Чертовка на выданье - Кристина Логоша

– Таблетки, в верхнем ящике, – прохрипел Ричард, указывая на стол.

Черт кинулся к шкафчику, достал белый флакончик с пилюлями. Высыпал несколько белых шариков на ладонь и протянул больному. Дрожащими пальцами монарх принял лекарство, не запивая его водой. Его сбивчивое дыхание становилось ровным, а цвет лица принимал натуральный оттенок.

– Сердце уже немолодое. Тяжело переносит любое волнение, – хватал монарх большие глотки воздуха. – Так что на счет моего вопроса, Элла? Я могу рассчитывать, хоть на призрачную надежду?

Даниэль раздумывал. Ухаживания короля сильно ущемляли мужскую гордость, но, с другой стороны, король дарил очень дорогие подарки. До конца договора Мизриэль и Бриера оставалось полмесяца, и каким бы ни был исход этой сделки, потом бес может исчезнуть. К тому же смерть короля не на руку Мизриэль. Во всем королевстве будет траур, и ни о какой свадьбе в этот период не будет и речи.

– Ваше Величество, что же вы себя так не бережёте? Конечно же, когда мое сердце остынет по усопшему супругу, я буду готова к новым отношениям… – На лице короля появилась слабая улыбка. – А у вас больше нет драгоценностей, подобной той, которую вы мне подарили? Знаете, подобные безделушки меня очень радуют и помогают отвлечься от печальных мыслей.

***

– Я хочу есть все, что хочется, и никогда не поправляться.

Внушительных размеров миледи сидела в огромном плетеном кресле, которое лишь чудом не рассыпалось под её весом. В руке надкушенный эклер, сахарная пудра от которого пристала к верхней губе и походила усы. Даже заключая контракт, дамочка не прекращала сиесты. На многоярусной пирожнице её ожидали другие шедевры кондитерского искусства.

– Вы хотите оставаться в том же весе, что и сейчас? – решила уточнить.

– Что вы, я хочу быть стройной, вот как вы, и никогда не поправляться, – она бесцеремонно ткнула в меня пухлым пальцем. – Меня достали грамотейки, которые утверждают, что для того, чтобы быть в форме, нужно все время себя ограничивать и питаться ботвой.

– Овощами?

– Да, теми уродливыми безвкусными крючками. Моя семья – потомственные кондитеры, мы все немного крупноваты, но вы же знаете, как тяжело найти приличного джентльмена в мужья, когда ты немного отличаешь по комплекции.

– Знаю, – ответила немного грустно, – хорошие мужчины на вес золота, и спрятано оно в чужих кошельках. Ваш контракт, – протянула бумагу для подписи.

Пышка вытерла о платье испачканные в сладостях руки и поставила размашистую закорючку. Размяла затекшие конечности и закрыла глаза ладонями в ожидании чуда. Я взяла вилы, трещавшие от магии, и потоком силы превратила толстушку в маленькую грациозную девушку. Лицо её не изменилась, но исчезли все наеденные килограммы, и платье обвисло на стройном теле. Заказчица засмеялась, подпрыгнула с кресла, рассматривая себя со всех сторон.

– Не может быть! Я чувствую себя такой легкой! И мне так свободно дышится… Я даже могу подпрыгнуть, – она прыгала от радости. – Не может быть! Подруги умрут от зависти.

– Мечты сбываются. Теперь ваша часть договора, – из груди девушки вырвался светящийся огонек, отливавший розовым и голубым, как глазурь на пирожных, которые она любит, и спрятался в моей сумке.

– Спасибо вам, Мизриэль. Я никогда не была так счастлива. Мои сладости, – она подошла к столику, взяла корзиночку с разноцветным кремом, с удовольствием откусила и недовольно скривилась, словно проглотила луковицу, и выплюнула кусочек. – Испортилось, наверное.

Взяла следующее, а за ним еще одно. Кондитерские изделия её казались отвратительными на вкус.

– Мизриэль, какая-то ошибка! Мы же договаривались, что я буду есть, что захочу, и не поправляться.

– Дорогая заказчица, ну в каких сказках вы видели, чтобы женщины ели все подряд, и это не портило фигуру? Я свою часть договора выполнила, вы теперь стройная, и можете есть, что хотите. Но, к сожалению, у меня нет возможности приходить к вам каждые две недели и приводить вас в форму. Поэтому я немного подкорректировала ваши вкусовые предпочтения, благодаря которым вы не испортите новое тело.

– А что мне теперь, вообще не есть?

– Есть, конечно! Зеленые крючки, которыми вас стращали подруги. Но им вы можете рассказывать, что ваша диета состоит сплошь из сладкого. Всего хорошего и спасибо, что обратились к нам!

Заказчица хотела возмутиться, но поняла, что уже поздно, и промолчала. Я была рада, что сегодняшний контракт обошелся без драмы. Приятно, когда клиенты понимают, что не стоит спорить с тем, у кого магическая сила.

Оставила чужой дом и села в рабочий транспорт. В тишине возвращалась к особняку де Вьер. После вчерашней перепалки с Себастьяном я решила не приходить сегодня во дворец на благотворительный прием, посвящённый барсукам – эти скелеты уже всех достали, зверей уже нужно спасать от них. Мне нужно было побыть одной. Есть те, кто своей болю делиться с другими, собирают вокруг себя сострадающих, и словно отрывают по кусочку горе, уменьшая его в себе. Я не из их числа, я привыкла бороться со своей болью в одиночку, выжигая её вместе с растоптанными чувствами и даже собственным сердцем.

Подъезжая к дому, заметила незнакомых лошадей, привязанных к ограде. Во дворе творилось что-то невообразимое: слуг выставили на улицу, чем они были крайне недовольны и выказывали свой протест. Сардиния стояла рядом с перепуганной Эллой, которая погоняла сыскных острым словцом.

– Что здесь происходит? – спросила я громко, обращая на себя всеобщее внимание.

– Миледи де Вьер, козочка моя, а я вас ждал, – из дома вышел Себастьян. – Вы же не забыли о нашей сделке? Пять миллионов сами себя не вернут.

– Это вы забыли, мистер Бриер. У меня еще есть две недели для погашения задолженности.

– Вот именно – две недели. А раз за прошедшее время вы мне ничего не вернули, я решил стребовать с вас половину суммы. Вот, привел приставов, чтобы они подтвердили законность моих действий. Завтра все ваши вещи, включая дом, пойдут с молотка в счет погашения половины задолженности.

Его глаза сияли от злости. Я понимала, что это месть за то, что я отвергла его. Но он этого заслуживал! Раненное животное кусает больнее. Эта мысль меня даже позабавила, и, не давая Бриеру насладиться моим замешательством, я произнесла:

– Вещи, что на мне, тоже изымать будете?

Он улыбнулся, и на щеке появилась приятная ямочка.

– Заберу их вместе с вами через две недели.

– Тогда следите за чистотой в особняке, поливайте газон, и жалование слуг тоже на вашей совести. Чтобы через две недели, когда вы освободите мой дом, здесь было все, как до вашего прихода, – вменила я ему в обязанности и обратилась к Даниэлю и Сардинии: – Пойдемте, нас ожидают в другом месте. А сюда мы еще вернемся.