Мама для наследника - Юлия Журавлева

— В таком случае я с удовольствием приму посильную помощь. Только в установленных мною рамках, — обозначила четкую позицию я.

— Конечно, — заулыбался местный главный чародей, — мы всегда все делаем целой общиной, так что не стесняйся обращаться за помощью.

На этом, к моему облегчению, Ожён оставил меня одну. Этот культ, община, Новый бог и прочее вызывали стойкие ассоциации с земными сектами. И данный факт напрягал еще сильнее. Уверенность в том, что придется иметь дело с фанатиками, крепла, в то время как идея найти союзников, напротив, улетучивалась. С союзниками мне как-то не очень везет, значит, лучше и не надеяться. Как говорится, хочешь сделать хорошо — делай сам.

Я взглянула вслед уходящему главному чародею Закатной крепости. А Лем был не так уж и плох, как мне казалось. Все познается в сравнении.

Я собрала волю в кулак и зачерпнула ложкой суп. К моему облегчению, он оказался вкусным. Аппетита это не прибавило, но хотя бы не испортило вконец. Я учусь радоваться малому, это хорошо. А еще лучше, что я вообще не разучилась радоваться.

Настрой у меня самый что ни на есть боевой. Наконец я узнавала себя. Никогда за мной не водилось привычки киснуть, а то в последнее время я что-то совсем выбита из колеи. Задерживаться в трапезной дольше необходимого смысла не видела, поэтому, поев, поднялась на нужный третий этаж, зашла в комнату — как раз вовремя, пришло время поменять пеленки. За возней с Вовкой я совершенно не заметила, как в комнате появился третий человек.

— Ты так быстро покинула общий зал, — произнес за спиной Дэйс, а я чуть не подпрыгнула от неожиданности.

— Тебе не говорили, что входить без стука к женщине неприлично? — не сдержалась я.

— Я стучал, но ты не ответила, поэтому решил зайти, — оправдался наш похититель. — Если хочешь, в качестве компенсации покажу тебе Закатную крепость, — предложил чародей.

— Хорошо. — Изучить свою тюрьму максимально подробно — первостепенная задача любого узника.

— Опять возьмешь с собой Владимира? — с улыбкой спросил мужчина.

— Безусловно. — Боюсь, здешние обитатели никогда не заслужат моего доверия настолько, чтобы я могла оставлять на них сына.

— Тогда идем, — не стал спорить чародей.

— Скажи, Дэйс, а комната как-то закрывается? Если не чарами, то хотя бы на обычный ключ? — поинтересовалась я. То, что к нам каждый желающий может зайти, изрядно напрягало.

— Ну что ты, — засмеялся мужчина, — у нас же много учеников, зачарованные замки станут для них вызовом. А замки обычные здесь не приняты. Мы же община, одна большая семья. У нас все на доверии.

— А можно мне как не члену общины замок на дверь? И желательно засов изнутри.

— Зачем? — Одно слово, но по нему стало ясно видно изменение настроения чародея. Доброжелательность сменилась осторожностью и подозрительностью. Да уж, он отнюдь не простак, каким хочет казаться.

— Я привыкла к личному пространству и к тому, что оно неприкосновенно. Что без моего разрешения на мою территорию никто не может войти, — объяснила свою просьбу я.

Дэйс шел медленно и молча, его взгляд застыл, и выражение лица вновь приобрело отрешенность. Теперь я знаю, это не сумасшествие, это переговоры. И то, что чародей не отказал сразу, вселяло надежду.

— Как не члену общины замок тебе тем более не положен, — передал он мне то ли свои собственные мысли, то ли чьи-то еще, теперь уж не поймешь. Да и какая разница, раз нельзя? — Но если ты согласишься стать частью нашей семьи, — неожиданно добавил чародей, — тебе пойдут на уступки.

— И что для этого нужно? — осторожно спросила я. Бросаться в омут с головой не собиралась. Не удивлюсь, если именно здесь практикуют те самые кровавые ритуалы, приписываемые Темнейшему.

— Нужно пройти испытание. Поскольку ты не чародей, оценивать уровень дара и прилежания смысла нет. Такие, как ты, желающие стать частью нас, но не имеющие силы, проходят специальный путь. Он для каждого свой. Ничего опасного, можешь даже ребенка взять.

— А в чем тогда подвох? — А он есть точно, я чувствовала это всей своей буквально зудящей пятой точкой.

— Подвоха нет. Если Закатная крепость примет тебя, ты сможешь открыть дверь, чтобы пройти путь. Он прямой — один коридор и дверь на выход. Если нет — дверь не откроется и никуда тебя не пустит. Ты развернешься и уйдешь.

Действительно просто. Слишком просто.

— Я попробую.

Возможно, именно полноценное и полноправное членство в этой секте Нового бога поможет мне найти если не союзников, то какое-то другое решение. Если крепость и правда напитана чарами, то подружиться стоит хотя бы с ней. Чувствую, это самый существенный бонус. Да и замок на двери лишним не будет. А значит — решено.

— Здорово, если бы ты стала частью нас, — с улыбкой прокомментировал мое решение Дэйс. — Пусть пока и не разделяешь наши цели и стремления.

— А какие обязательства налагает на меня вступление в вашу сек… семью? — С этого вопроса, собственно, и нужно было начинать. Но пока можно переиграть и отказаться, этот пункт необходимо выяснить как можно более подробно.

— Никаких. Мы никого ни к чему не принуждаем. Все добровольно.

— Совсем никаких? — Что-то мне не верилось.

— Женщины, как правило, помогают на кухне и с уборкой. Шьют, вяжут, прядут. Мужчины присматривают за дворовыми постройками и ездовыми животными. И исполняют роль посланников, посредников, торговцев и добытчиков. Чары питают только саму крепость, все остальное нуждается в ремонте и поддержании. Чародеи вроде меня нанимаются на службу к богатым и власть имущим для заработка, большую часть из которого потом передают общине. Кто-то ездит в город для пополнения припасов. Зимы здесь длинные и суровые, если плохо подготовиться, в крепости вполне может начаться голод.

— Далеко до города? — Вопрос сам слетел с моих губ, а Дэйс усмехнулся.

— Далеко, Даяна, если с обычной скоростью — три недели езды. Первая часть пути — через лес с дикими зверями, следующая часть — через лабиринт пещер, дальше — через горное ущелье. А если выйти к людям, поверь, теплого приема незнакомой одинокой чужестранке они не окажут. Но, надеюсь, я могу за тебя не волноваться. Ты достаточно разумна, чтобы не пускаться в бега с ребенком на руках.

Это была издевка. Чистая и неприкрытая. Я не смогу с ним нормально разговаривать. Вести разговор с тем, кого ненавидишь, — слишком сложная задача. Во всяком случае, для меня. Но развернуться и пойти обратно я не успела.

— Смотри! — внезапно сказал чародей. — Только близко к краю не подходи.

Мы вышли к открытой двери, за которой располагалась площадка наподобие балкона. Я не стала подходить к краю, этого и не требовалось. С высоты птичьего полета открывался чудесный вид: черные хвойные леса переходили в высокие горы с белыми шапками-вершинами, конца и края им видно не было. Чародей прав — некуда бежать. Возможно, будь я одна, и решилась бы на подобную авантюру, да только я не одна. И о чем вообще можно рассуждать, когда для начала нужно преодолеть высоченную стену, такую же монолитно каменную, как и сама крепость с огромными воротами. А еще стражами, караульными, дозорными, стоящими на смотровых точках вдоль стены. Невыполнимая задача, как ни крути. Я опустила голову, взгляд уперся в корзинку с сыном. Я не имею права отчаиваться и сдаваться. Пока у меня есть цель, я продолжу к ней идти. Не бывает безвыходных положений. И крепостей, из которых нельзя сбежать, тоже не бывает.