Подземелья Дикого леса - Колин Мэлой

— С тобой еще никогда такого не бывало.

Лежать на покрытой снегом земле было очень холодно. К тому же снег быстро таял, отчего становилось не только холодно, но еще и мокро. Ифигения протянула руки в бессловесной просьбе, и мистики помогли ей подняться на ноги.

— Что случилось? — спросила олениха по имени Мабин.

Старейшина прижала пальцы к вискам. Голова ужасно болела. Юные послушники, игравшие на поляне, заметив столпотворение, замерли и стали наблюдать за мистиками. В груди волной поднялась тревога.

— Я видела, — сказала она. — Видела, что должно свершиться.

Мистики озадаченно переглянулись между собой.

Ифигения тяжело вздохнула:

— Хоть сердце и говорит мне, что задача почти невыполнимая. Мы не готовы к такому. — Она отряхнула грязь и снег со своих одеяний и посмотрела на Древо Совета. Потом ее взгляд перебежал на край леса. Меж деревьями сползалась тьма. — И я, возможно, уже не увижу, чем все это закончится.

— Что нам сделать? — спросил худой серо-белый койот.

Ифигения с новообретенной решительностью повернулась к мистикам.

— Дети. Нужно обеспечить им безопасность. Мабин, Доун, Анатолия, Дамианос: соберите послушников. Позаботьтесь, чтобы они оказались в укромном месте. Никанор. Иероним, Эраст: держите народ подальше от поляны. Что бы ни случилось, не пускайте сюда никого.

Мистики послушно разошлись. Ифигения обернулась к оставшимся троим.

— Бион, — обратилась старейшина к седому лису.

— Евтропия, — посмотрела она следом на женщину с кожей цвета карамели.

— Тимон, — сказала наконец Ифигения антилопе. — Мы втроем должны остановить убийц.

* * *

Все же это был обман зрения. Хоть пятый флаг и висел у нее прямо перед глазами, добраться до него было нелегко. Трещина в утесе, отделявшая лестницу от метки, оказалась в ширину не меньше двадцати футов. Не перепрыгнуть, это уж точно.

Метка виднелась на небольшом выступе на той стороне; Прю глазела на нее не дыша. Конечно, добраться туда можно — ведь как-то же флаг очутился там? Она оглянулась вокруг; нигде не было никаких признаков моста или тарзанки. Такое впечатление, будто кто-то туда просто перелетел, — но этого быть не могло. Помощь авианцев тоже исключалась, потому что сами юные разбойники летать не умеют. Пока она раздумывала, ее нагнали остальные — теперь их было только пятеро: два поганца, перерезавших веревки моста, Кертис, Эшлин и еще одна девочка. Все они задыхались от долгого бега.

— Вон он! — крикнул один из мальчишек.

Кертис изумленно смотрел на Прю.

— Я думал, ты вышла из игры! — сказал он. — Как тебе…

— Талант прирожденной разбойницы, знаешь ли, — ответила Прю.

Эшлин скрестила руки на груди и надула губы, глядя на флаг:

— До него никак не дотянуться. Как они вообще сами туда залезли? Это против правил. Наверное.

— Нет никаких правил, — напомнил Кертис.

— Гуляйте, слабаки! — вдруг проорал один из тех мальчишек; оба бросились бежать куда-то вниз и в сторону.

— Куда это они? — спросила младшая девочка.

— Не знаю, — сказала Эшлин, — но, видно, знают, куда идут. Увидимся на той стороне! — И она поспешила за ними. Девочка переглянулась с Прю и Кертисом, а потом побежала следом.

— Ну? — спросила Прю.

— Ну, — повторил Кертис.

— Есть идеи?

Кертис потер пальцами подбородок.

— Если честно, никаких. Мне кажется, тут дороги нет. Я раньше в этой части лазал, и, по-моему, там дальше только спуск в столовую. — Уперев руки в бока, он окинул взглядом утес. — Нет, они, наверное, вернулись и прошли где-то в другом месте. Зараза! — И он сплюнул на землю, точнее, попытался — ниточка слюны осталась свисать у него с губ.

— Четко, — оценила Прю язвительным тоном.

Мальчик покраснел и вытер подбородок.

— Над этим я еще работаю.

— Ты слышишь? — внезапно спросила она.

Кертис замер.

— Что?

— Там… стонут, — сказала девочка и посмотрела на друга; тот пожал плечами.

— Я ничего не слышу, — признался он.

Прю широко улыбнулась.

— Конечно не слышишь! — воскликнула она, узнав звук, и огляделась в поисках источника. За большим камнем обнаружился узкий ход, который делал резкий поворот и скрывался за выступом утеса. Осторожно пробравшись за валун, она прошла вперед, прижимаясь спиной к каменистому склону, и наконец оказалась перед молодым крупнолистным кленом, который рос из утеса, образуя что-то вроде моста над узкой частью трещины. Дерево горестно стонало.

— Бедный! Кто-то, наверное, опрокинул его, чтобы перейти, — сказала Прю, встав рядом с кленом, и утешительно погладила его по ветке.

Сзади подоспел Кертис.

— Ты что, ты… услышала дерево?

— Да, у меня постоянно такое. С самого сражения при Пьедестале. Я… в общем, я слышу растения.

Мальчик хлопнул себя по лбу:

— Правда, что ли? Прю Маккил? Разговаривает с растениями?

— Я с ними не разговариваю, — поправила Прю. — Я их только слышу. Так непривычно! Еще почти никто не знает.

— Так, ладно! — оборвал ее Кертис. — Следующая остановка — пятый флаг! — Он забрался было на дерево, но вдруг замер и задумался. Потом повернулся к подруге и пригласил ее идти вперед. — Только после вас, — улыбнулся он. — Это же ты нашла дорогу.

— Вы очень любезны, — в тон ответила Прю и осторожно ступила на импровизированный мост, про себя поблагодарив дерево за терпение.

* * *

Полуденное небо зловеще посерело. Ифигения убедилась, что мистики увели всех юных послушников — Первогодков, как их обычно называли, — и теперь наблюдала за темнеющими небесами. Один из учеников, маленький мальчик, уходя, внимательно посмотрел ей в глаза.

— Они близко? — спросил он. Лицо его не выдавало никаких эмоций.

Этот вопрос удивил старейшину мистиков. Она опустила на мальчика озадаченный взгляд.

— Я их слышу, — сказал он и положил ладошку ей на руку. — Держитесь.

Она кивнула и проводила малыша взглядом через всю поляну, пока один из мистиков вел его за руку к жилищу послушников. Несмотря на мрачность момента, Ифигения улыбнулась. Первогодки, по ее мнению, выказывали недюжинные способности, и новое поколение мистиков, несомненно, обещало быть необычайно сильным. Эта мысль грела ей душу. Когда все дети скрылись в лесу, старейшина снова подняла лицо к небу.

Они явились.

Переведя взгляд от упирающихся в небеса макушек пихт к темным проемам между стволами, она увидела, как из тьмы появились три силуэта. Это были люди: двое мужчин и женщина, совсем не похожие на северолесцев; мужчины были в костюмах, а женщина, идущая посреди, — в цветастой тунике.