За оградой есть Огранда - Алексей Волков

Он пригляделся к подбежавшему противнику. Одет тот был, как все дружинники Берендея. Широкоплечий, пышущий здоровьем, одним словом, на Кощея как бы и не похож.

— Какую свадебку? — Раз воин не нападал, то стоило уточнить смысл его криков.

— Твою, чью же еще? — откровенно удивился дружинник.

Челюсть у Антошки поневоле отвисла, а руки опустились.

Дружинник смерил богатыря внимательным взглядом и снизошел до пояснения:

— Томилась княжья дочь в плену, томилась, а сегодня полыхнула молния, загремел гром, а злодей взял да и лег костьми. Она сразу поняла, что нашел суженый смерть поганого. Ну и бросилась Василисушка к родному отцу в терем. Прибежала, и возликовал народ, а князь сразу распорядился готовиться к свадьбе. Разослал гонцов, гостей созывать да народ об очередной гибели злодея оповещать, а мне велел, окромя всего, жениха побыстрее сыскать да к дому направить.

Удивление перешло в изумление, а то — в полное обалдение. Антон долго переваривал услышанное, но, в конце концов, переварил и поставил челюсть на место.

— И ты молчал?!..

Ей богу, было бы побольше сил, двинул бы вестника так, чтобы тот три года в себя не пришел, а когда бы пришел, навек запомнил бы, как поручения выполнять! Но это ж надо?! Гром и молния!

Гонец пытался что-то объяснить, но Иванов его не слушал. Раз от души двинуть не получится, так пусть живет. Лишь бы дорогу к Берендею показал, а то и на собственную свадьбу опоздать недолго. Да и запоздалые почести лишаются части первоначального энтузиазма, а геройский подвиг требует справедливого и своевременного воздаяния.

— Показывай дорогу к Берендею! — Хорошая весть заставила Антошку позабыть о своих ранах. Да и сколько тут ехать? Раз Василисушка успела к отцу добежать, а гонец — до замка Кощея, то княжий терем где-то неподалеку.

— Может, перекусить желаешь? Берендей расщедрился на дорогу.

— Я тебя самого сейчас перекушу! Сказано: путь указывай!

— Дело хозяйское, — пожал плечами гонец.

Он свистнул прерывистой трелью, и сейчас же от скалы прискакал конь. Гонец лихо запрыгнул в седло и махнул рукой, приглашая следовать за собой.

Когда солнце поднялось повыше, Антошка пожалел об отказе от обеда. Однако гордость не позволила признаться в этом вслух, да и пробудившаяся любовь поторапливала на встречу с невестой.

Так они ехали без малого весь день. Гонец сидел в седле молча, словно обиделся на Антона за грубость, а Иванов переживал свой триумф, витал в облаках и время от времени старался отмахнуться от возвращающейся боли.

Наконец, гонец остановился:

— Приехали.

Антошка посмотрел по сторонам. Он ожидал увидеть вдалеке знакомый город, но никаких поселений нигде не наблюдалось.

— Куда?

— К дороге. — Гонец показал на уходящую вдаль грунтовку. — Дальше поедешь по ней и в аккурат доедешь до Берендея. А мне еще в куче мест побывать надо.

Антошке захотелось обидеться, но он подумал и решил, что возвращение в одиночку будет намного торжественнее. Как-то не по-геройски въезжать в город в сопровождении поводыря.

— Далеко ехать-то? — для порядка поинтересовался Антон.

— Недалече. Дня за два доберешься. В крайнем случае, за три.

— Что? — Антошке казалось, что сегодня он уже будет на месте. — А свадьба?

— Успеешь. В крайнем случае, начнут без тебя, — успокоил его гонец, махнул на прощание рукой и поскакал в противоположную сторону.

Богатырь оторопело посмотрел ему вслед. Что-то тут было явно не так, но делать было нечего, и Антошка повернул коня в указанном направлении.

Он очень спешил и даже не задерживался во встречных деревнях, хотя селяне встречали богатыря с триумфом и жаждали услышать рассказы о подвигах из первых уст. Внимание льстило, да дела торопили, поэтому Антошка быстро проглатывал очередной обед и вновь пускался в дорогу.

А к вечеру третьего дня он наконец въехал в ликующий город, и сам Берендей торжественно встретил у самых ворот.

— Дождались! Все давно готово. Ступай в баню, а там и за свадебный пир. — Берендей помолчал и с чувством добавил: — Зятек.