Блюз полной луны - Надежда Первухина

— Против! Тебя никуда нельзя отправлять одного. Ты или напьешься, или заведешь интрижку.

— Дорогая, я уже большой мальчик.

— И тем не менее. Павлик, я прошу тебя!

Павел ощерился:

— Ты собираешься меня приковать к собственной юбке?!

Инна испуганно и покорно (впервые он видел эту покорность!) глянула на него:

— Хорошо, иди. Но только, пожалуйста, ненадолго. И не встревай ни в какие истории, ладно?

Павлу вообще-то уже расхотелось гулять, но он решил не сдаваться из принципа.

— Хорошо, дорогая. Обещаю прийти трезвым, без синяков и губной помады.

Инна только вздохнула.

Павел вышел в пряный и свежий толедский вечер. Темноты в городе почти и не было — везде горели фонари, мигала световая реклама.

Одна из световых реклам привлекла внимание Павла.

"Узнай свою судьбу на сто процентов!

Проездом! Всего на несколько дней!

В Толедо гостит знаменитая русская гадалка

НИКА КОЛОСКОВА, урожденная РЯЗАНОВА!!!

Не пропусти свой шанс!!!"

Павлик ахнул:

— Ника Колоскова — это же наша гадалка, из Щедрого! Вот свела судьба.

И он решил позвонить, поскольку в рекламе указывался не адрес, а телефон.

Он набрал номер, подождал немного, услышал в трубке приятный девичий голосок:

— Я слушаю.

— Ника?

— Да.

— Мы можем говорить по-русски. Я тоже уроженец города Щедрого.

— Серьезно?

— Меня зовут Павел Лозоход.

— Вы не из тех ли Лозоходов, что вервольфы?

— Из них самых! Ника, я так рад, что в этом далеком Толедо нашел щедровчанина! Точнее, щедровчанку!

— Приезжайте в гости, Павел! Прямо сейчас можете?

— Конечно, могу.

— Мы остановились в гостинице "Эколь", пентхаус.

— Я уже беру такси!

Павел остановил такси и сказал:

— Гостиница "Эколь", пожалуйста!

Таксист непонимающе уставился на него, и Павел понял, что говорит по-русски, да еще с щедровским диалектом. Тогда он перевел нужный адрес на английский. Водитель почему-то просиял.

Потом-то Павел понял почему. Отель "Эколь" находился всего в двух кварталах. Но зато подъехал он к дверям отеля с шиком и блеском, прямо как в мюзикле "Чикаго".

Швейцар открыл дверцу автомобиля, Павел расплатился, оставив щедрые чаевые, и вошел в холл гостиницы.

Этот холл, конечно, был попроще, чем холл "Хилтона", но Павлу на это было наплевать.

— Меня ждут, — сказал он администратору. — В пентхаусе.

— Да-да, — сказал тот. — Вас проводят.

Лакей проводил Павла до самого входа в пентхаус. Павлу опять пришлось раскошелиться.

Словно сами собой распахнулись двери, и Павел вошел в зал, украшенный знаками каббалы. Кругом сияли масляные лампы, и вообще атмосфера была таинственной.

— Есть кто живой? — негромко спросил Павел.

— Ну конечно, — весело ответил девичий голосок.

Послышался громкий хлопок в ладоши, и масляные лампы потухли, а вместо них загорелась обычная люстра. Из анфилады комнат вышла девушка в белой рубашке и черных джинсах. Девушка была ослепительно красива. А за ней шел такой же ослепительный мужчина в слаксах и клетчатой ковбойке. Павлик понял, что это Анатолий Колосков, майор милиции и муж прекрасной женщины Ники.

— Ох, как мы рады видеть здесь соотечественника! — рассмеялась Ника, пожимая Павлу руку.

Майор тоже пожал Павлу руку. Его пожатие отличалось крепостью и маскулинностью.

— Итак, вы Павел Лозоход, — заговорила Ника, когда все уселись в уютные кресла. — Как ваши родители?

— Хорошо. Во всяком случае, когда я с ними в последний раз созванивался.

— Ах, значит, вы не из Щедрого сюда?

— Нет, из Москвы.

— А что вы делаете в Москве?

— Учусь. Во всяком случае, учился до последнего времени.

— И на каком факультете?

— На библиотечном. Правда, пришлось перевестись на заочный, потому что…

У Павла, видимо, что-то отразилось в глазах, потому что Ника сказала:

— Дайте-ка я сама почитаю по вашей руке, что с вами стряслось.

— А может, сначала выпьем? — спросил майор.

— Нет, Толик, сейчас не до выпивки. Я вижу, что у этого молодого и раннего оборотня нешуточные проблемы. По глазам видно. Павел, дайте вашу ладонь.

— Да не верю я в хиромантию, — сказал он, протягивая руку Нике.

— Ничего, зато я верю, — сказала Ника.

Она провела пальцем по его ладони и заговорила:

— Ваша линия жизни долгая, но в данный период находится под угрозой. У вас есть враги, Павел. Могущественные враги…

Павел вспомнил про короля Кирилла и про таинственного Шредера. Кто из них больший его враг?

— В ближайшее время в вашей жизни грядут перемены. В вашей жизни есть женщина, которую вы не любите, но миритесь с ее присутствием, потому что она беременна от вас.

Павел кивнул.

— Скоро у вас свадьба. Будьте осторожны — на вас готовится покушение. Больше я не могу прочитать по руке. Хотите, погадаю вам по Книге Тысячи Птиц?

— А, по той самой, знаменитой! — воскликнул Павел. — Не надо, Ника. Я не хочу знать своего будущего. Тем более что оно мрачно и беспросветно. Вы правы — я живу с нелюбимой женщиной. И буду жить, потому что дал слово чести. И потому что боюсь, что пострадает та, кого я действительно люблю.

— Ох, как все запутано! — покачала головой Ника. — Павел, чем я могу помочь? Я ведь не только гадалка, но и ведьма.

— А есть такое зелье, чтобы отвадить от себя нелюбимую женщину?

— В принципе есть. Отворотное зелье. И я могу его приготовить. Мне на это нужно три дня. Вы ведь еще будете в Толедо, чтоб зайти ко мне через три дня?

— Будем.

— Только предупреждаю, Павел, зелье не действует стопроцентно. Зелья вообще штука такая… загадочная. Как и женщина.

— Ника, ты уж постарайся, — сказал майор Колосков. — Жалко парня, ведь пропадает он с этой стервой.

— А ты-то откуда знаешь, дорогой?

— А я его ауру чувствую.

Они посидели еще немного, выпили чаю, поболтали о родном городе… Наконец Павел откланялся.

Он шел пешком до своего отеля, и его приятно грела мысль об отворотном зелье. Вдруг перед ним как из-под земли вырос Канцлер.