Долина драконов. Книга первая. Магическая Практика - Елена Звездная

— Нет, ну свято место пусто, конечно, не бывает, но чтобы на него претендовать, нужно как минимум понравиться древнему, что непросто. Так что до тех пор, пока он не проявит расположение к кому-либо достаточно тщеславному, который попытается претендовать на твое место, ты в совершеннейшей безопасности. Я тебе больше скажу — отныне удача всегда с тобой!

Открылась дверь, осторожно, толстой попой вперед, втиснулся дракончик, тащивший за собой что-то явно тяжелое. Мы с Камали несколько секунд понаблюдали за его тщетными попытками перетянуть груз через порожек, потом я не выдержала, встала, подошла к дракошке, осторожно взяв его с двух сторон, подвинула с пути, ухватилась за края мешка и с силой втащила его в комнату.

— Наконец-то! — вместо благодарности пробурчал дракончик, после чего пошел в середину комнаты и когтем начал копать.

Одним когтем.

Подумал, присоединил к первому остальные пять, но дело все равно не шло.

Грустно вздохнув, дракон печально выдал:

— Придется по старинке, — и, отступив на шаг, направил указательный коготок в сторону пола.

И в полу вспыхнул голубым ровный аккуратный прямоугольник, чтобы подняться как люк, открывая подсвеченные тем же голубым светом ступеньки вниз, по которым, что-то весело насвистывая, потопал дракошка, притянув к себе тяжеленный мешок магией. Магией! Я чуть не надорвалась, пока мешок в комнату затаскивала, а этот… этот…

— Древнииииий, — восторженно протянула Камали.

— Слушай, а ты сразу не поняла, что он древний? — заинтересовалась я.

— Нет, думала, он из дельцов, они в основном все мелкие в драконьем облике, — ответила драконица.

Затем легко поднялась с постели, неслышно, ступая на цыпочках, подобралась ко входу в сокровищницу и осторожно заглянула вниз. Едва не взвизгнула, попрыгала от радости, посмотрела на меня совершенно счастливыми глазами и прошептала:

— Колечко!

Мне тоже интересно стало, что там с колечком, поэтому я, так же проявляя осторожность, подошла, заглянула в сокровищницу — дракошка сосредоточенно раскладывал золотые монеты от Владыки под стеклянную панель в стене сбоку, а вот в центре, закрытое также стеклом, уложенное на светящуюся голубым светом подставку сверкало колечко Камали.

— Все, — радостно прошептала, — теперь на нас с Хатором падет благоденствие, удача и неземное счастье!

Одарив ее скептически-недоверчивым взглядом, я заметила, что дракончик вдруг замер, держа одну монетку и странно ее разглядывая. А потом резко дыхнул огнем, подержал монетку под пламенем и кинул ее на пол. Словно почувствовав мой взгляд, обернулся и пояснил свои действия:

— От плохого человека монетка.

— Что-что? — мгновенно заинтересовалась я.

И это было вовсе не праздное любопытство, просто он сказал «человек», а людей здесь по определению мало, в основном драконы, гномы, эльфы, прочие — но точно не люди.

Древний наклонился, поднял монетку и бросил ее мне. С трудом поймала сверкающий кружочек на лету, поместила на раскрытой ладони, присмотрелась. Обычная драконья монета. В смысле, самая обычная золотая драконья монетка, я таких, правда, еще не держала, но моего опыта и знаний хватало, чтобы не заподозрить ничего необычного.

— Забирай, — милостиво дозволил дракончик, — мне она в моей сокровищнице вообще ни к чему, не желаю одаривать удачей плохих людей.

Чего?!

Но спросить не успела — дракон, смешно переваливаясь, засеменил к выходу, а через мгновение вход в сокровищницу уже закрывался, и, едва закрылся, пол вновь стал совершенно монолитным.

— Владыка неправильный, — вдруг выдал дракон, — правильный золото чувствовать должен — вот что я вам скажу!

Но Камали с ним не согласилась, заметив:

— Это правильный древний золото чувствовать должен, а дело Владыки драконов чувствовать, о государстве заботиться, о…

— Золото чуять должен! — не согласился дракончик и даже лапой гневно топнул. — Золото! И я ему целый золотой самородок, на блюде! А он?

Лично я не поняла, о чем вообще древний, но Камали вдруг рассерженно зарычала, легкий огонек вырвался меж ее ровными белыми зубками. Дракончик пожал плечами и как выдохнет!

— Сасперено! — воскликнула я, даже не подумав.

Драконы, причем оба, меланхолично повернулись и посмотрели на меня. Между ними застыло, искрясь и переливаясь, красно-оранжевое пламя. Там, где оно коснулось одежды Камали, местами тлела ткань.

А я…

Я допустила недопустимое и совершила магами моего уровня обычно несовершаемое — использовала сильнейшее заклинание второй раз за день.

О том, насколько это было глупо, размышляла уже в процессе падения на пол.

Потом наступила тьма.

* * *

Пришла в себя я в состоянии «хоронить еще рано, но лечить уже поздно». С трудом села на постели, растерла лицо руками, огляделась — на столе меня ждал обед. На полу светящийся прямоугольник демонстрировал, что некоторые мелкие деятели сидят в сокровищнице, а вокруг царила тишина, недвусмысленно намекающая на ночь и позднее время.

— Очнулась? — донеслось из сокровищницы.

— Вроде как… — нерешительно ответила я.

— Очнулась! — злобно констатировал дракончик. — Тут Камали панику развела, доктора человеческого принести из-за границы собиралась, но я сказал: «Отставить!» Я правильно поступил?

— Правильно, — поддакнула, чувствуя неимоверную слабость.

— Вот! — торжествующе воскликнул дракон. — Я тоже так считаю, что правильно! В смысле, если сдохнешь, то сдохнешь без всякой паники!

Любопытный подход к чужой, в смысле, моей жизни.

— Сссспасибо! — «искренне» поблагодарила я.

— Да не стоит благодарностей, — милостиво сообщил он, — натурой расплатишься, оно и полезнее, и ощутимее будет.

Мои глаза несколько округлились.

Дракончик же важно продолжил:

— Я Хатору заказ на сотни две пирожков сделал, вот с утра продавать и пойдешь. Кстати, пирожка хочешь? У меня штуки полторы осталось непроданных.

— Полторы? — Я уже ничему не удивлялась, так просто уточнила, отчего столь странное количество.

— Ага, я один надкусил, но он невкусный. Там, под столом, валяются. Точнее о месте положения сказать не могу, запихнул не глядя. Может, даже закатились куда, ну ты поищи там.

Я прямо себя как дома почувствовала. В смысле — как в университете.

— Ты правда искренне убежден, что я буду есть выброшенные тобой пирожки, подняв их с пола? — грустно спросила я.

— Ой, вот только не надо давить на совесть! — выкрикнул мелкий, затопав лапками по лестнице. — Я, между прочим, о ней забочусь! Я к ней лекаря не допустил! Камали выгнал! Пирожки ей отложил… целых полторы штуки! А она?