Изгнанники - Василий Горъ

– Обязательно, босс. Впрочем, большинство из нас, наверное, уже выспались…

– Точно. Не знаю, как остальные, а я почти весь бой провел без сознания, – прохрипел Эрнест Фогг, один из лучших бойцов Отсева. – Не понимаю, как вы выдерживаете эти чертовы перегрузки.

– А что, есть варианты? – захихикала Ленка Бардина. – Думаешь, зачем Викки таскает нас с собой? Ведь он, Орлова и Горобец в три «Кречета» не фиг делать вынесут пару сотен Циклопов.

– Ну и зачем? – вместо Эрнеста поинтересовалась Иришка.

– Из врожденного чувства вредности. И чтобы мы не разжирели от безделья.

– М-да… Жирный Демон – это нечто. – Представив себе разъевшегося Гельмута, я не удержался от смеха.

Увидев метки наших «Кречетов», четыре с половиной десятка вражеских кораблей, отрабатывавших какие-то перестроения неподалеку от Кройса, мигом забыли про тренировки и на форсаже рванули под защиту орбитальных крепостей. Зато одиннадцать тихоходных калош, занимавшихся сбором обломков космических кораблей в рукотворном поясе астероидов, раскинувшемся между третьей и четвертой планетами, уйти явно не успевали.

– Судя по количеству мусора, тут недавно славно порезвился кто-то из наших, – хмыкнула Линда. – Ни стыда, ни совести.

– Ну, не одной же тебе их валить, – вступилась за ребят Иришка. – Эгоистка.

– Хорош трепаться. Работаем, – распорядился я. – Работаем тройками. Ловите векторы атак. Задача – вынести движки и разгерметизировать кабины. Работаем.

– А нам? – возмутился Лутц. – Нам когда ра-ботать-то?

– Ну, ты и спросил, – захихикала Иришка. – На фиг нам экипажи гражданских лоханок? Вот выманим те, которые заныкались за Ключами, – и поработаете.

– А-а-а, – облегченно выдохнул Герман. – Так бы сразу и сказали.

Стоило отстрелить движки третьему по счету транспорту и всадить «Пиранью» в стык пилотской кабины и грузового отсека, как оба крейсера Циклопов дали тягу на движки. А вслед за ними с места сорвались эсминцы и истребители.

«Молодцы. Гражданских не бросают», – подумал я. И дал возможность Линде всадить торпеду в двигатели четвертого грузовика.

– Подорвались! Все!!! – радостно завопил Лутц. – Идут в «атаке»!

– Здорово, – поддакнула Горобец. – Викки, под-свети машины «доноров», плиззз!

– Оки, – отозвался я. И тут же выделил синим метки четырех вражеских истребителей.

– У-у-у, – возмущенно взвыл Герман. – И это называется абордаж?

– Для начала – потянет, – рявкнул я. – Нам нужны пилоты. А тратить время на беготню по коридорам крейсера СЕГОДНЯ необходимости нет. Короче, берете этих. Вопросы?

В эфире тут же установилась мертвая тишина – почувствовав, что я разозлился, ребята из основного состава перестали шутить, бурчать и даже сопеть. И по первому моему требованию подвели свои «Кречеты» к моему звену. А бойцы ДШВ обиделись. Насмерть.

В принципе, в чем-то Лутц был прав: назвать абордажем захват пилота истребителя мог только человек, ОЧЕНЬ далекий от флота. Зачистка эсминцев, крейсеров и линкоров была процессом крайне рискованным и очень трудоемким. Обилие жилых и вспомогательных помещений, всякого рода трюмов, коридоров и коммуникаций, в хитросплетениях которых при желании можно было спрятать полк тяжелой пехоты, являлось задачей, требующей идеального владения «Стражем», знания стратегии и тактики ведения боевых действий на борту тяжелых кораблей и идеальной слаженности абордажной команды. То есть того, чем круглые сутки занимались ребята Лутца. А для того, чтобы выпотрошить одноместную лоханку с единственным жилым помещением на борту, требовалось немногое. Два точных пуска «Пираньи». Первый – в движки, второй – в участок брони, под которой располагался контроллер блокировки скафандра в пилотском кресле. И все! Завершить процесс мог кто угодно. Без какого-либо риска для жизни или здоровья. Последовательность дальнейших действий была примитивна до безобразия: плазменным резаком отделить кресло с намертво заблокированным в нем Циклопом от несущей рамы, заставить систему жизнеобеспечения скафандра переключиться на автономный режим и, пользуясь ранцевыми двигателями, доставить добычу на «Кречет». Минимум риска, минимум героизма и… никакого ощущения, что ты – действительно Демон.

– Герман! Потерпите еще недельку-полторы, – додумав мысль до конца, попросил я. – Сейчас у нас жуткий цейтнот. А если получится все то, что мы задумали, то нормальных абордажей вам хватит за глаза.

– Хорошо, босс. Работайте спокойно. Мы – в норме.