Магия горит - Илона Эндрюс

Вампир снова опустился на пол.

– Доволен?

– Да.

– Похоже, ты разочарован. Неужели тебе так приглянулась идея управлять мной после обращения?

Морда упыря исказилась: значит, Гастек где-то в бронированной комнате в глубинах «Казино» подмигнул мне.

– Как вульгарно, Кейт. Хотя из тебя вышел бы превосходный экземпляр. Ты в отличной физической форме и сложена хорошо. Не далее как сегодня утром я просмотрел пачку заявок. Половина кандидатов страдает от недоедания, у остальных – непропорциональные фигуры.

Гастек во всей красе. Эстет недоделанный.

Я вздохнула. Когда же он доберется до цели своего визита? Время шло, пора отправляться на поиски Джессики.

– У меня сегодня весьма плотный график. Буду признательна, если будешь попроворней.

– Прошлой ночью наш патруль обнаружил необычную нежить. Цепкие волосы, когти, прелюбопытная энергетика.

Когти, говоришь? Я перебрала в голове детали вчерашней битвы: ривы выпускали когти, когда подбирались ближе, готовясь убить. Ко мне одна за другой вломились две ривы, а вот третья появилась позже. Она где-то задержалась.

Я брякнула наугад:

– И быстро необычная нежить расправилась с вашим патрулем?

Если Гастек и удивился, вида не подал.

– Меньше чем за десять секунд.

– Печально, правда?

– Это был молодой вампир. Мы его только заполучили.

Тоже мне повод…

– И почему я должна волноваться?

– Мы проследили энергетический след до твоей квартиры. Насколько можно судить по виду, открывшемуся в окно, помещение сильно пострадало. Хотя дверь, похоже, установлена новая. Старую сломали?

– И весьма эффектным способом.

Вампир помедлил. Вот мы и добрались до сути.

– Племя хотело бы заполучить эту особь.

Флаг вам в руки. Несомненно, Гастек был самым умелым повелителем мертвых в городе. Лучшие наемники и крутые вампиры. Взглянуть бы на него, когда он пожертвует несколькими своими кровососами ради попытки захватить риву – и все лишь ради того, чтобы в результате она обратилась бурой жижей.

– Как-то ты странно улыбаешься…

– Ничего не могу поделать.

– Раз уж все случилось у тебя дома… Племя просит тебя о содействии. Что именно ты знаешь, Кейт?

– Совсем немногое, – предупредила я.

– В любом случае расскажи.

Да уж – Племя и правда жаждало обзавестись ривой. Возможно, им надоело управлять старыми добрыми вампирами.

– А мне-то что с того?

– Денежная компенсация.

В тот день, когда я возьму у Племени деньги, я перестану быть человеком.

– Не интересует. Другие предложения?

Упырь, разинув рот, уставился на меня, пока Гастек раздумывал над вариантами. Я взяла пару бланков со стола, сунула их в пасть вампиру и потянула за края вниз.

– Что ты делаешь? – осведомился Гастек.

– Дырокол сломался.

– Никакого уважения к нежити!

Я вздохнула, изучая рваные отверстия на бумаге:

– У всех есть недостатки. Ты нашел выход или мне можно отправляться по своим делам?

– Я буду должен тебе услугу, – предложил Гастек. – Сейчас или потом, когда пожелаешь, я выполню твою просьбу. Разумеется, если не потребуется причинить вред себе или моей команде.

Я задумалась. Предложение серьезное. В руках опытного повелителя мертвых вампир становился непревзойденным оружием, а Гастек не просто опытен – высококвалифицирован. Такая услуга всегда пригодится. Даже если рива попадет в его загребущие ручонки, он примется испытывать тварь, стараясь определить, насколько она сильна. А та, как только получит серьезные повреждения, превратится в лужу слизи.

И в чем подвох?..

– Максин?

«Да, дорогая…»

– Гастек пообещал мне услугу за содействие. Есть какой-нибудь бланк, чтобы задокументировать наше соглашение письменно?

«Разумеется».

– Хочешь, чтобы я подписал договор? – вмешался Гастек.

– Ага.

Вампир разразился чередой задушенных хрипов, и до меня дошло, что он попытался воспроизвести смех хозяина.

* * *

В кабинет вошел Дерек. Он прислонился к стене, скрестив на груди руки.

– Твой товарищ все еще жив, – заметил Гастек, просматривая документы. – Надо же…

– Он очень стойкий.

Подпись Гастека в точности соответствовала росчерку на документах, завизированных им лично. Сей факт свидетельствовал о том, что он полностью контролирует кровососа. Это куда круче, чем просто заставить ползать по стенам или размахивать когтями. Я нехотя восхитилась уровнем его профессионализма – от повелителя мертвых у меня мурашки по коже бегали.

– Я весь внимание, – сказал он, как только Максин унесла бумаги к себе.

– Пару дней назад пропал любительский ковен. Ведьмы исчезли прямо с шабаша в расщелине под Ульем. Я пришла туда по другому заданию и обнаружила бездонную дыру, море остаточной некромантской магии и реки крови. А вот тел не было.

– Продолжай…

– Я подобрала дочь одной из ведьм.

– Та девочка, что забегала в кабинет незадолго до тебя? Не хотел ее пугать.

– Да. – Ни к чему объяснять, что у Джули вампирофобия, а поскольку магия ушла, уловить энергетику нежити малышка не сумела. Чтобы Гастек не начал ничего додумывать, добавила: – Она попросила меня о помощи, и я предоставила ей защиту ордена. Потом забрала девочку к себе, а ночью на нас напали.

– Сколько было нападавших?

– Трое, не считая погонщика.

– У них был погонщик? – напрягся Гастек.

– Да.

– Человек?

– Не совсем.

Я описала пастыря Блогора, заострив внимание на щупальцах, подробно описала рив и их волосы, когти и токсичную слизь на упомянутых когтях. Объяснила про морского демона, хотя о том, откуда информация, умолчала. Могла бы скрыть от Гастека экстравагантные особенности процесса гибели тварей, но сделка есть сделка, поэтому я выложила все начистоту: детально поведала, как они превращаются в жижу.

Зато историю о том, как сама едва не умерла, отредактировала, сократив до «получила удар в спину, отправила риву на тот свет и позвонила помощнику, который и доставил меня к целителю». Главное, почти не соврала. Насколько мне известно, никто не догадывался о том, что я могу подчинять вампиров, и для моей же безопасности лучше сохранить информацию в тайне.

Пока Гастек переваривал информацию, упырь изображал статую. Племя считает, будто у них монополия на занятия некромантией. Наверное, сама мысль, что по городу разгуливает посторонний погонщик, пусть даже демон, бесила Гастека.