Поединок с судьбой - Денис Григорьев

из Салехсы — подделки в других «винных королевствах» ни в какое сравнение с «салехсийским медом» не идут. Понятное дело, что мне это всё лишь в теории известно. Попробовать пока не доводилось, да и не надо оно мне. Насмотрелся я пьяных, хватило. Отец позволял себе что-то большее, чем кружку светлого пива, лишь когда приезжал в родное поместье, в Фиелле. И узнавали мы об этом, обычно, наутро. А тем временем, шкипер и кэп, за один присест, решили «приговорить» прибыль с сотни, подобных мне и Янису, «пассажиров». Это наводило на некие размышления. Случайно услышанные мной слова колдуньи на палубе про «разорение от благотворительности» заиграли новыми красками.

— А вино-то из Салехсы, или здесь брали?

Всеблагой, ну накой оно мне? Эта «простая жизнь» изрядно расслабляет. Вот, захотелось узнать, чем Яниса потчевать будут, взял и спросил. А то, что никакой городской стражник такое вино за всю жизнь ни разу не попробует, разве что недопиток у какого лорда из стакана сёрбнет, так то и без разницы. Ох, и скверный из меня шпион получился. Зато округлившиеся глаза Анжея того стоили.

— Малый, а не рановато ли тебе в винах разбираться?

— Рановато. Я ничего, крепче кваса, не употребляю, а им, как говорится, душу не обманешь.

Ну и куда меня несет, спрашивается? Любимая поговорка мужиков в ночной засаде! Там уж точно ничего крепче не пили, но вот сетовали на жизнь — регулярно.

— Я не в винах, я в ценах на вина немного разбираюсь. Вот и стало любопытно, не более.

Взгляд Анжея слегка потеплел.

— Так вот оно что, твой батька на таможне сидит. Ну, так-то да, это многое может объяснить. И откуда деньжата, и отчего он не хочет, чтобы ты на колдуна выучился. Обычно, такую хлебную работенку стараются своим передать. А тут у сынишки ретивое взыграло. Только вот, объясни мне, неразумному, где же ты сортир со сливом углядел?

Я скептически глянул на «заведшегося» складского.

— Вот уж не думал, что это есть диво-дивное и чудо-чудное. Сверху бочонок двухсотлитровый ставишь и тубой с мелким бочонком соединяешь. Ну, и рукоять эта — явно пробку с грузом в маленьком бочонке открывает. Невелика наука. У отца на посту — единственное удобное место для этого дела было. Колдуны, которые за водяной ров и прочее отвечают, для своего удобства оборудовали. Ну, и, сами, колдовством, воду в бочку нагоняли раз в смену. Конечно, те, кто на воротах дежурит, мимо подобного «удобства» не проходили. Не слишком таинственно?

Анжей глянул на меня с легким превосходством.

— Так ты думаешь, что сверху большая бочка стоит, в которую воду наливают?

Конечно, я так не думал, никакой логики. С тем же успехом, этот «почетный труд» могли бы совершать и сами путешественники нижней палубы. Взял, да вынес за собой, чего огород городить. Нет, там что-то другое. И, скорее всего, весьма далекое от магии. Иначе, мне придется поверить в сумасшедшего колдуна, который, вместо использования своего таланта по прямому назначению, как та же магичка на палубе, ерундой страдает. Но вот Анжею об этом знать совершенно незачем.

— А как же иначе-то?

Анжей сверкнул победной улыбкой.

— Завтра, когда минутка свободная будет, свожу тебя, в аккурат, над этим самым местом. Покажешь мне бочку.

— Как скажете, мистер Анжей, нет бочки — значит, так оно и есть. Вы лучше поделитесь, откуда «золотая лоза»?

— Вот же пристал, как грешник к пророку, иди смотри.

Каптёр отодвинул часть нижней загородки, и, подняв наверх, сложил свой «прилавок» вдвое. Я двинулся вслед за приглашающим жестом, и оказался в его «царстве». Среди множества ящиков, полочек и мешков, в углу сиротливо высилось накрытое рогожей «нечто». Подойдя, Анжей аккуратно откинул часть шкуры, и в неровном свете корабельной «лампы», под покрытым узорами и рунами стеклом, заиграло оттенками золотого и светло-коричневого. Глянув на сургуч, запечатывающий горлышко амфоры, я одобрительно закивал. У менестреля сегодня будет праздник вкуса. Настоящее салехсийское — может, без потери цвета, простоять до ста лет. Говорят, что вкус за это время меняется, становясь изысканным и благородным. А что бы еще они сказали, если учесть, сколько стоит любая такая «бутылочка» хотя бы с десятилетней выдержкой. Кристиан мне как-то показывал их в винном подвале. Вместе с пенными медами из Норады, салехсийскую «золотую лозу» закупали к разным торжественным датам. И просто так, на всякий случай, если дата организуется без предупреждения, сама собой. Был в этом удивительном напитке один феномен. После ста лет — он выцветал, терял свой замечательный вкус и выпадал на дно бутыли бурым осадком.

— Отличное вино, благодарствую за погляд. Пойду, порадую Яниса.

Пришедший в хорошее расположение каптёр поинтересовался:

— А помнишь, ты меня шкипером отрекомендовал?

Я слегка непонимающе глянул на складского.

— Ну, помню.

— А знаешь, кто у нас шкипер?

— Откуда бы?

— А ты мимо госпожи Севили должен был пройти, когда сюда шел. Она, как раз, с парусом работала.

О да, отыграл таки своё забавное выражение лица Анжей, у меня сейчас, наверное, не хуже. Удивил так удивил! Наёмный маг, мастер урагана, на корабле, дело обычное. Женщина магик — такое тоже, порой, случалось, хоть и нечасто. Воздух и огонь редко покорялись девичьим рукам. Но вот второй человек в команде, после капитана — это очень интересно. Или…

— А они с капитаном — муж и жена?

— Нетяжело было догадаться, да?

Анжей невесело хмыкнул.

— И как вам с таким начальством?

— Да по-разному. Деньжата водятся, рейсы на загляденье, ветер, ну, ты сам видел. Но, есть нюансы. Матросы, когда на берег гулять идут, обычно другой корабль называют. Ну, а мы, в смысле — я, боцман и старпом, стараемся вместе в чужих портах кабаки посещать. Целее морда потом.

Да уж, дела.

— Ну, я пошел.

— Да иди уже, «загадочный мальчик», приглашение не забудь передать.

— Угу.

Я, выйдя в коридор, потопал прочь из кормовой надстройки. Вот ведь, как оно, порой. Интересно, а как бы наши «ночные стрелки» себя чувствовали, если бы ими, к примеру, моя мать командовала? Есть же магички-практики, которые в бою, не хуже колдунов мужского роду, выписать смогут. Да и про боевитых девиц слышать приходилось. Но те, в основном, у наемников водились. Ни у нас, ни в городской страже, я подобного чуда не встречал. Возвращаясь в «хоромы», ещё раз глянул на шкипера. Теперь — уже совсем иначе. А ведь она здесь, по сути, хозяйка. Поза свободная, устроилась поудобней, на спинку кресла откинувшись. Глаза прикрыла, как будто к чему-то прислушивается. Хотя, понятно к