Алхимики. Бессмертные - Кай Майер

Саломея смущенно кивнула.

Аура схватила ее за руку.

– Если я видела глаза Джиана, значит, в мои видения проникли воспоминания о нем. Но в таком случае между видениями Шевалье и моими есть, как минимум, одно отличие: он-то моего сына никогда не видел!

Лукреция попыталась умерить волнение Ауры:

– Повторяю, подобные переживания нельзя измерить с математической точностью. Так не получится.

Но Аура продолжала смотреть на Саломею.

– В видениях Шевалье были те же глаза?

Саломея отвела взгляд:

– Я думаю… да.

Отпустив руку Саломеи, Аура вскочила.

– Но это невозможно! Он же никогда не видел Джиана!

И все же Аура догадывалась, какой напрашивается вывод. Человек в маске. Еще и это имя – Шевалье Велдон. Он знал, кто она такая и даже из какой семьи. А как легко ему удалось завоевать ее расположение, пусть и на один вечер! И наконец, глаза Джиана – он тоже их видел!

Но это не мог быть Джиллиан! Это невероятно. Она бы узнала его по голосу, по движениям. Не говоря уж о том, что произошло в зеркальном зале…

«Но он был в маске. К тому же прошло восемь лет».

Это не Джиллиан. Чувства и память убеждали ее в этом. И все же осталась неуверенность, которая не давала покоя.

От сестер не укрылись терзания Ауры. Обе растеряно поглядывали на нее. И тут Аура чуть не расхохоталась. Разгадать загадку проще простого. Это она повстречала Шевалье на маскараде. А сестры-то принимали его у себя в квартире. И сюда уж он наверняка приходил без маски.

– Опишите мне его, – внезапно попросила Аура. – Как он выглядел?

– Шевалье? – Саломея, казалось, на миг растерялась. – Худощавый. Привлекательный. Темные волосы.

– Темные волосы! Все ясно!

Сестры Каскаден непонимающе уставились на Ауру.

У Джиллиана светлые волосы. Светло-русые.

– А он не был… ну… немного похож на женщину? – Сестры опешили. – Понимаю, вопрос звучит странно. Но, как думаете, мог бы Шевалье при желании выдать себя за женщину?

– За женщину?

– Да. Надень он платье… может быть, шляпку.

Саломея покосилась на пустой стакан. Не принесла ли она Ауре по ошибке чего-нибудь покрепче воды?

Лукреция вздохнула:

– Не думаю, что он бы убедительно сыграл роль женщины. Вряд ли.

– То есть он не похож на гермафродита?

– Вот уж точно нет! – возмутилась Лукреция.

Аура бы не вынесла, если бы Джиллиан затеял с ней подобную игру. Если бы вернулся и не дал ей знать. Аура сочла бы это предательством. Она поняла, что любит его по-прежнему.

Будто она когда-нибудь в этом сомневалась…

Восемь лет назад Джиллиан покинул ее, а она все еще любит его, и неважно, что у нее было с тем парнем на пирсе или с Шевалье. Джиллиан – единственный человек, который ей дорог. И годы разлуки ничего не изменили.

Аура собралась было объяснить сестрам, что она в своем уме, что не надо смотреть на нее, как на сумасшедшую, но вдруг раздался резкий стук в дверь. Сестры переменились в лице.

– Кто бы это мог быть? – спросила Саломея упавшим голосом.

Лукреция открыла рот, но слова будто застряли у нее в горле.

– Ну вот и все, – резко выдохнула она.

Аура переводила взгляд с Лукреции на Саломею и обратно.

– В чем дело?

Сестры вскочили.

– Идемте! Скорее!

Аура последовала за ними в переднюю. Только сейчас она заметила два чемодана, стоявшие у двери.

– Это же не то, о чем я думаю? – спросила она.

– То самое, – бросила Лукреция, не оборачиваясь к ней. Она подошла к двери и посмотрела в глазок. – Дело дрянь!

В дверь опять постучали. Раздался мужской голос:

– Саломея и Лукреция Каскаден? Откройте дверь! Полиция!

Аура мгновенно поняла, что происходит, – возможно, потому, что сама давно готовилась к чему-то подобному. Три немки в столице страны, которой Германия несколько часов назад объявила войну. Чего еще ожидать?

– Пожарная лестница! – прошептала Саломея, хватая чемодан. – Будем надеяться, они не ждут нас внизу.

Лукреция подхватила второй чемодан, Аура бросилась искать свою сумку. Документов она с собой не брала, но в сумке был адрес гостиницы, где она остановилась. Если тайная полиция найдет его, вычислить Ауру в списке постояльцев «Трех граций» будет проще простого. Кто-нибудь точно знает, что последняя маркиза де Монферрат умерла больше ста лет назад.

Саломея снова показалась в дверях.

– Ну, вы идете?

Найдя наконец сумку, Аура повесила ее на плечо и поспешила за сестрами.

В дверь колотили кулаками.

– Дамы! Не усложняйте себе и нам жизнь!

Аура и сестры Каскаден прошли одну за другой две спальни, потом коридор и еще одну комнату. Все это – одна квартира! Либо у сестер влиятельные покровители, либо они сами зарабатывают весьма неплохо.

Окно последней комнаты выходило прямо на пожарную лестницу. Сама комната была обставлена примерно так же, как передняя: повсюду – предметы искусства, сувениры, артефакты из Африки.

– Так жаль оставлять все это здесь… – посочувствовала Аура, когда Лукреция открыла окно и посмотрела вниз.

– Большую часть вещей отнесут в жандармерию. Начальник – наш постоянный клиент, – усмехнулась Саломея.

– Приходит поговорить со своим мертвым котом, – добавила Лукреция.

Вслед за сестрами Аура выбралась из окна на шаткую галерею. Лестница узкая, придется спускаться по очереди. Большие чемоданы то и дело цеплялись за выступы перил, один раз Саломея даже чуть не сорвалась вниз – Аура едва успела схватить ее за руку. Стук металлических перекладин под ногами разносился по всему переулку, эхом отражаясь от стен, – будто дети барабанили по консервным банкам. Время поджимало: скоро жандармы бросятся им наперерез.

Раздался треск – дверь сорвали с петель. Послышались громкие крики, но слов не разобрать: слишком много помещений отделяло комнату, из которой они спускались, от входной двери.

Наконец лестница кончилась. Переулок, где они очутились, был не больше трех метров в ширину – глубокое ущелье между домами. В начале и в конце переулка горело по крохотному газовому рожку, посередине – полоса темноты.

Они молча побежали прочь. Горы мусора, почти невидимые в темноте, затрудняли им путь. У Ауры руки были свободны, и она могла придерживать платье, зато Саломея и Лукреция то и дело путались в подолах и с большим трудом тащили чемоданы.