Разведи меня, если сможешь - Ника Ёрш

— О, Адам Боннер решил почитать мне нотации, — засмеялась я, сердито разминая все еще ноющие запястья. — Только он забыл, что сам приволок сахили мне в номер и отдал лично в руки. И плевать, могу я работать или нет, главное, чтобы закончила побыстрее.

— Главное, чтобы не начала снова вспоминать, дура! — рявкнул некромант, приближаясь. — Ты сейчас похожа на бомбу замедленного действия. Любая попытка вспомнить — это все равно, что резать проводки наугад. Ясно?

Было бы яснее, если бы он остановился подальше. Но нет, Адам замер в полушаге от меня, отчего мой взгляд то и дело упирался в его губы. И да, я почему-то помнила тот поцелуй настолько хорошо, словно он случился только что. И от этого было неловко. Потому что начинать отношения с собственным адвокатом — верх неблагоразумия, кроме того, Боннер одиночка. Он беззастенчиво говорил о своих мужских потребностях, давая при этом понять, что обязательств не приемлет.

— Ты прав, — проговорила, лишь бы отделаться от него побыстрее. — Нужно быть осторожнее. Во всем. Так что, пригласишь меня ужинать? Или так и будем стоять здесь?

Что-то промелькнуло в его взгляде, и я, даже не будучи менталистом, четко осознала — он бы остался в номере, но не стоять… Однако уже в следующий миг Боннер небрежно кивнул на дверь ванной комнаты со словами:

— Переоденься, а то помятая вся. Испортишь мне репутацию…

И пошел к дивану, хватая по дороге пульт от визофона.

— Это было бы бесчестно с моей стороны, — съязвила в ответ я, практически убегая в ванную комнату. Задержавшись у чемодана, откинула крышку и выхватила синее платье, после чего скрылась за дверью, не забыв закрыться на замок. Сунув наряд в маг-помощницу, запустила глажку небольшим потоком силы и принялась поправлять макияж. Общие сборы, включая переодевание, заняли не больше десяти минут, но и за это время Боннер успел заскучать.

— Долго, — буркнул он при виде меня.

— Ты, как всегда, просто душка, — качая головой, прошла мимо и вынула из чемодана подходящие туфли. — Я готова.

— Наконец-то.

Боннер заботливо открыл дверь… для себя. Вышел первым и направился к общему холлу. Я шла следом, глядя на его спину и думая о том, что так и не узнала, зачем мы летим на юг, и чем Роджер не угодил некроманту. А еще не сказала ему про вещи, найденные в сейфе и вшитые теперь за подкладом сумочки. А ведь это могло быть чем-то важным… или опасным! Тем, к чему я не хотела быть причастной.

— Адам, — поравнявшись с некромантом, схватилась за его локоть и чуть потянула на себя. — Давай остановим этот бег и перейдем на прогулочный шаг? Мне нужно поговорить с тобой.

— Не сейчас, — ответил адвокат, хотя идти стал немного медленнее. — Я голоден и зол. Так что вопросы неуместны.

— Ты всегда зол, — проговорила я, отпуская его руку. В конце концов, с чего бы мне навязываться? Разговор действительно мог подождать, а терпеть очередную порцию хамства настроения не было.

Искренне недоумевая, чем же успела насолить Боннеру в этот раз, отвернулась и принялась разглядывать наших попутчиков, также путешествующих на дирижабле. Я никогда не летала вторым классом и теперь жалела об этом. Здесь было… приятнее что ли? Люди, проходящие мимо, улыбались, разговаривали между собой, не стеснялись показывать эмоции и не смотрели на окружающих свысока. Одевались они тоже иначе: у каждого имелся свой стиль, во многом совершенно не соответствующий последним модным тенденциям.

А этажом выше летела элита или те, кто, как и мой муж, тряслись за свою репутацию больше, чем за здоровье. Бывало, у нас кончались деньги, и тогда он занимал их у своей матери или у моих родителей, чтобы продолжать выглядеть богачом. “Никто не должен знать, что у нас проблемы, — говорил Роджер, оставляя мне сущие гроши на покупку еды. — С нищими не заключают сделок, их предпочитают гнать в шею. Поэтому я пригласил будущих партнеров в “Атлантик-морти”, они должны убедиться в благонадежности своих вложений”.

— Добрый вечер, — вдруг произнес высокий пожилой мужчина, одетый в брюки и футболку-поло. Его седые волосы были заплетены в низкий хвост, а на длинных загорелых руках красовались с десяток разных браслетов.

Я не знала, как вести себя с незнакомцем, и все еще решала, следует ли ему ответить, когда Адам заговорил, огибая меня и протягивая мужчине руку для пожатия:

— Дорэн, какая встреча. Решил погреть старые кости?

— А как же без этого? — улыбнувшись, мужчина преобразился: все его лицо покрыла сеть мелких морщинок, а глаза сверкнули тревожным огоньком. — На севере меня нынче не слишком любят. Буду искать себя южнее.

При произнесении последней фразы, этот Дорэн обвел меня весьма недвусмысленным взглядом, задержавшись почему-то на туфлях.

Зная о врожденной бестактности собственного адвоката, я уже хотела представиться сама, чувствуя большую неловкость от затянувшегося молчания, но тут Адам и вовсе удивил. Загородив меня собой, некромант проговорил:

— Нам пора. Если что: мой номер не изменился, звони.

— Надеюсь, не пригодится, — спокойно ответил мужчина, после чего пошел дальше, даже не прощаясь.

— Ну, знаешь, — раздраженно начала я, стоило знакомому Боннера скрыться, — это было верхом неприличия. Я что же, бесплотная тень по-твоему?

— Нет, Кэтрин, ты отнюдь не бесплотная, — Адам теперь уже сам положил мою руку на свой локоть и увлек к ресторанам. — И Дорэн это заметил, уверяю.

— И? Это плохо? — я уже поняла, что где-то был подвох, но не могла разобраться, что именно было не так.

— Он инкуб, — как-то очень спокойно сообщил Адам.

Я резко остановилась и выпучила и без того большие глаза:

— Мужчина, способный выделять запах для соблазнения женщины?

— Феромоны, ага, — Адам быстро осмотрелся и потянул меня дальше. — Он питается чувственными наслаждениями.

— Как бы красиво ты это не называл, суть не изменится. Он опасен!

— Многие теперь так считают, поэтому бедняга такой худой.

— Я не шучу, Боннер. На севере ввели закон против инкубов и их женщин, суккуб. Я слышала о нем! Совсем недавно по визофону говорили об одном шумном деле, вызвавшем резонанс в обществе. Негодяя, соблазнившего девушку из богатой семьи, отпустили, и, знаешь, это отвратительно, что он теперь где-то среди нас.

— Почему где-то? Вот он, мимо только что проходил. Дорэн ит Хапински. Я был его защитником по делу против Коригана.

Хотела снова остановиться, но некромант не дал. В ресторан вошли молча, за столик уселись тоже в полной тишине и, лишь когда подошел официант уточнить, будем ли мы что-то заказывать, я отмерла. Взяв меню, пробежалась взглядом и выбрала почти наугад несколько блюд. Боннер к тому времени заказ уже сделал и смотрел на меня выжидающе. Гад понимал, что разбередил во мне улей из сотен пчел-недовольств, жалящих мой мозг изнутри, и ждал, пока меня прорвет.