Колдовство для олигарха - Марина Тройнич

— Нечего меня искать. Здесь я уже.

Я свесила голову с постели, от радости чуть не рухнув на пол. Заглянула под кровать:

— Как я рада, Феклуша, что ты снова со мной!

Метла монотонным голосом забормотала:

— Еще три года, три месяца…

Я не сдержалась и запустила в нее подушкой:

— Прекрати в сотый раз твердить одно и то же!

Метла хихикнула:

— Это чтоб ты не забывала!

В это время раздался стук в дверь. Я не задумываясь крикнула:

— Входите! — и, не удержав равновесие, все ж таки свалилась на пол.

Локша сразу же бросился на помощь:

— Любка, тебе не больно?

Болело вообще-то все тело. Провести несколько ночей на земле — это вам не фунт изюма.

Позавтракали все вместе. Потом парни ушли, заперев лавку. Меня с собой взять отказались. Я сначала пыталась поспорить, но была вынуждена согласиться с доводами Кийса.

— Не стоит лишний раз местным глаза мозолить, — назидательно заметил он. — Вдруг кто сметливый найдется? Награда-то за тебя обещана немалая.

Сидеть целый день взаперти оказалось настоящей пыткой, да еще метла решила заняться нравоучениями:

— Неприлично замужней госпоже, да еще жене повелителя, находиться в обществе посторонних мужчин.

Я возразила:

— Эти оборотни — мои друзья. Не раз уж доказали свою преданность.

Феклуша противно пропищала:

— Друзья… Один только и мечтает затащить…

Я не дала ей договорить:

— Замолчи, сексуально озабоченная дура! Еще и хвалишься все время: «Я — девушка, я — девушка», а сама только об одном и думаешь.

Схватила ее за прутья и выбросила в другую комнату. Метла оттуда проорала:

— Поэтому и предупреждаю! На пути у честных девушек столько коварных соблазнителей…

Я захлопнула дверь и вздохнула с облегчением. На Феклушу по-настоящему не обиделась, давно привыкла к ее «светлым мыслям». Но хотелось полежать в тишине и хорошенько все обдумать.

Как всегда, первым вспомнился Федя. Сердце заныло. А ведь сколько раз давала себе слово забыть. Вот только ничего не выходит.

Я представила Свега, Савву, Олену… Кощея. И заревела. Супруга было жалко больше всех. Сделал доброе дело и попал в подземелья. Вот и помогай после этого людям. Вспомнила царевну-самозванку и сжала кулаки. Власти захотела? Так у Пушкина вон тоже старуха размечталась стать владычицей морскою, а осталась у разбитого корыта. Да еще можно считать, для той все кончилось хорошо, ведь покушавшиеся на престолы частенько завершают свой путь на плахе.

Вновь прокрутила в голове последнюю сцену в лесу. Уверена, если бы князь захотел, сумел бы вырваться. Только пожалел остальных. И где мне теперь его искать?

Я даже поплакала некоторое время. Потом решила: слезами горю не поможешь, надо действовать. Посмотрела в окно — солнце уже садилось. Я занервничала. Сколько прошло времени, а парни еще не вернулись. О плохом думать не хотелось, но терзала мысль: «Где эти оборотни так долго бродят?»

Я валялась на кровати, пытаясь придумать какой-нибудь выход. Голова уже разламывалась от идей, но толку от этого не было. Машинально покрутила подаренное Кощеем кольцо. И вздрогнула, услышав в голове голос ворона:

«Что случилось? Говор-ри».

От волнения я даже растерялась. Не хотелось расстраивать симпатичных бабуль, но по всему выходит, что без этого не обойтись. Сама себя успокоила: не собиралась им ничего сообщать, но получилось само собой. Значит, это воля Провидения!

Начала издалека, как положено. Вежливо поинтересовалась:

«Как здоровье Яги Яговны?»

Тут в беседу вмешалась сама хозяйка птицы:

«Девонька, у тебя голос дрожит. Если Кощеюшка обидел, так мы ему…»

Я перебила:

«Нет-нет, не он!»

Как бы поделикатнее сообщить? Но как ни старалась, ничего не придумала и брякнула правду:

«Все намного хуже. Всех, кроме меня, арестовали. Князя тоже. Если бы он не подчинился, так вообще бы убили…»

Бабка легкомысленно рассмеялась:

«Ну, внучка не так-то легко убить. Не нервничай. Только если…»

Я взволнованно спросила, вспомнив сказку:

«Отыщут яйцо с иглой внутри? Так?»

Бабка хихикнула:

«Нет. Видимо, супруг-то тебе не совсем доверяет, раз не посчитал нужным рассказывать. Ну да дело молодое. Не до разговоров в медовый-то месяц».

«Не доверяет» — слабо сказано. Я вообще практически ничего о нем не знаю. Но не говорить же об этом старушкам. И ведь не могут не пройтись по нашим отношениям!

Я всхлипнула:

«Его куда-то упрятали. Мы не можем найти. Чувствует мое сердце, что-то случилось».

Яга закудахтала, как наседка:

«Девонька, милая, не переживай. Волнуется твое сердечко о Кощеюшке, вот и приходит на ум всякое. Не беспокойся, он и сам выберется. Если уже не выбрался».

Не волноваться как-то не получалось, хоть и не по той причине, что надумала бабуля. Люблю я только Федора. Но сказать об этом не могу — не поймут.

Яга вдруг опять споткнулась:

«Если…»

И замолчала.

Спустя мгновение продолжила, уже успокоившись:

«Ну, о том мало кому известно. Не думай о дурном, все сладится. Отыщется твой суженый».

Меня это ее «если» как-то насторожило. Что Яга Яговна недоговаривает?

Я с замиранием сердца попросила:

«Бабушка, а вы не можете прийти на помощь?»

Бабка замялась:

«Прийти-то можно, но нежелательно. Там свой князь, свои законы. Давай не будем торопиться, может, все еще и наладится».

Яга попрощалась, и связь прервалась. Я в сердцах чертыхнулась. Опять у меня все не как у людей. В сказках девиц от Кощея спасают, а не наоборот. Вспомнила слова бабки: «Повезло с тобой Кощеюшке». Вот уж сомневаюсь. Не встретил бы меня, так и сидел бы спокойно в своем каменном замке. Однако после беседы со старушкой на сердце полегчало. Может, зря я себя накручиваю? Выберется князь. Наверное, ему не впервой. Вон и бабка так считает… Хотя чувствую, Яга что-то скрывает или недоговаривает. Да и вообще. Любящие родственницы должны бы бросить все дела и мчаться на помощь. А не взваливать проблемы на мои… тут я чуть не шмыгнула носом от жалости к себе… слабые девичьи плечи. Тут же услышала ворчанье метлы:

— Плечи-то у тебя вовсе не слабые. Иной мужик может позавидовать. И дали тебе совет ждать, так жди. Не суйся раньше батьки в пекло.