Ведунья против короля - Вера Чиркова

С крыльца донеслись удары, сначала осторожные, затем все более решительные и громкие, но никто из разведчиков и не подумал бежать открывать двери. Пусть ломают, если имеют такие полномочия.

Напарники и ведуньи расположились на галерее, огибавшей на высоте второго этажа просторную прихожую, и затаились в тени, ожидая появления егерей. Однако едва дверь со скрипом и треском сдалась под натиском магических ударов, первым в дом вошел шаман. И без единого слова, не выставив условий и не выяснив, есть кто-то в доме или все ушли смотреть фейерверк, поднял перед собой боевой жезл, ударив по лестнице, дверям и углам градом жарко светящихся шариков. Затлели портьеры и ковры, занялся пламенем висевший у камина плетенный из соломки лапоть, в котором, по поверью, живет дух дома.

В тревоге за жену Гард метнулся в тот угол, где в последний раз ее видел, но озадаченно замер, ощутив окативший спину холод. Глянул через перила вниз и невольно поежился. Шаман лежал на полу рядом со своим страшным оружием, и его лицо было белым и спокойным. Только поблескивало в свете ночника алмазными кристалликами льда.

– Ланс, вы тут? – раздался от входа осторожный вопрос Звена, и через несколько секунд маг шагнул в дом, бдительно осматриваясь по сторонам.

– Как вы вовремя, – с облегчением отозвался Ланберс, выходя из своего укрытия. – А мы уже собирались отбиваться.

– Пришлось ускоряться, остальные еще идут, – пояснил вошедший следом за магистром Шайонс и окинул быстрым взглядом помещение: – А где хозяин?

– В тайнике. – Лита успела первой спуститься вниз и уже рассматривала ледяное лицо шамана. – А вы его того… навсегда?

– Нет. Хотя он и заслужил. Это заклятие называется «ледяная амфора». Он сейчас просто замедлен и отделается обморожением носа, – объяснил Звен, ловко избавляя шамана от оружия, зелий и амулетов. – Вот второму досталось сильнее, но и он выживет.

– Но раз шаманы не вернутся к своим, значит, к ним скоро придет подкрепление? – забеспокоилась Дилли. – Не пора ли нам подумать о защите? Или у вас другой план?

– Сначала неплохо бы умыться и выпить по стакану взвара, – взмолился Шайонс. – Пришлось несколько часов лежать на дне телег с картошкой. Ланс, нужно встретить Эршеля, он ни в какую не пожелал переждать в безопасном месте. Брэн приведет их под отводом глаз, мы опередили всего минут на пять. Кстати, привратник сбежал, едва увидев нас.

– Гард покажет вам ванную, а мы сделаем взвар, – заторопилась на кухню Дилли.

Пока король с охраной не окажутся здесь, рано и бессмысленно строить планы и думать о спасении хозяев дома.

– Как ты представляешь себе наше нападение на дворец? – осведомилась Лита, нарезая найденные в кладовой колбасы и окорока.

– Пока никак, – осторожно ответила старшая сестра. – Нужно послушать, что они узнали.

– А тем временем наступит утро, – многозначительно намекнула младшая, – и шаманы обнаружат пропажу собратьев. Или еще кто-то, егеря, допустим. И придут сюда всей ордой. Как думаешь, уцелеет на этом месте хоть клок травы или камень? Он сегодня только разок посохом махнул, припугнуть хотел, как я понимаю. А комната чуть не сгорела.

– К чему ты клонишь? – замерла Дилли.

– Такой толпой мы во дворец не пройдем. А нам нужно защитить липовых бастардов. Их матушки и тетушки желали праздника, а расплачиваться за это придется, как всегда, детям. Но если нас раскусят заранее, у ворот или при подходе, этих наивных лжепринцев спасать будет поздно. Ты же видишь, как жестоко карают шаманы за малейшее неповиновение.

– Я обещала Гарду… – заикнулась леди Тровенг, глянула в презрительно-насмешливые глаза сестры и прикусила язык.

Ей и самой было понятно, как опрометчиво она поступила, давая любимому слово, но ничего изменить уже не могла.

Да и не желала. Истинное семейное счастье – это редкое чудо, оно невероятно чутко и хрупко, и потому его нужно очень тщательно оберегать от любых происков каверзной судьбы. Но сильнее всего оно обычно страдает от собственной лжи, невнимательности и грубости. Обманешь сегодня, не выполнишь обещаний завтра, в очередной раз забудешь сказать доброе слово – и однажды вдруг обнаружишь вместо живого, жаркого семейного очага кучку холодной золы.

– А я никому ничего не обещала! – Чижик с вызовом вздернула нос. – И потому могу действовать так, как считаю нужным.

– Это неправильно, – подумав, уверенно заявила Дилли. – Да, вслух ты таких клятв не произносила, но, вступая в отряд, каждый по безмолвному уговору обязуется выполнять некие неписаные правила. Один раз мы с тобой их нарушили, но тому была веская причина – сигнал Леара. Ведь только мы с тобой могли верно расшифровать его значение и осознать, что от нас ждут немедленных действий. А сейчас обстоятельства совершенно другие. И они не постоянны, все может измениться в любой момент. Поэтому ты не имеешь права решать только за себя. Если к шаманам придет подмога, нам может понадобиться твоя помощь. Мне тоже жаль ни в чем не повинных наивных лжебастардов, но им пока ничего не угрожает. А Эршель с Леаром и Лансом в эту минуту бредут где-то по городу, кишащему шаманами и пьяными солдатами. И если узнают, что ты ушла геройствовать в одиночку, ринутся за тобой, даже не смыв с себя картофельную пыль и не выпив по кружке воды.

– Умеешь ты отравить настроение! – Лита резко отложила нож и обессиленно опустилась на дубовый стул. – Прости, Дилли, я не со зла. Просто привыкла действовать быстро и никак не могу притерпеться к их манере каждый шаг обдумывать со всех сторон по полчаса.

– Потому что не хочешь принять простую истину, – резковато ответил за ведунью вошедший на кухню Шайонс, уже чисто умытый, в свежей темной рубашке с графскими вензелями на плече. – Магистры всегда помнят, что за их решениями стоят чьи-то жизни, и больше всего боятся ошибиться. Вот и не спешат, не по одному разу перепроверяя свои планы. Хотя в исключительных случаях могут действовать очень быстро. Вот Звен сегодня уложил одного шамана молнией, пущенной от самых ворот. А потом мчался сюда как смерч и бросил заклинание, не успев даже шагнуть на крыльцо. Но все равно в обоих случаях не стал убивать халгирцев, помня, что они не выглядят хозяевами дворца, – скорее слугами или наемниками, выполняющими оговоренную работу.

– Садитесь есть, – поспешила воспользоваться его передышкой Дилли. – Хотя все это и верно, но я тоже переживаю за бастардов. Слишком жесток он… человек, которого мы пока не знаем. И потому много рассуждать сегодня не придется. Я уже все обдумала и нашла единственный способ провести в королевский замок сразу весь отряд. Как только все перекусят, двоим магистрам придется надеть личины захваченных шаманов и вести нас во дворец. Всех. Мы с Литой будем бастардами, остальные – сопровождающими и хозяевами дома. Только одно меня волнует: что становится с домами тех жителей, которые нарушили указ и попали в королевские владения?

– Я могу ответить. – Шайонс покосился на примолкшую Литу. – Эти особняки занимают шаманы и командиры егерей. За предательство и жестокость в Айканире нынче платят очень щедро.