Детективное агентство "Волшебное рядом" книга первая - Сергей Геннадьевич Лысков

– Это уже не ваша забота, шериф Стоун, – подмигнул ему лилипут. – Берегите Дерри, она уникальна.

– Непременно, – ответил тот, указывая на дверь, – Утром я буду вынужден подать рапорт о побеге.

– Да, конечно, – улыбнулась Анна‑Мария.

Выйдя, они сели в авто, Анна‑Мария повернула ключ зажигания, и машина тронулась. Часа три в салоне царила полная тишина, ночные путники ехали на запад, над всем штатом нависли облака, и только нечастые фонарные столбы по автостраде кое‑как освещали дорогу. А когда на дорожном указателе появилась надпись «Добро пожаловать в Калифорнию!», Дезмонд включил радио. Стало немного спокойнее, ищейки штата не полезут на чужую территорию, а здешним нюхачам нет дела до парочки заезжих эльфов, куда‑то спешащих в ночи.

Старенький белого цвета «форд» свернул к аэродрому и, рыская между припаркованными машинами, наконец остановился. Дезмонд еще раз посмотрел на сестру, потом обнял ее и прошептал:

– Пиши мне волшебные письма.

– Это опасно, но я обещаю, – сказала она и протянула мешочек с золотом. – На первое время хватит.

– Нет, ты не поняла, – стал объяснять лилипут. – Помнишь нашу детскую шалость, когда мы переписывались с помощью броши и пестика? – Дез достал из кармана серебряный пестик с головой льва.

– И не понимали, откуда отец прознал о наших тайнах.

– Да, – рассмеялся Дез. – Он потом признался, что тайком колдовал над амулетами, заклинание последних пяти действий.

– А я думала, что перстень помогал ему подсматривать.

– Нет, – тронув браслет, сказал Дез. – Перстень дает смелость, а брошь и пестик – защиту. Они не связаны. Так ты помнишь заклинание?

– Кажется, да, – ответила Анна‑Мария. – Имена украшений, Дори‑Дезо‑Фа, – сказала она, и брошь на ее блузе ожила, засияв перламутровым цветом.

– Именно, сестренка, – он спрятал поглубже в карман пестик, голова льва зашевелила глазами. – Теперь единственная нить между нами – семейные реликвии, вряд ли смогу отвечать на письма, иначе они найдут меня, но обещаю читать каждое твое слово. Ты единственная, кто у меня остался, береги себя, Анна.

– Обещаю.

– Обязательно пиши, – еще раз сказал Дезмонд. – И никому не верь, особенно Тоглю. Улетай из этой страны, куда угодно, подальше от министерства. За меня не бойся, не пропаду.

– Береги себя, брат, – она еще раз обняла его. – Береги.

– Главное, пиши мне, – сказал лилипут и открыл дверцу машины. – Твоя жизнь – мой маяк во тьме.

Затем он вышел из машины и уверенным шагом ушел в темноту улицы.

Спустя неделю в аэропорту Чикаго госпожа Лемм, в джинсах и толстовке, без бус и броши, спрятав глаза за солнцезащитными очками, ожидала посадки на рейс до Милана. Ручная кладь, чемодан и билеты на рейс – обычный турист, каких в терминале тысячи. Однако рейс задерживали, поэтому она решила перекусить. Эспрессо оказался на удивление вкусным, даже шарлотка была свежей, словно повар ее только что приготовил, так что, провалившись в магию вкусов, женщина коротала время, задумчиво разглядывая кофейную гущу в кружке.

– Разрешите присесть, – поставив чашку с блюдцем на столик, спросил юный джентльмен в синем котелке.

– Место занято, – резко ответила Анна‑Мария.

– Но тут никого нет, – улыбнулся незнакомец и все же сел за столик. – Меня зовут Стив, – сняв шляпу, представился он.

– Если это попытка познакомиться, то она провалилась, – сделав глоток кофе, ответила эльфийка, уверенно посмотрев в глаза собеседнику.

– Нет, Анна‑Мария, я очень хорошо знаю, кто вы, – поймав ее взгляд, ответил юноша и тоже пригубил из чашки. – Так вот, у нас есть общее незаконченное дело.

– Не уверена, я вижу вас впервые! – категорично заявила она.

– Хм, – усмехнулся лепрекон. – Все думал, почему золото разрешило заключить контракт, ведь все знают, что кувшин Ра – собственность рода Оссори. Бездумная щедрость пьющего владыки, вы же в курсе, что волшебный эль варят с использованием темной воды, точнее, добавляют пару капель на бочонок?

– Слушайте, – ответила Анна‑Мария, – я уже не наместница, не тратьте попусту время.

– Так вот, – улыбнулся ее собеседник. – К чему я начал этот разговор? Настоящий владелец глиняного кувшина с узким горлышком – мой отец, кувшин принадлежал роду Фаррелов задолго до появления владык мира, но вся общественность возразит – министерство руководствуется последней переписью артефактов, составленной Али‑Асаном Жестоким, где черным по белому указан владелец – Бен Оссори.

– Вы меня не слышите, я не наместница!

– Знаю, – улыбнулся лепрекон. – Но позвольте договорить, ваш брат убедил меня в обратном. – Стив Фаррел достал кожаный лист, тот был весь в черной плесени. – Не смотрите так на плесень, договор почернел, но это нормально, если контракт нарушен.

– Что вам нужно? – сняв очки, строго спросила эльфийка.

– Род Лемм по договору взял в аренду кувшин сроком на двадцать лет, – постукивая черными ногтями по столу, сказал Фаррел. – Сам не хотел вас беспокоить, потеря братьев, увольнение со службы – столько потрясений за короткий срок, понимаю, вам сейчас не до глиняных артефактов, но все же, – он развернул договор, – тут есть один пункт: в случае нарушения договора виновная сторона обязана возместить стоимость потери только приемлемым для владельца артефакта способом.

– Сколько золота заплатил Дезмонд за кувшин? Я готова расплатится, – она полезла в сумку.

– Что такое золото, когда уничтожена семейная реликвия?

– Тогда можно по‑конкретнее, что вы хотите от меня?

В этот момент к столику подошел одетый в белый костюм Тен Тогль, он кивком поприветствовал даму и джентльмена, а затем как ни в чем не бывало сел. Анна‑Мария насторожилась, после улыбнулась, понимая, почему рейс задержан и чьих рук это дело. Вкусный десерт для отвлечения внимания, неприметное место – чувствовалось грамотное использование магии. Было даже обидно, что ее так легко провели.

– Госпожа Лемм, – вылезший из‑под стола Туск, достал палочку и строго спросил: – У вас все хорошо? Вам нужна защита?

Наместник Тогль, не отводя глаз от смуглого коротышки, сунул руку в карман и, приготовившись к бою, нащупал свою палочку.

– Эй, полегче, метатели магии! – встав между ними, заголосил Фаррел. – Никто не будет здесь применять магию. Мы сейчас