Верные враги - Ольга Громыко

— Десять.

— Рыцарь.

— Дайн.

— Маг.

— Эээ… отбой. Тебе сдать?

— Нет, хватает. Ну-с, моя очередь! Ща я тебя! Семь!

— Рыцарь!

— Аааааааа!!! — Вопль проснувшегося Реста наверняка распугал всех гарпий в округе. Разбуженный Верес неторопливо сел, кутаясь в одеяло. Потер заспанное лицо.

— Вы, двое, не могли бы принять нормальный вид? До Белой не так уж далеко, и вряд ли оборотень, играющий в карты с драконом, благотворно повлияет на душевное здоровье случайного прохожего.

— Мне холодно без шерсти.

— Не будь занудой, Верес. Думаешь, мы не учуем его первыми? Семь!

— Козырь! — Колдун огляделся.

— В дурака режетесь, а костер, между прочим, давно потух! На что играете-то?

— На печень, разумеется. — Я мстительно пришлепнула семерку девяткой. — Отбой?

— Против шкуры, — уточнил дракон, скептически разглядывая карточный веер. — Эх, гулять так гулять! Козырной рыцарь!

Я приуныла. Козырного мага было жалко, нагружаться мелочью в конце игры тоже не хотелось.

— Ну и как? — поинтересовался Верес, наклоняясь и беззастенчиво заглядывая в мои карты. — Кому пока везет?

— Хвост уже мой, — осклабился дракон.

— Придется вернуть. У нее сильный расклад. Шкура-то тебе зачем?

— Просто так, чтобы ставки уравнять.

— А для чего ей печень? — шепотом поинтересовался Рест, выгребая из снега остатки дров и складывая их шалашиком на пепелище.

— Если оборотень съест драконью печень, он сможет менять ипостась почти мгновенно и безо всяких усилий, — наставническим тоном объяснил Верес.

— И что, дракон отдаст ее, если проиграет?

— Сомневаюсь, — пожал плечами колдун, — но, по крайней мере, будет должен. Кстати, рад тебя видеть, Мрак!

— Взаимно. — Ящер приветственно махнул хвостом, не отрываясь от карт.

Рест окончательно растерялся.

— Мастер, так это и есть тот самый дракон, которого вы пообещали Шелене? Ой…

Мальчишка прикусил язык, запоздало сообразив, что предмет нашей с Вересом сделки может ее не одобрить. Но подлый колдун только перемигнулся с драконом и без тени смущения уточнил:

— Еще неизвестно, кому кого пообещали. Думаешь, она первый оборотень, жаждущий его ливера?

— Ничего не имею против, — подтвердил дракон, — всё честно. Верес сводит, мы сражаемся, одной шкурой больше.

— Я не помогаю ни оборотню, ни дракону, но, поскольку Мрак мой друг, перед битвой честно предупреждаю, что в случае чего буду мстить, — добавил колдун.

— Партнеры, что б вас, — усмехнулась я, открывая карты. — О хвосте пока можешь забыть!

Дракон без особого огорчения (второй час уже играем, всё с тем же результатом) бросил свой веер в отбой и потянулся всем телом, как кот, — только не задрав хвост, а копьем выставив его назад. Пламя, подчиняясь ветреному взмаху крыльев, метнулось в сторону и прижалось к земле.

— Мрак, как ты здесь оказался? — Верес, поежившись подтянул колени к подбородку и поплотнее закутался в одеяла.

— Я второй месяц тебя ищу. Весь город облазил, условный знак на пустоши оставил, — дракон метко плюнул в костер, шалашик окутался высоким пламенем. — Люди в один голос уверяли, что ты мертв, но уж я-то почуял бы это первым. Вот и не уходил далеко, снял в Выселке комнатушку, а по ночам кружил над окрестностями. Днем не рисковал: странные эти люди какие-то, сначала сами без разбору из арбалетов палят, а потом магам жалуются, что не все разбежаться успели…

— Зачем? — перебил Верес.

Дракон двинул нижней челюстью, как если бы человек смущенно прикусил губу.

— Делирна умерла.

Колдун помрачнел, словно ему сообщили о смерти хорошего, пусть и не очень близкого знакомого.

— Да пребудет ее душа в кронах Священной Рощи… Как это произошло? Когда?

Я медленно, по одной подбирала разбросанные карты, аккуратно складывая кромочка к кромочке. Ну и что тут такого? Все мы смертны, даже Мать-дриада, Правительница Ясневого Града. Вот только казалось мне, что она смертна немножко меньше…

— Получается, через три дня после твоего исчезновения, — вздохнул дракон, пыхнув то ли дымом, то ли простым воздухом, обратившимся в пар на морозе. — А вот с «как» небольшая проблема. Собственно, для того ты им и понадобился. Делирна, прямо сказать, уже давно воспринимала слова «старая карга» как изысканный комплимент, но о том свете пока что и не помышляла. Дриады уверены, что ее убили.

— Прошло слишком много времени… — Колдун с сомнением качнул головой. — Магия вряд ли поможет отыскать какие-нибудь улики. А я на тот момент и сам мало отличался от трупа, если они об этом.

— Нет, что ты. Конечно, выманить и убить дриаду легче всего удалось бы знакомому магу, от которого она не ожидала подвоха, но с тем же успехом можно и меня подозревать. К тому же тебя просила найти сама Делирна.

Я украдкой любовалась озадаченно вытянувшейся физиономией Вереса.

— То есть?

— Накануне она подозвала одну из помощниц и сказала: «Если со мной что-нибудь случится, позовите SholahWe-ras-sa. У нас будет о чем побеседовать». Та, разумеется, обеспокоилась, начала расспрашивать, но Делирна только усмехнулась и объяснила странную просьбу «всего лишь предчувствием».

Я с грехом пополам понимала дриадский, среди древних языков он ближе всех ко Всеобщему. «Шелест вереска». Интересно, за что дриады дали Вересу это прозвище? Каждое растение для них что-то символизирует: дуб — верность, береза — боль, ромашка — знание, дикая гвоздика — кровь, вереск… вереск… ведь вроде бы слышала краем уха… ага.

Могильный курган. Вероятно, это пошло еще от вересковых пустошей, излюбленного места встреч вражеских армий. Там же их двумя кучками и хоронили; если приглядеться — на любой более-менее пригодной для сражений равнине найдется по парочке поросших вереском холмиков. Так что пусть старшие расы не врут, что все проблемы начались с приходом людей.

Интересно, за что они его так окрестили? Да и Верес, наверное, не настоящее имя, а калька с дриадского.

— С того вечера Делирну больше не видели, — продолжал дракон. — Предполагают, что она тайно покинула пределы Града — скорее всего, с помощью магии, ибо никто из караульных ее не заметил. Впрочем, она и раньше частенько так поступала — вспомни хотя бы прошлогодний случай, когда старая интриганка… ой, то есть усопшая, мир ее праху!… из ниоткуда свалилась прямо посреди стола на закрытом заседании Совета Ковена Магов и с ходу задала всем перцу! Никто понятия не имеет, куда ее на сей раз понесло, но через три дня ее дерево рухнуло, и дриады объявили официальный недельный траур, по истечении которого выбрали новую правительницу.