Твое тело – моя тюрьма - Оксана Лесли

Девушка быстро вытерлась, облачилась в чистую пижаму, встала перед зеркалом и встретилась глазами со своим узником с глазами цвета лаванды. У нее не было никаких сил стоять, и она оперлась на раковину, чтобы не упасть.

– Тави, я чувствую себя как проколотая шина.

– Прости. Иначе никак не получается. Сейчас потеря крови восстановится, я работаю, – успокоил он ее. – А что было бы, если бы животное убило человека на арене? Толпе бы это тоже понравилось?

Девушке стало стыдно за свою цивилизацию, но она приподняла бровь и язвительно парировала:

– А разве ты не получил какое-то удовольствие, когда вспарывал тело того парня, Рокса? Когда видел его глаза, его кровь?

– Да.

– Коррида для меня не новость. Но я никогда не думала об этом развлечении с точки зрения быка… – она начала чистить зубы.

– На Кассиопее такие зрелища никогда не практиковались. В вашем мире тренированный человек, убивающий глупое животное – герой, – инопланетянин не скрывал своего отвращения.

Мишель сплюнула зубную пасту, прополоскала рот и ответила:

– У меня напрашивается такой вывод. После войн на Фаэтоне на Землю улетели маньяки, любители зрелищ и крови, отбросы общества, а на Кассиопею – другие. Элита, наверное.

Девушка испытывала раздражение к инопланетянину. И все его не устраивает, ее мир – чудовищный и сумасшедший, как будто сам он такой невинный и правильный! Она вернулась в спальню.

– Ты в порядке? – подскочил к ней Стив. – Посмотри, что я накопал!

Он подвел ее к ноутбуку и зачитал интересные, на его взгляд, фрагменты:

– Матадор, или тореро, – это престижная профессия, я и не знал! Элитный спорт. Матадоров с десятилетнего возраста тренируют убивать быков. Представь, за каждый вечер выступления на арене матадор получает двести-триста тысяч евро. Прямо как спортсмен мирового класса. По итогам 2005 года первое место в списке тореро принадлежало Давиду Фандиле «Эль Фанди» (107 боев, награды: 210 ушей, 11 хвостов).

– Интересно, он их маринует или сушит как чучела? Кушает и друзей угощает? – пошутила девушка. – И как эта традиция зародилась?

Стив потер руки и пересказал ей все прочитанное:

– Оказывается, еще в бронзовом веке многие культуры почитали быков, и приносить их в жертву было ритуалом. После XV века бои с быками стали развлечением сначала для элиты, когда матадор был конным рыцарем и получал свою порцию адреналина не на поле боя с маврами, а с животным. В XVIII веке стала практиковаться пешая коррида. В Южной Америке тоже имеет место, кстати. Бык должен быть черным, чтобы олицетворять смерть.

– Напоминает жертвоприношение черной курицы…

Мишель ошарашенно смотрела на своего парня, пока он не чихнул.

– Прости, уже поздно, отец будет беспокоиться, – Стив чмокнул ее в щеку и направился к входной двери, чихая и прикрывая ладонью лицо.

Мишель проводила его в передний двор. Звезды были яркими.

– Ты знаешь, мне впервые хотелось убить человека. Матадора. Я видела не спортсмена, а садиста и клоуна, извращенца, другими словами. Я мечтала насадить его на рога, чтоб он захлебнулся своей кровью и больше никого никогда не убивал… Я бы посмотрела ему в глаза и проглотила бы его последнее дыхание.

Стив посмотрел на нее с беспокойством:

– Эти реабилитации, сдается мне, калечат твою психику.

– Больше всего обидно, что я никак не могу повлиять на ход событий, которые реальны. Я не могу никого спасти, ничегошеньки изменить. Это хуже всего быть в теле жертвы, – она обратила взор к звездам, как будто они что-то в этом понимали…

– Спокойной ночи… – Стив поцеловал Мишель в бледные губы.

– Спасибо тебе за все. Спокойной ночи, – она вернулась в дом.

Время было за полночь. Не успел юноша попрощаться с Мишель, как машина Фреда припарковалась около дома, а фары осветили уходящего гостя. Мистер Редмонд сощурил глаза, вышел из авто и неожиданно дружелюбно протянул парню руку.

– Доброй вечер или доброй ночи, Казанова! – улыбнулся мистер Редмонд и протянул руку для пожатия. – Я не собираюсь спрашивать тебя «а что ты тут так поздно делаешь»…

– Привет. Я…. приносил Мишель вещи, которые перешил. Я ведь учусь на дизайнера одежды, – Стив неловко ответил на рукопожатие. – Мишель говорила, что вы работаете в ночном клубе.

– Да, там, где девушки грудями и задницами крутят-вертят. Хочешь, могу познакомить, если Мишель артачится. Она ведь артачится, признавайся? Бедный мальчик! – Фред дружески хлопнул юношу по плечу.

Он считал себя знатоком людей и с первого взгляда мог определить – девственница девушка или нет, опытная в постельных делах или не очень: он судил по манере женского пола держать себя. Фред не сомневался, что Стиву так и не удалось раскрутить его строптивую падчерицу на интимные отношения. Мишель вела себя с отчимом так же скованно, как и раньше, и старалась не встречаться с ним глазами.

Фред видел в Стиве уступчивого и нерешительного человека, которому суждена доля подкаблучника. Стив-соперник больше не существовал, так как у Фреда появилась подружка, поопытней в любовных делах и порасторопней, чем девственница-падчерица.

– Может, танцовщицам в вашем клубе нужны эксклюзивные костюмы для шоу? Если бы у меня были заказы от клиентов, то я бы скорее заработал денег, чтобы отдать вам долг, – Стив достал из кармана визитные карточки со своим телефоном и адресом.

Мистер Редмонд взял их, рассмотрел при свете фонаря, положил в нагрудный карман и сказал, широко улыбаясь:

– Это роскошная идея! Я обязательно пришлю тебе клиенток!