Мертвый вор - Павел Корнев

— Изабелла! — крикнул я. — Сюда!

Жрица вынырнула из темноты и воздела над собой посох. В глазах черепа засиял багряный огонь, и я успел заметить несущуюся ко мне тень. Рубанул мечом, но сгусток мрака ловко обогнул клинок, зацепил плечо и метнулся к жрице.

Увернуться эльфийка не успевала, да и не стала. Ее посох изогнулся, челюсти черепа клацнули, и в них забилась огромная летучая мышь.

Но заставили меня выругаться отнюдь не размеры мертвой твари. Просто сияние черепа разогнало сгустившийся в подземелье мрак, и стали видны кружившие под высоким потолком тени.

Десятки теней. Десятки летучих мышей.

Одна стремительно спикировала на меня и хлестанула острым словно бритва крылом, еще две или три атаковали жрицу, но не приходилось сомневаться, что вскоре на нас набросится вся стая.

— Стоять! — крикнула Изабелла и вновь вскинула посох.

Череп разинул пасть, и пещеру заполнил непонятный и неприятный звук, словно разом над ухом зазвенели сотни комаров, пронзительно и вместе с тем — на самой грани слышимости.

Слаженное кружение стаи вмиг сменилось хаотическим трепыханием, летучие мыши наталкивались друг на друга, сталактиты и стены, падали вниз и бились на полу.

Сорвавшаяся с места Изабелла подтолкнула меня в спину и заорала:

— Беги, придурок!

Жрица рванула через подземелье, а я задержался разрубить бившуюся на полу тварь и лишь после этого ринулся следом. И потому опоздал. Стоило только Изабелле юркнуть в темный провал в противоположной стене, ее череп немедленно умолк, и летучие мыши вновь начали одна за другой пикировать на меня, рассекая плоть бритвенными краями крыльев.

Пришлось кувырком уйти в сторону и активировать режим скрытного перемещения. Под прикрытием невидимости я спокойно двинулся к провалу и тотчас заработал с десяток порезов! Здоровье просело сразу на полсотни единиц!

Гадство! Летучие мыши ориентируются в пространстве с помощью ультразвука! Невидимостью их не обмануть!

Я рванул к спасительному коридору, и тотчас навстречу вырвался огненный шар. Полыхнувшее над головой пламя сожгло сразу несколько тварей, а остальные быстро поднялись под свод пещеры.

— Ну ты и кретин, котик! — зло выдала Изабелла.

— Я кретин? — возмутился я. — На себя посмотри! Жрица пятьдесят третьего уровня улепетывает от летучих мышей!

— Ну разумеется! — фыркнула эльфийка. — Опыта от них никакого, только силу тратить! Все! Двигай вперед!

— Почему я?

— А кто из нас жулик?

— Я ловушки находить не обучен!

— Все равно шагай! — потребовала Изабелла. — Шагай! Я прикрою!

Я пожал плечами и спорить с жрицей не стал. В конце концов, я рано или поздно восстановлюсь, а от жрицы со сломанной ногой толку немного будет. Исцелять-то она не обучена. Фурия, что с нее взять…

Роджер к этому времени окончательно перестал светиться, и дальше мы шли в кромешном мраке. На полу то и дело попадались камни и щебень, но ни боковых ответвлений, ни лестниц по пути не встречалось. Ловушек тоже не было. Не летели огненные шары, нас не расплющивало падающим потолком и не нанизывало на выскакивающие из стен шипы.

Какое-то непривычно скучное для игровой реальности подземелье…

Усыпляют бдительность?

— Слышишь? — вдруг тихонько шепнула мне Изабелла, впервые за все время блуждания во мраке нарушив тишину.

Я прислушался и уловил нечто среднее между шуршанием и плеском.

— Вода льется? — предположил я.

— Похоже на то, — в кои-то веки согласилась со мной жрица и подтолкнула в спину. — Шевелись!

Очень скоро по стенам заструилась влага, а под ногами зачавкала грязь. С потолка начали срываться крупные капли, будто над нами протекала река, а потом журчание ручья усилилось, и показался провал в полу, куда и уходили излишки воды.

Я опустился на корточки и заглянул вниз.

— Здесь ступени!

Изабелла встала рядом и дала отмашку:

— Иди первым!

Я ступил на сглаженную водой каменную ступень, покрытую слизью и скользкую, едва не потерял равновесие и ухватился за протянутую руку Изабеллы.

Шаг, другой — и вот уже за шиворот полилась мутная вода. Но это не страшно, куда больше пугало то, что поджидает внизу.

Я отпустил руку Изабеллы и перешел в скрытный режим.

2

Винтовая лестница сделала несколько оборотов и лишь после этого вывернула в тесную комнатушку, оккупированную низкорослыми уродцами с серовато-зелеными мордами, крупными носами и лопоухими ушами. Все они были в кожаных одежках, вооружены каменными молотами и черными обсидиановыми клинками. Лишь один, самый крупный, оказался обладателем железного шлема, нагрудника и кирки.

«Кобольд-предводитель», — высветилась подсказка.

Режим невидимости надежно скрывал меня от подземных созданий; я перепрыгнул через дыру, куда с тихим плеском утекала вода, и шагнул вбок, стремясь занять позицию за спинами уродцев. Но кобольды тут же насторожились, принялись тянуть воздух носами и шевелить ушами. Помня о подставе с летучими мышами, я не стал полагаться на умения своего вора и ринулся в атаку, с ходу задействовав «Широкий замах». И сразу — еще один мах, но уже в другую сторону!

Рукоять фламберга едва не вывернуло из рук, когда волнистое лезвие врубилось в кобольдов, легко рассекая кожаные куртки и фартуки, вспарывая плоть и перебивая кости.

Игровой лог взорвался красными записями критических ударов и совершенных смертоубийств. Двух крайних уродцев развалило напополам; одному клинок начисто снес голову, и ударивший из обрубка шеи фонтан черной крови забрызгал потолок и стену. Отделавшийся отрубленной кистью арбалетчик отбежал в дальний угол да там и повалился на пол, приконченный кровотечением, а вот предводитель уцелел. Он стоял в самом центре, оба раза удары достались ему уже изрядно ослабленными, и фламберг не сумел разрубить железный нагрудник.

А ржавая кирка кольчугу пробила легко.

Я и глазом моргнуть не успел, как кобольд резким выпадом всадил ее мне в бок, разом нанеся полторы сотни урона. Вожак тут же рванул кирку обратно, но я успел перехватить древко левой рукой, а правой саданул в оскаленную пасть рукоятью меча.

Метил в зубы, вожак успел наклонить голову и принял удар на шлем. Это ему, впрочем, нисколько не помогло — вынырнувшая с лестницы Изабелла ткнула посохом, и шест неожиданно легко пробил ржавое железо доспехов. Кобольд в один миг обратился в прах.

— Ну и бардак ты тут устроил, котик! — присвистнула эльфийка, разглядывая порубленные фламбергом тела кобольдов. — Кто-нибудь ушел?

— Нет, — ответил я, открывая окошко с игровой статистикой.

Пусть жрица и прикончила вожака, за убийство пяти кобольдов-стражников и одного арбалетчика мне начислили триста единиц опыта. Этого хватило для повышения уровня моей мертвой ипостаси, и возник вопрос: какую из характеристик повышать? Силу, ловкость или восприятие? Телосложение у меня и без того было отменным, а развитием интеллекта я предполагал заниматься по остаточному принципу.