остается еще четверо воспитанников, включая, кхм, виновника торжества.