Не зная пощады - Марьяна Сурикова

– Чуть не попались, – перевела дух Шенна, я же лишь укоризненно взглянула на нее. – Ну не смотри так, Лира. Я уверена была, что она согласится бежать. Это надо же быть такой дурой, чтобы жить с таким человеком. Вот ты бы жила?

Я только плечами передернула, ощущая, как озноб пробежал по позвоночнику.

– Бедняжка, – пожалела Шенна, – ты же совсем выдохлась, тебе бы сейчас в лесочек. Давай помогу дойти.

– Ступай, Шенна, темнеет уже, скоро тебя родители хватятся. Я дальше сама.

Девушка ушла, но в следующий раз прибежала ко мне с очередным планом спасения еще одной несчастной. В итоге мы еще несколько раз влипали в разные неприятности, но благодаря везению умудрялись выйти сухими из воды. Таким образом, бессовестно пользуясь тем, что в городе пока оставался лишь один дряхлый инквизитор, молодые бесшабашные герои продолжали творить свою беззаконную ведьминско-сообщническую деятельность, воображая себя едва ли не защитниками всех обездоленных.

Время шло, стена вокруг города росла, а Тинольд постоянно приносил мне все новые и новые вести о своем обожаемом Вильдане, происках ведьм, новых нападениях или новых сражениях. У него глаза загорались фанатичным блеском, стоило только произнести имя главного инквизитора, у меня же просто зубы сводило, словно я наелась чего-то кислого. В конце концов, Шенна попросила своего любимого поменьше распространяться при мне о Вильдане, и парень честно пытался себя сдерживать.

У них двоих тоже не все шло гладко. Шенне вскоре должно было исполниться шестнадцать лет, и тогда родители собирались выдать дочку замуж. Однажды девушка пробралась днем ко мне на чердак и, разбудив и обняв за плечи, стала беззвучно плакать. Я гладила ее по голове, стряхивая остатки дремы и пытаясь понять, что же произошло.

– Алира, – ухватила она меня за руки, серые глаза ее горели каким-то отчаянным блеском, – можешь заколдовать моего жениха, чтобы он от меня отказался?

– Шенна, – ответила я подруге, – прости меня, но если я начну вмешиваться в мысли и чувства людей, изменять их, то сама стану меняться не в лучшую сторону. Нельзя навязывать людям свою волю, это может сгубить ведьму. Пойми меня, прошу. Сестра вынуждена была пойти на подобный шаг много лет назад, а потом… потом это привело ее к гибели.

– Но что мне делать, что делать, Алира? Мне плохо, я не знаю, как поступить. У меня, меня… были даже мысли утопиться.

– Ты с ума сошла!

– Я просто в отчаянии.

– Но как же Тинольд?

– Я желаю сохранить свою чистоту для него, не хочу, чтобы меня отдали другому мужчине. Он ведь приходил к нам сегодня. Такой важный весь, такой самодовольный! Пока родители оставили нас в комнате наедине, он поцеловал меня против воли, и это было ужасно противно! Понимаешь, каково это?

– Могу понять…

– С тобой хоть раз случалось такое?

– Это очень сложный вопрос. Я ведь не до конца человек, у меня есть две сущности, и то, что противно человеку, может нравиться ведьме.

– Разве так бывает?

– У меня бывает.

– А у тебя был мужчина?

– Да, – тихо ответила я.

– И как это?

– И хорошо, и плохо.

– А он тебе нравился?

– Я его ненавижу и боюсь!

Шенна села, задумчиво уставившись на меня, и сказала:

– Тогда я ничего не понимаю. Он тебя заставил?

– И да, и нет.

– Алира, хватить юлить, ты меня вконец запутала. Тебе было приятно? Как это вообще?

– Шенна, одно могу сказать. С любимым человеком наверняка это будет очень приятно, а с таким… с таким, как он, это было… Ну как если бы тебя разделили пополам, и одной половине все безумно нравится, а вторая бессильно наблюдает, словно со стороны, а потом потихоньку ее мысли и эмоции уплывают куда-то, все затмевает страсть. Понимаешь? Я даже не могу этого описать, поэтому не спрашивай меня больше, мне неприятны эти воспоминания.

– Хорошо, не буду спрашивать. Но скажи только, кто это был, кто-то из твоих знакомых?

– Шенна!

– Я никому не скажу, честное слово, даже Тинюше.

Я горько вздохнула, но почему-то захотелось выговориться.

– Это был Вильдан. – Шенна в удивлении раскрыла глаза. – Он увез меня в заброшенный дом в лесу, а потом соблазнил, пробудил ведьминскую сущность и я была не властна над собой, я позабыла обо всем. Еще он в тот миг показался совсем другим, ласковым, что ли, не знаю, как будто холод ушел и осталось только желание мной обладать. Это было очень приятно, только я не могла сдаться, я все надеялась на что-то, что смогу перебороть это и вырваться, а он в какой-то миг взял и…

– И что? – Шенна слушала, затаив дыхание и позабыв о собственных неприятностях.

– Просто взял что хотел, и все.

– Так ты ему понравилась?

– Нет. Ему нужна была одна вещь, которую можно было получить только таким образом. Он меня ненавидит, как и всех ведьм, и потом решил меня казнить, а я прыгнула в реку.

– Не может быть!

– Может.

– Ужас какой! – вскочила на ноги Шенна.

– Тише, не кричи, нас могут услышать.

– Да разве так можно? Значит, он с тобой… а потом… А Тинюша еще им восхищается!

– Он восхищается его силой и мужеством.

– А он и правда сильный?

– Сильный, – вздохнула я, вспоминая, как инквизитор вытаскивал меня из-под дуба, а потом легко взвалил себе на плечо.

– А какой он вообще? Красивый?

– Мне сложно судить, – задумалась я, вспоминая свое первое впечатление. – Хотя с первого взгляда может показаться красивым. Я как только увидела, подумала, что не похож на инквизитора. Только красота живой должна быть, а Вильдан – словно глыба льда, и сердце у него каменное.

– Все понятно, – подвела итог Шенна. – Значит, он действительно такой, как о нем говорят.

– Какой?

– Безжалостный и беспощадный. Я даже не представляю, насколько нужно ненавидеть ведьм, чтобы вот такую, как ты, потащить на казнь.

– Он не разбирался, какая я. Для него все ведьмы на одно лицо. Он искренне считает, что все мы рано или поздно приходим к тому, чтобы убивать других людей.

– Знаешь, – задумчиво проговорила подруга, – если бы моего любимого Тинюшу кто-то убил, я бы тоже ненавидела.

– Шенна, давай больше не будем говорить о Вильдане, мне неприятно все вспоминать.

– Совсем-совсем неприятно?

– Да!

– Хорошо, Алира, я обещаю! Больше ни единого слова.