Свободные миры. Игра змея - Анатолий Арсеньев

— А что же мешает другим деревенькам такие же иметь?

— Так у нас деревня старшая, и алхимик есть, мельница своя, целительница заходит, башмачник, кузнец и цирюльник есть. Трактир мой, братья-охотники хорошие, вот и скопили, — не понимая, куда я клоню, ответил Пётр Иванович.

— Каааак интересно, — протянул я, сделав несколько глотков сидра. — Только неправда это всё. Камень для домов у вас дорогой, окна стеклянные тоже денег стоят. Стеклодува я не видел, а у мастера Радима ингрeдиентов нет на них. Стена ваша защитная, считай, что по цене как вся деревня. Другие деревни, хоть и деревянные в основном, тоже со стёклами. Избы просторные, бедности нет. С меня денег ни за что не брали. Ответ на это лишь один.

Я выдержал паузу, и стал не спеша кушать. Буквально через пару минут, словно сидя на иголках, Пётр Иванович сказал:

— И что же это?

— Контрабанда, милейший, контрабанда, — неприятно улыбнувшись, сказал я.

— Упаси нас Триединый от такого! — перекрестившись, сказал староста.

— Насчёт Триединого мы тоже поговорим, — пообещал я, и заметил, как он вздрогнул. — Ну а теперь, хватит меня за дурака держать. Бухточка есть, река судоходная, сообщения с внешним миром нет. Рассказывай мне, что и как здесь у вас. Иначе…

Тут я многозначительно провёл пальцем по горлу.

— Слишком много на себя берёшь, — жёстко сказал староста. — Ты хоть и бессмертен, но мы можем тебя безостановочно убивать!

— Гнева Богов не боитесь? — весело сказал я, стреляя наугад.

Он боялся, в глазах плескался страх, но он очень не хотел признаваться:

— Не знаю ничего о том, что ты говоришь, поешь да успокойся.

Я поднялся, оглядел взглядом зал. Бешенство, невероятное бешенство охватило меня. Не отступлю, суки, не отступлю!

Только сила, только сила….

Тёмная Стрела! Кусочек изначального мрака проходит рядом с головой Федьки, разбивая часть стены и утвари за его спиной. Я хватаю старосту за грудки:

— Я не промахнулся! Просто показал, что сделаю. И убью всех твоих детей, всех до единого. И Федьку, и тех, кто на корабле плывёт. А затем деньги заберу, и уйду!

— Ты переходишь все границы Змей, так до Запретного и рукой подать, на детей покушаешься, чую придётся тебе ещё за это заплатить в будущем, ой придётся, — говорит он.

— Я исчерпал запас своих аргументов, ведь ты даже не хочешь меня слушать, иногда приходится совершать вещи, несмотря на ужасную плату… — отрешённо произнёс я, мысленно готовясь к худшему.

Я швырнул его обратно на стул. Староста посмотрел в мои пустые глаза и сломался.

— Расскажу, всё расскажу… Не губи… Не губи…, -тихо, обречённо проговорил он.

Я оглянулся на сидящих в зале людей. Они опустили головы. Bидел, как они напряжённо смотрят в тарелки, будто там, на дне, хранятся ответы на все вопросы Вселенной.

— Все вон! До единого! — рявкнул я.

Они послушались… Не дожидаясь знака старосты, как побитые собаки тихо ушли…

Я опустился на стул, и стал не спеша продолжать трапезу. А тут и Красавчик притопал незаметно, я лишь почувствовал, что кто-то рядом. Посадил его на стол, и стал неторопливо кормить, давая старосте, немножко времени прийти в себя.

Наконец староста оправился, и начал рассказывать. Это, конечно же, была контрабанда. Герцоц Велемир Бешеный, номинальный правитель Окраины и фактически удерживавший лишь столицу — Северный Коготь, был отличнейшим воином. Отсюда и было его прозвище. На его беду, управленцем и дипломатом он был никудышным. Очень скоро многие вассалы отвернулись от него, и начали готовиться если не к восстанию, то к крайне тяжёлым временам. Они давали заказы на оружие, алхимические эликсиры скупали припасы продовольствия. Их деревеньки были в очень хорошем месте. Защищены холмами, река рядом, много что могут производить сами. И они счастливо нашли друг друга. На западе, возле гор, речушки иногда приносили золото. Там же добывали и камни. Северный зверь ценился за пушнину. В болотах, хоть и были разные твари, для алхимиков это было самое то. Возле Северного Океана, куча рыбы. А народ боевой, своенравный. Земель пахотных только мало. Вот они и торговали. Сыновья Петра Ивановича, и ещё несколько из других деревень, плавали к Заброшенному острову. Скрытое, небольшое логово, где можно торговать не опасаясь. Так они и жили, и потихоньку богатели. На защиту не скупились, людей потихоньку к себе звали. Оказывается, я не знал, что в других деревнях было больше охраны, их просто очень хорошо прятали. Всё-таки, лазутчики Велемира искали тех, кто помогал его вассалам, кто-то из его окружения всё-таки умел думать, считать и сопоставлять факты. Ведь вокруг Когтя и были основные пахотные земли.

Он замолчал. Я же думал, пряча это за кормёжкой питомца, либо закидывая кусочек себе в рот.

— А сами вы, что за народ? — спросил я, решив его добить окончательно.

— В смысле? Не понял я тебя, Змей, — устало сказал хозяин трактира.

— Да вот, Триединого упоминаете, да без пиетета должного, — усмехнулся я. — И церквушки нету никакой, даже захудалой. Тем более, монахи, даже самые плохие, и лечить умеют немножко, и слово найдут для утешения.

В его глазах мелькнул ужас, но он всё-таки уже был сломан, и очень тихо сказал, скорее, прошептал:

— Еретики мы. Отлучённые… Не веруем в него…

— И как вы оказались здесь? — спросил я.

— Не могу сказать тебе этого, запрет. Запрет на нас, более не скажу, не проси. Лучше сразу убей, — зачастил он.

— Понятно, — отозвался я в ответ.

Хотя на самом деле, этот запрет нечто совсем непонятное, и боится он его больше смерти.

— Когда вернутся твои сыновья? — поинтересовался я.

— Большая сделка сейчас будет. Недели через три вернутся. — отозвался он. В глазах уже не было такого страха.

— Вам придётся на меня поработать, — продолжил я. — Я уверен, свои дела вы должны вести через банк. Золото тащить слишком несподручно. Каким пользуетесь?

— "Милость Великого". Твои сородичи, — невесело ухмыльнулся староста. — Полная тайна вклада, никаких вопросов. Ребята, правда, не прочь оторвать кусок от бизнеса, чаще всего, предлагая расширение, ухватывают многие идеи на лету. Не копируют, но народ к ним не слишком активно идёт. Репутация у вас страшная. Обманщиков долго ищут, пока не убьют всех, включая семью. Не любят вас.

— Крупный банк? — деловито спросил я.

— Да, много отделений по всему континенту, — ответил он. — А что?

— Порожняком пойдёте. Передадите, что один из их сородичей хочет встретиться на предмет торговли алмазами, — тут я увидел, как его глаза расширились от удивления. — Скажешь, что нужно обговорить крупную сделку, а как залог, дадите ему один камешек. Скажешь, что заказчик заинтересован только в управляющем, и мне нужно полное имя для заклятья. Далее, пусть кто-либо из твоих сыновей передаст весточку Старшему Жрецу Великого Змея в Беранесе, назовёте моё имя. Дадут ещё один камешек, и скажут лишь одну фразу: "Слеза Великого Змея". Понятно?