Вороны Одина - Мелисса Марр

— Стоп, — сказал Расти, когда Мэтт напрягся.

— Я не…

— Ты собирался бежать к этой двери. Твой дедушка хотел, чтобы ты подождал здесь, и я должен быть уверен, что ты это сделаешь. Я не хочу причинять тебе боль, сынок.

— Ты уже это сделал.

Мэтт ненавидел нотки шока, все еще звучавшие в его голосе. Он говорил как маленький ребенок, ошеломленный тем, что взрослый ударил его. Он должен был стать чемпионом Тора. Борцом. Старые правила не в счет. Вот только чувствовалось, что так оно и есть. Он дотронулся до челюсти и поморщился, как от боли, так и от затянувшегося удивления, что Расти его ударил.

Он пытался пойти за дедушкой. Объяснить, что Болдуин не умер. Но Расти схватил его, и когда он вырвался, Расти ударил его, и этот удар сбил с ног.

Мэтта потрясло не только то, что это сделал Расти. Именно так он и поступил, без всякой злости. И никаких извинений. Он отправил Мэтта в полет, а потом дал ему еще одну дозу транквилизатора. На этот раз парень не потерял сознание.

— Это просто чтобы ты успокоился, сынок, — сказал Расти. — Пока этим занимается твой дедушка.

Транквилизатор успокаивал Мэтта, все в порядке. Так успокаивал, что тот едва мог двигаться. Это было все равно что заправиться у дантиста, только от этого он не чувствовал себя счастливым… голова кружилась, а конечности отяжелели, практически пригвоздив его к стулу.

Он пытался объяснить Расти, что Болдуин не умер. Но мужчина только улыбнулся, будто Мэтт был маленьким ребенком, рассказывающим сказки… и не очень хорошо. Так что Мэтт сидел, изо всех сил стараясь прислушаться к разговору в соседней комнате. Но он не мог уловить ничего, кроме шепота голосов за толстыми деревянными стенами.

Он должен был выбраться отсюда. Он должен был объяснить.

Мэтт сосредоточился на двери, собираясь с силами, чтобы вскочить и выбежать из комнаты…

Паренек едва успел напрячься, когда Расти сказал:

— Стой, — точно зная, что тот задумал.

— Расслабься, сынок. Скоро все закончится, и ты сможешь вернуться к родителям. Они очень беспокоятся о тебе. Я слышал, твой отец каждую ночь ходит на поиски. Весь день и всю ночь. И твои братья тоже. Бедная мама ждет тебя дома, надеясь, что ты вот-вот войдешь в ту дверь. И ты это сделаешь. Всего за пару часов. Ты увидишь их, и все будет хорошо.

— Фин не убивал…

— Суд будет решать. Если нет, то с ним все будет в порядке.

— Мой отец — шериф. Я знаю, что Фин не будет в порядке. Его арестуют, ему предъявят обвинение, и если выпустят под залог, то он отправится в приют, и почти наверняка не выйдет под залог, потому что они думают, что Фин кого-то убил, а это значит, что он будет сидеть в тюрьме до тех пор, пока его не арестуют…

— Задержание несовершеннолетних, а не тюрьма. Судя по тому, что я слышал, мальчику это пойдет на пользу.

— Фин…

Дверь открылась. В проеме стоял дедушка. Мэтт вскочил, и когда это сделал, ослабшие ноги подкосились, и он почти упал, едва успев ухватиться за стул.

Дедушка даже не пошевелился, чтобы помочь Мэтту прийти в себя. Подошел Расти, но Мэтт отмахнулся от него и повернулся к деду, который стоял с отсутствующим взглядом, будто не заметил, что Мэтт споткнулся.

— Похоже, произошла ошибка, — сказал он. — Бальдр-Болдуин все еще жив.

— Значит, Фин… полиция не забрала Фина? — спросил Мэтт.

— Нет.

Мэтт рухнул в кресло и выдохнул. В голове у него все еще стоял туман, а руки и ноги, казалось, налились свинцом, но он сумел обрести дар речи.