Верные враги - Ольга Громыко

Рест, вспомнив о своих кухарских обязанностях, расстелил у костра полотенце и под одобрительным взглядом Вереса начал выкладывать на него провизию, неровно пластая туповатым ножом хлеб и копченую грудинку.

— Сколько бутербродов делать? — поинтересовался он, нарушив минуту не то молчания, не то раздумий.

— Мне не надо, — с ходу отказался дракон.

— Мы уже перекусили, — пояснила я, выскребая из снега и небрежно раскручивая на когте широкий ошейник с шипами. — Подвернулся тут один…

— Ничто так не сближает, как совместная трапеза, — ухмыльнулся Мрак.

Мальчишка явственно позеленел, глядя на грудинку уже далеко не с прежним аппетитом.

— Дай посмотреть, — протянул руку Верес. — Вот зараза! — Я полностью разделяла его мнение. Спереди на ошейнике болталась ромбовидная бляха с цифрой «5».

— Выходит, по округе вполне могут бродить еще три такие твари. — Колдун внимательно изучил ошейник, но, не обнаружив больше никаких меток, бросил его в костер. Пламя недовольно зашипело, словно на него плеснули водой.

— Четыре, — машинально поправила я. Верес улыбнулся краешками губ:

— На предыдущем не было ни номера, ни шипов.

— Значит, этого стали выпускать на охоту уже после моего появления в Выселке, — с легким злорадством заключила я.

— Вернее, после того, как они тебя обнаружили, — поправил колдун. — То есть чуть больше пары месяцев назад. Что ж, будем надеяться, у него не слишком много младших братиков.

— И сестричек, — ехидно добавил дракон, покосившись на меня. Я фыркнула, но, увлеченная беседой с колдуном, отложила ответную шпильку на потом.

— Не может быть, за последние три года без моего ведома ни один новый волк в лесу не появился, не говоря уж о нежити! Когда это случилось?

— Недавно, в конце лета. И я убил его не в лесу. В городе, возле самой площади.

— Но откуда-то же он там взялся!

— Вариантов много. Порталы, прорыв Ведьминого Круга… да обычные погреба. Та трехпалая тварь тоже не соизволила поставить тебя в известность о своем прибытии, пока не свалилась как снег на голову.

— А в Выселке есть Круг? — опешила я. — Где?

— Шел, ты веришь в богов? — лукаво прищурился Верес.

— Только в мракобесов. Они как-то чаще о себе напоминают, — проворчала я, сердито скребя за ухом задней лапой. Про Ведьмины же Круги я знала лишь то, что в них лучше не соваться. Вроде как некроманты там свои обряды проводят, и место навечно остается проклятым… или, наоборот, потому-то они туда так и стремятся. Но чтобы такая дрянь — и в городе?!

— Ну и зря. Если бы ты почаще ходила в храм, то заметила бы, какая там на полу мозаика. Эти шестиугольные плиты остались еще от древнего капища, а по углам выложенного из них многогранника видны гнезда для кристаллов — правда, замазанные белой глиной. Но она давно растрескалась, и, думаю, выковырять ее не составит особого труда.

— И Ковен позволил выстроить там храм? — От изумления я так и замерла с задранной лапой.

— Почему бы и нет? Лучший способ что-то спрятать — положить это на самое видное, а для самых ушлых — и самое людное место. Какой маг в своем уме осмелится проводить запрещенный обряд с жертвоприношением в открытом днем и ночью храме?

— Значит, этот вариант можно исключить?

Колдун задумчиво подобрал и растер в пальцах пахучую еловую иголочку.

— Я бы не стал торопиться с выводами.

— Верес, насколько я тебя знаю — замазку ты уже ковырял! — ухмыльнулся дракон, показав по-змеиному загнутые внутрь клыки.

— Ну, ковырял, — со смущенным смешком признался мужчина. — И через пять минут оказался на улице, причем весьма бесцеремонным способом. И где они таких плечистых послушников набирают?! Из раскаявшихся разбойников, не иначе. Не драться же мне с ними было посреди площади…

— Так вернулся бы с городским магом, члену Ковена Дайны не посмели бы отказать в осмотре храма! — Улегшийся было дракон в сердцах снова вскочил. Голова на длинной шее, напротив, так стремительно рванулась вниз, словно собиралась откусить колдуну нос, но остановилась в какой-то полупяди.

— Ты не хуже меня знаешь, во что за последние несколько лет превратился так называемый «оплот магии», — даже не сморгнув, с досадой бросил Верес, — если из пятнадцати входящих в него архимагов я доверяю от силы трем, то что говорить о его городских наместниках?

— Это из-за того, что остальные двенадцать проголосовали за твое отлучение?

Около минуты колдун и дракон буравили друг друга негодующими взглядами, но потом одновременно выдохнули, заминая тему, — видимо, уже не впервые спорили и перебрали все аргументы, кроме вульгарной драки.

— Успел что-нибудь выяснить? — отворачивая морду, куда более спокойно поинтересовался Мрак.

Верес неопределенно пожал плечами:

— Печати на глине не тронуты… пока. Однако следы какой-то магии в храме определенно имеются. Тщательно затертые и оттого еще более подозрительные.

— Мало ли чем там святоши промышляют — может, эликсир щедрости в святую воду подливают, чтобы жертвовали побольше. Круг-то опечатан.

— А я и не говорил, что его открывали с этой стороны. Возможно, из него что-то потихоньку просачивается. Но не заметить подобного невозможно, а значит, местные дайны скрывают правду либо из боязни наказания, либо с какой-то им одним известной целью. И не забывай об ошейниках!

— В любом случае, в Выселке происходит что-то непонятное, — подытожил дракон. — Вовремя вы оттуда убрались.

— Но проблему это не решает.

— А оно нам надо?

Оба уставились на меня, как будто впервые увидели, видимо, в запале спора совершенно позабыв о не слишком желанной слушательнице. Я с трудом подавила желание прижать уши и заискивающе завилять хвостом. Хорошо хоть заключенное с колдуном соглашение действовало в обе стороны, и до Белой мы с ним если не друзья, то хотя бы напарники.

— М-да, — наконец изрек дракон. — Вот уж в чьей компании не ожидал тебя увидеть. Хотя, надо признать, она милашка!

Я взъерошилась, Верес поморщился:

— И когда же ты успел это разглядеть?

Хороший вопрос. Когда внезапно спикировавший с небес дракон выдает струю пламени по клубку из двух сцепившихся тварей, оно не выясняет, кто прав, а кто виноват. Зато какая потом появляется интересная тема для разговора!

Я наклонилась за последней, отлетевшей в сторону картой, и над моей грудью, вынырнув из длинной шерсти, качнулась черная чешуйка на витом шнурке.

— Отдай! — мигом напрягся колдун.

Я демонстративно проигнорировала. Вот еще, расстаться с таким прекрасным амулетом от ядреного драконьего дыхания! Защищал он, правда, только от одного конкретного ящера, некогда добровольно ее отдавшего, но, поскольку других поблизости не наблюдалось, и то хлеб.