Пять волшебных кристаллов - Кэза Кингсли

Пока делать то, что говорил Отшельник, было несложно. Эрек действительно сидел на камушке и расслаблялся.

— Теперь погрузись в себя еще глубже. Представь, что уходишь из своих рук и ног и отправляешься в некий ящик в своей голове. Там есть комната — темная, но очень уютная. Ты легко в ней поместишься — там просторно. Ты по-прежнему находишься внутри своего тела, ты весь — в этой темной комнате.

Солнце припекало так убаюкивающе, голос Отшельника был так вкрадчив, и Эрек легко представил себе эту комнату и вошел в нее. И действительно почувствовал себя там очень спокойно, как дома.

— Теперь иди дальше. В этой комнате есть дверь, она ведет в другую комнату, поменьше. А за ней будут другие комнаты, еще и еще, одна меньше другой, но ты свободно заходишь в них, и тебе ничуть не тесно. Наоборот, в них удобно, хорошо и спокойно.

Эрек прошел в одну дверь, затем в другую. Комнаты напоминали коробки, поставленные одна в другую, и он шел к центру через прорезанные в их стенках проходы. В этих уголках, спрятанных в глубине подсознания, было темно и тепло, и Эрек чувствовал себя в полной безопасности.

— Посмотри, в этой комнате два окна, — продолжал Отшельник. — Шторы на них опущены, и свет не попадает внутрь. Между окнами висит шнур. Ты можешь дернуть за него и поднять шторы, если захочешь. Но пока не спеши. Ты прекрасно обходишься без света. В этой комнате есть еще кое-что — маленький ящик на столе. Подойди и дотронься до него.

Эрек так и сделал. В ящике скрывалась какая-то тайна, он буквально чувствовал это кончиками пальцев.

— Хорошо. В этом ящике — твое будущее. Все, что ты хочешь и не хочешь о нем знать. Какая судьба ждет Алипиум. Станешь ли ты королем. Когда ты умрешь. Все ответы — там.

Ящик пульсировал под пальцами. В нем таилась невероятная энергия. Сердце Эрека колотилось от восторга, но заглянуть внутрь ящика он не смел.

— Это и есть твой кинопроектор. Дерни за шнур, открой шторы и сосредоточься на ящике. Он тебе что-нибудь покажет. Попробуй!

У Эрека мурашки побежали по коже. Он схватил шелковый, теплый на ощупь шнурок, потянул. Все, что он увидел за окнами, освещал зеленый свет. Воздух пронизывали толстые канаты Субстанции. И тут началось…

Вопли. Паника. Взрывы. Грохот падающих камней.

Эрек рванул шнур, закрыл шторы и в ужасе побежал по темным комнатам, ища выход. Наконец он пришел в себя, сидя на том же камне под жарким солнышком. Навалилась жуткая усталость — едва хватило сил, чтобы разлепить ресницы.

— Круто! — заверещала Бетани. — У тебя глаза светились! Как два зеленых прожектора! Ты видел будущее?

Эрек покачал головой.

— Не уверен. Надеюсь, это было не будущее.

Он вспомнил, что у Акдагаза и Пачули тоже светились глаза, когда они смотрели в будущее. Вот, значит, сколько сил это отнимает… Неудивительно, что Акдагазу был нужен отдых. А Пачули не отдыхала, она сразу полетела в Алипиум с Эреком на спине. Должно быть, она невероятно выносливая.

— Жаль… разочарованно протянула Бетани. Мне показалось, ты что-то видел.

— Ну, что-то я видел. — Эрек не знал, как объяснить ей. — Просто не понял, что именно. Творилось нечто ужасное. Какой-то оглушительный взрыв.

— Ты неплохо справился, — похвалил Отшельник. — Чтобы увидеть больше, ты должен преодолеть страх перед будущим. В следующий раз не убегай.

Эрек заметил, что печенья, вишен и прочих лакомств на расстеленном тюрбане больше нет.

— А куда делась еда? — спросил он.

— Я ее съел, — невозмутимо ответил Отшельник.

— То есть вы сделали из нее снадобье, позволяющее контролировать ученика в медитации?

— Нет, я просто проголодался и решил пообедать.

Эрек с досадой подумал, что лысому сорицателю легко сидеть на солнышке, жевать вишни и рассуждать о преодолении страхов. Если бы он увидел тот ужасный взрыв, сам бы пустился наутек.

Прошло несколько дней. Эрек продолжал учиться. Он привык к путешествиям по темным комнатам в глубине своего сознания и даже с нетерпением ожидал очередного урока. Но каждый раз, когда он поднимал шторы и выглядывал в окна, его охватывал ужас. Один раз он сумел заставить себя не удирать без оглядки сразу, а немного подождать и посмотреть, что будет дальше, но не увидел ничего, кроме свистящих в воздухе кусков бетона и мечущихся в панике людей. Это был полный хаос, непонятный кошмар. Эрек понаблюдал немного, ничего не понял, опустил шторы и вышел.

Отшельник, терпеливо выслушав его, продолжал настаивать на том, что Эрек должен побороть страх.

— Какой смысл? — начал спорить Эрек. — Я не убежал, остался смотреть и не увидел ничего, кроме непонятной катавасии. Ничего хорошего. Не понимаю, зачем продолжать на это любоваться…

— Твоя задача — смотреть не как можно дольше, а как можно спокойнее. Представь, что сидишь в кинотеатре. С попкорном.

«Легко сказать», — мрачно подумал Эрек.

Раджив и Сунита были только рады, что гости задержались у них. Они то и дело отвешивали поклоны и за что-то благодарили Эрека. Однажды вечером Раджив сказал ему:

— Мы перед тобой в неоплатном долгу. Ты приносишь нам великую удачу.

— Правда? Почему?

Раджив прижал ладони друг к другу и склонил голову.

— Вас двоих призвал к себе Свами Парвананда. Вас ведут могущественные силы Вселенной. А теперь к вам пришел святой человек и каждый день учит тебя. Ты ступаешь по сухим веткам, и ни одна не хрустнет под твоей пятой. И ты позволяешь нам принимать тебя в своем доме. Это принесет нам много удачи. Через несколько недель мы открываем гостиницу для туристов, и удача нам понадобится!

Эрек надеялся, что семье Раджива и Суниты в самом деле улыбнется удача — и ему самому заодно. Он должен был как можно скорее научиться прозревать будущее драконьими глазами. В один прекрасный день, устроившись на том же камне у ручья, он спросил Отшельника:

— Сколько мне нужно еще учиться, чтобы поговорить с мойрами через Оракула?

— Можем отправиться туда прямо сейчас, если тебе не терпится. — В глазах Отшельника заплясали искорки. Я, знаешь ли, умею заглядывать в будущее, так что могу быть медиумом.

— Что? Эрек моргнул. — Почему вы раньше молчали?! Я же сказал, мне нужен медиум!

— А я сказал, что мне нужна меди-честь, а также мед и совесть. Разве ты обратил на это внимание? Разве подумал о том, что я королевский сорицатель? Как думаешь, с кем Питер ходил к Оракулу, когда в этом была необходимость? Со мной, с Равдой или с Балтазаром, разумеется!

Отшельник сплел руки и ноги в хитровымудренную позу и погрузился в медитацию. Эрек бесцеремонно тряс его за плечо, пока не заставил открыть глаза.

— В чем дело? Чего ты от меня хочешь? Ты уже способен практиковаться самостоятельно.