Сердце пентаграммы - Нинель Мягкова

Жаль.

И вдвойне жаль, что какая-то зараза все же раскопала ритуал призыва.

— Ты! — палец Маури нацелился на одного из нашей группы по тренировкам. — Бегом к ректору. Делай что хочешь, но через пять минут он должен быть в саду.

Вампир мельком глянул на меня, и я услужливо подсказала:

— После беседки у розовых кустов налево, там тропинка.

Парни на пару секунд зависли, переваривая указания.

— Там позавчера Сигге с кем-то из ваших обжималась. — вспомнила я ориентир. В глазах адептов зажглось, наконец-то, понимание.

— А, потрахушная беседка! — закивал один из них. Я поморщилась, но что поделаешь. Суровая правда жизни.

— Давайте уже быстрее. — поторопила я их. — Он уже заканчивал, боюсь, что у нас не так много времени.

За окном грохнуло, пол под нашими ногами вздрогнул, стены застонали. Яркая вспышка озарила на секунду ошарашенные лица адептов, и наступила кромешная тьма. Даже луна, только недавно ярко светившая в окно, куда-то вдруг подевалась, а окружающее приобрело неприятный фиолетово-багровый оттенок.

Мы опоздали.

Началось.

Глава 16

Маури, крепко вцепившийся в меня при первом же толчке, и не подумал разжать руки.

— Бегом по магистрам — и к беседке! — скомандовал он. — Мы будем там. Постараемся отвлечь демона.

И хорошо, если он там один, добавила я мысленно. Та же идея отразилась на лицах адептов, потому что они посерьезнели, дружно кивнули и бегом бросились по коридору в сторону лестницы.

— Ты же вытянешь нас обоих Изнанкой? — соизволил поинтересоваться вампир. Я пожала плечами.

— Не знаю. Не пробовала. Первым будешь.

— Моя девочка! — Маури неожиданно нежно чмокнул меня в лоб, отчего сердце сделало совершенно неуместный кульбит.

Как же давно меня не хвалили! Как давно я не чувствовала искренней поддержки, не потому, что я Сосуд и от меня кому-то что-то нужно, а просто так, по-дружески!

Не расслабляйся, Ди, этому вампиру скорее всего нужна твоя кровушка. А может и энергия, одернула я себя. Сконцентрируйся!

Я прикрыла глаза, мысленно очерчивая разрез реальности, которую мне предстояло вывернуть, причем так, чтобы влезло сразу двое. То еще задание, прямо скажем, учитывая что я и одна-то контролировать процесс начала не далее чем неделю назад. А до того носило меня по всей территории Академии. Повезло, что за забор не вынесло. Объяснялась бы потом.

Вампир вцепился в меня так, что наверняка после останутся синяки. Первый шаг дался мне с трудом, пришлось еще и задеревеневшее мужское тело на себе волочь. Впрочем, дальше Изнанка подхватила нас и понесла сама.

И как я могла не понимать прелести мягкой, обволакивающей тьмы? Чем чаще я заходила на ту сторону, тем привычнее, уютнее мне становилось. Дело привычки, наверное.

Иллюстрируя мои мысли, вампир отвалился от меня, стоило нашим ногам коснуться влажной от росы травы, и упал на колени, запустив пальцы в землю.

— Чтобы я… еще раз… — отплевываясь и откашливаясь, ругался он. Я огляделась, отмечая краем уха его особо удачные выражения. Нас вынесло чуть левее поляны, ближе к беседке, но это даже хорошо. Хуже было бы, если бы мы упали прямо под ноги портальщику.

Шикнув на пыхтящего вампира, я крадучись двинулась к подсвеченным алыми отблесками кустам. Вообще освещение было какое-то странное, мерцающее, как будто на дискотеке включили подсветку, при которой все белое светится. Только светилось все красным. И мерцало так, что к горлу подкатывала тошнота.

Осторожно отодвинув ветку, я выглянула на поляну и мне окончательно стало дурно. Уже от страха.

Бернис был жив. Но честное слово, лучше бы он умер.

Жестоко так говорить, но бедняга стал марионеткой в руках пришедших на его зов демонов.

Их было двое. Темно-красные, цвета вареного рака, лица, витые рога как у горных баранов, ярко-синие то ли рисунки на коже, то ли татуировки, и кожаная, варварского вида одежда. Похоже, демонические племена находятся далеко не на пике развития и цивилизации.

Один, настороженно сжимая устрашающего вида топор с разноразмерными лезвиями со всех сторон, оглядывал поляну, ожидая нападения. Другой, приобняв портальщика за плечи, помогал тому возводить из линий очередную пентаграмму. Нежности в жесте не было — только контроль и функциональность. Демон подкачивал Берниса недостающей магией. Удобно им, никакого соития не надо. Взял за шкирку — и вкачал. Портальщик стоял ко мне лицом, и мне отлично было видно закатившиеся глаза и судорожные, дерганые движения. Им управлял то ли демон за спиной, то ли книга, которую Бернис, следуя примеру Бальтазара, так и не выпустил из рук. Книга тоже светилась, как и пентаграмма, и пульсировала с нею в такт, как сердце, гонящее кровь-энергию по сосудам-линиям.

Кажется, у нас сейчас будет вместо двух демонов целая армия, судя по высоте и яркости загорающихся полос. В теории я о порталах читала, не межмировых конечно, обычных, хоть видеть на практике и не доводилось, кроме моего собственного, к моменту переноса тела уже потухшего. В этот при желании пройдёт хороший такой отряд, пар рогов на двести.

И останется от Академии, а то и от всего города, одно воспоминание.

Едва слышное дыхание рядом возвестило, что Маури полегчало. Думаю, если бы он не захотел, я бы и того не услышала, вампиры умеют двигаться абсолютно бесшумно.

— Сколько у нас в запасе времени? — шепнул мне на ухо едва уловимо он, а демон, стоявший на страже, дернулся и повернулся в нашу сторону. Я едва не отшатнулась, вовремя сообразив, что за густой листвой нас не видно, а вот если я начну скакать, на движение он очень даже среагирует.

— Мало. — честно ответила я мысленно. — Я не сильна в пентаграммах, но помню, что рисунок должен замкнуться. И он уже почти.

Я кивнула на поляну, где полыхающие в небо линии скользили по траве, проявляясь будто сами собой. Только напряжение на лице портальщика и поддерживавшего его демона выдавали тяжелую работу мысли и магии.

— Наши, наверное, не успеют. Надо… — начала я высказывать план по отвлечению вторженцев, но Маури рядом уже не было. Он неуловимым, быстрым движением скользнул на открытое пространство, даже не потревожив кустов, и замер напротив демона-охранника.

— Убить. — равнодушно прорычал тот, что стоял за спиной Берниса. Он говорил на странном, гортанном наречии, но и его я прекрасно понимала, спасибо встроенному при переходе в другой мир переводчику. Впрочем, приказ был понятен и без слов, потому что рогатый защитник пентаграммы ринулся