Тёмная магия - Сергей Куц

– Как ты посмела?

От голоса мага, от ее ледяного тона девушка вздрогнула и опустила взор к полу.

Волшебница наполовину обошла девушку, словно со стороны окна могла глубже заглянуть в душу.

– Ты соблазнила моего стража, – прозвучало как приговор.

– Я… – пискнула Эван и замолчала, не ведая, о чем сказать.

Повисла томительная пауза. Девушка боялась поднять взор и не могла видеть, проявилось ли иное отношение к ученице на лице темного мага, нежели гнев.

– Ну, говори!

Эван все же посмотрела на фрау Калиссандру. Ее окаменевший лик не выражал ничего.

– Это была не я, – вдруг вырвалось у девушки, отчего стало еще страшней, чем прежде. Отец не выносил, когда кто-то из дочерей сваливал свою вину на других, и тогда за проказу доставалось куда крепче, чем могло бы.

– Не ты?

Темный маг усмехнулась.

– Не ты, говоришь, – произнесла Калиссандра ди Каллис. – Знаю, что не ты, и уже убедилась, что не ты, но сущность внутри тебя пробудилась. Было бы иначе – не избежать тебе выжигания. По меньшей мере так требует уложение темной школы, но с тобой все иначе. Помнишь наш разговор про суккуба?

Эван помнила и не знала, радоваться ей сейчас либо плакать. Выжигание страшнее смерти, только не ужаснее ли пробуждение внутри нее по-настоящему демонической сущности?

– Посмотри на себя! – потребовала фрау Калиссандра. Гнев в ее голосе как будто сходит, становится меньше.

Эван оглядела себя. Непонимающе. Посмотрела на ночную рубашку, на руки.

– Не на то смотришь, – с издевкой в голосе произнесла маг. – Вчера ты подняться с кровати не могла, а сейчас? Чувствуешь в себе слабость?

– Нет, – призналась ученица.

– Поверь, это заметно, – сказала Калиссандра ди Каллис, – и желтые, которые вот-вот появятся, тоже все увидят и сделают выводы.

– Какие?

– О том, что суккуб проявил себя.

Темный маг сжала кулаки, негодование вновь начало завладевать ею.

– Совет академии только-только оставил тебе жизнь и право быть ученицей темной школы. Знаешь почему?

Фрау Калиссандра не думала дожидаться ответа, она продолжила, едва перевела дыхание:

– Потому что я уверила совет, что до проявления иной твоей сущности еще очень много времени. Я говорила, что темная школа сумеет подготовиться к моменту пробуждения и суккуб не возьмет над тобой верх.

Взгляд волшебницы вновь сделался острым, как клинок. Он вонзился в грудь Эван, и девушке почудилось, что сейчас откроется рана, из которой хлынет кровь.

– Очень странно, – молвила Калиссандра ди Каллис. – Я по-прежнему вижу перед собой Эван ди Рокк. Мою ученицу, а не суккуба, за которым первая отнятая жизнь.

– Герр Патрик… – пролепетала девушка.

– Он в порядке, – ответила маг. – Ты смогла остановиться, и это удивительно. Ты не маг, не умеешь овладевать силой и держать ее в узде, однако смогла прерваться, когда получила достаточно сил, и не выжала моего ликтора без остатка. Ты взяла столько, сколько не повредит Патрику.

– Это была не я.

Фрау Калиссандра как будто не слышала ученицу:

– Ты не умеешь направлять силу, но на время перехватила узы – и между нами, и между мной и Патриком.

В глазах темной волшебницы вновь вспыхнул огонь ярости.

– Более никогда! Не смей быть вместе с моими ликторами без моего на то соизволения! Уразумела?

Голос Калиссандры ди Каллис сорвался на крик. Эван захотелось исчезнуть, она вжала голову в плечи и произнесла:

– Я поняла.

Архант темной силы шумно выдохнула, успокаивая себя.

– Меж мной и ликторами особые узы, – сказала она после непродолжительной паузы, – и твое вмешательство нарушило их. Исток моей силы поврежден.

Лицо фрау Калиссандры исказилось от злости. Дабы остыть, она подошла к окну, рассматривая утро за пределами лекарского дома. Снова возникла молчаливая пауза. Более продолжительная, чем прежние, и Эван хотелось, чтобы она не закончилась никогда.

– На счастье, – волшебница обернулась к ученице, – ни сегодня, ни завтра значительных магических сил мне не потребуется, но более никогда не ищи близости без моего прямого указания – ни с моими ликторами, ни с кем бы то ни было еще! До тех пор, пока ты ученица академии. Это первый урок, что ты должна – нет, обязана! – уяснить.

– Да, фрау Калиссандра, – Эван покорно склонила голову, – я поняла.

– А второе… Если кто-нибудь прознает, что суккуб проснулся, тебе конец!

Темная волшебница подошла к ученице. Пальцы мага коснулись подбородка Эван, подняв лицо девушки; два взгляда пересеклись. Маг заговорила, глядя на ученицу не моргая:

– Источник темной силы – в чувственной близости, – сказала архант, добавив: – Ты знаешь про это.

Девушка поспешно кивнула, соглашаясь, и она не смела вырвать подбородок из хватки мага. Эван кивала осторожно. Даже сейчас, когда длинные ногти волшебницы с силой надавили на кожу, причиняя боль.

– Твой дар многократно увеличивает приток темной силы.

Эван мысленно застонала, прозвав дар, как его величает наставница, своим проклятием!

– Такую, как ты, темная школа не встречала уже семьсот лет.

Маг отпустила девушку и, отступив от нее на два шага, задумчиво уставилась в пустоту. Удобный момент, чтобы растереть подбородок. Ногти волшебницы оставили на коже Эван отчетливые вмятинки.

– Фория ди Кхара в конце концов обратилась в истинное чудовище в человечьем обличье, – продолжала маг, – на ее счету не меньше семи десятков жизней. Ее выжгли, но темная школа многое потеряла, не изучив дар Фории. Теперь же у нас есть ты.

– Не хочу как Фория. – Девушка отчаянно замотала головой. К горлу подступил комок. Только бы не разрыдаться!

– Форией ты не станешь. – Волшебница изучающе, с головы до ног оглядела Эван. – Хотя сущность суккуба уже дважды проявила себя. Сначала нашла в тебе и отдала тебе твои же собственные силы, когда ты в первый раз очутилась в лекарском доме. Нынче и вовсе пробудилась, чтобы забрать силы у Патрика. Почему-то я была уверена, что мой ликтор неподвластен соблазну суккуба, и я ошиблась.

– Эта была не я!

Эван села на кровать, спрятав лицо в ладонях. Она разрыдалась. Суккуб! Суккуб! Суккуб! За что ей это?

– Успокойся. – Рука мага коснулась плеча ученицы. Голос Калиссандры ди Каллис зазвучал по-матерински мягко. – Я помогу тебе, и вся наша школа поможет. Уже дважды я проморгала суккуба, но обещаю, что сделаю все, чтобы подобное никогда не повторилось! Узы помогут мне… Помогут нам! Они больше не подведут! Прекрати рыдать.