Суженая мрака - Ольга Гусейнова

Кузина села рядом со мной на кровать, и я сразу ее обняла, выплескивая боль и обиду:

— Я же не Древний, не могу годами безвылазно любоваться яйцами, мне хочется полета, жизни, свободы. А я в замке как привязанная. Чем дальше, тем реже меня выпускают за пределы дома. Тай с Лииром уже даже в Халею летали… по бабам, а я взаперти в четырех стенах. И единственное, о чем со мной говорят, — это как поживают яйца…

Адара обняла меня за плечи, мягко погладила по спине и неожиданно призналась:

— Я тоже очень хотела учиться. Бабушка в свое время не позволила, держала меня при себе, как прислугу, а потом Хейдар и брак, и …

Я отпрянула от Адары и вскинула на нее потрясенный взгляд:

— Так ты не училась в Академии драконов, как все драконы?

— Нет, — грустно призналась она и с мягкой улыбкой поведала, — я много чего только с вами узнала и попробовала: заботиться о яйцах, дурачиться, баловаться, купаться в озерах, гоняться за зверюшками по лесу, шпионить за предателями клана… Пятнадцать лет в Синем клане стали самыми чудесными в моей жизни! Я словно в сказку попала, в детство.

— Эх, если бы нас обеих отпустили, вот весело было бы, — выдохнула я в отчаянии.

— Угу, — кивнула Адара, — одной мне боязно, а с тобой и парнями я бы тоже решилась поступить.

Я откинулась на спину и, сложив руки на груди, задумалась. Можно было бы сбежать из дома и поступить самой. В конце концов, я могу учиться не в Академии драконов, что находится у границ Высокогорья, а, к примеру, в Халее. Тоже недалеко, никакой угрозы разрыва связи с яслями нет. Обучение везде платное, но мы с Адарой не нищие сиротки. Кузине в наследство досталось все немалое имущество Микуды, а мне от родителей — более чем приличное приданое, как шутила Фиала. Сквалыга Дамрис не посмел на него покуситься. У мертвых не воруют — это страшный грех, боги могут наказать. При этом я нисколько не тратила из него, ведь мое содержание полностью взял на себя Синий клан. Конечно, все расходы полностью окупились моей работой в яслях, но как можно оценить любовь семьи, Хашера и Фиалы, заботу Майдаша и Кло, всего нашего клана? Никак — они бесценны! Родных не выбирают, пусть я и выбрала семью.

Побег из дома… Смешно, если бы не было грустно до слез. Я люблю родных и знаю, что меня любят не меньше. Конечно, понимаю, что у Хашера и Майдаша своя «правда», но абсолютно уверена: ситуация к лучшему не изменится. Чем дальше, тем больше драконов и темных будут знать о сильной светлой — хранительнице магии Древнего. Я стану заложницей дара и клана. Таких как я излишне светлых драконов много, к примеру, многие зеленые драконы — целители, а ведь они учатся, живут полной жизнью. Еще недавно их вообще презирали из-за дара, но стоило могущественным крылатым осознать, что без целителей умирает потомство, ситуация начала стремительно меняться. И я попала под раздачу. Жизнь — боль.

В мою комнату скользнули две мужские фигуры — Тайрен и Лиир. Явились бесшумно, словно кошки, виновато помялись у порога, потом подошли к кровати. У обоих толстые косы, синяя и серая, доросли до лопаток — волосы у драконов растут медленно из-за особенностей магии.

— Мы решили забрать тебя с собой втихомолку. Когда обнаружат твое отсутствие, будет поздно, ты уже поступишь в академию, — тихо объявил Лиир.

— За твою безопасность мы отвечаем. Ни на шаг не отойдем, — добавил Тайрен.

Я перевернулась на бок, подперла голову кулаком и весело посмотрела на этих великовозрастных балбесов. Все же моей «личности» было сложно привыкнуть, что двадцать пять для человека и двадцать пять для дракона — это несоизмеримые понятия. И вроде бы взрослые парни сидят передо мной, умные, опасные, красивые и сильные… почти мужчины, от которых сходят с ума от вожделения местные и чужие красотки, но вот именно что «почти» мужчины. Им еще взрослеть и взрослеть.

— В сумке ее понесете? — с иронией опередила меня Адара.

— Почему, как обычно… — не понял Лиир.

— Меня не выпустят, а вас проверят до исподнего перед отлетом. Нас слишком хорошо знают, — уныло ответила я. Вздохнула и добавила: — Я не хочу тайком, не хочу против воли родителей, не хочу прятаться, как крыса. Я ни в чем не виновата, чтобы скрываться от погони, как преступник.

Тай открыл рот, чтобы высказаться, но в этот момент внутри у меня разлилось знакомое тепло. Я радостно улыбнулась и, соскочив с кровати, ринулась к двери.

— Что случилось? — напрягся Лиир.

— Кайла вылупляется, скоро ты станешь старшим братом! — хихикнула я, вылетая в коридор.

Мы вчетвером быстро прибежали в ясли, но все равно не успели — Кло и Майдаш уже держали на руках свою новорожденную дочь. Вернее, папочка держал, а мамочка склонилась над ней. Мы так и замерли рядом со счастливыми родителями, с восхищением глядя на них. Кло сияла материнской любовью, ворковала с малюткой, целовала ее маленькие ручки и ножки, щекотала пузико и тихонечко смеялась, когда гулила дочурка. Лиир, забыв о нас, присоединился к родителям и сестре и сам отдался этому необыкновенному моменту — чуду рождения.

Майдаш поднял счастливый отцовский взгляд от малютки и посмотрел на меня. Я радостно улыбалась, но, стоило нашим взглядам встретиться, перестала. Уверена, серый дядюшка вспомнил мой вопрос: позволит ли он жить полной жизнью своей дочери или закроет вместе со мной? В его серых, штормовых глазах заклубилась тьма, темные брови сошлись у переносицы, но не хмуро, а задумчиво и с горечью. Неожиданно Майдаш покачал головой и улыбнулся мне, то ли виновато, то ли примирительно.

Разорвав наш зрительный контакт, я поспешила обниматься с Кло, поздравлять ее с дочерью. На самом деле второй ребенок всего за двадцать пять лет — это удивительно скоро для драконов. Обычно разрыв между детьми — века. Но Кло и Майдаш, эти серые повелители теней, удивили многих. Я бы сказала, они любят друг друга безумно, безоглядно и всепоглощающе. Кло и Майдаш вернулись в Серый клан, когда Лииру исполнилось десять, но он уже через день с истерикой вернулся к нам. Пришлось Хлоймитам жить на два дома. Когда год назад у них появилось новое яичко, то Кло и Майдаш вновь перебрались на ПМЖ к синим драконам.

В свою комнату я вернулась уже ночью — рождение Кайлы отмечали всем кланом допоздна. Только мне было грустно, хоть я и старательно улыбалась, чтобы не испортить праздник другим. Рядом все время сидела Фиала, по-матерински крепко обнимала меня, лишь раз шепнув, что все будет хорошо, она меня, свою доченьку, в обиду не даст. И вместе со мной сверлила взглядом Хашера, он же глядел на меня и сородичей внимательно, чуточку хмуро, задумчиво. А позднее я подловила их с Майдашем за серьезным тихим разговором, но не услышала, о чем шла речь.

Утром меня разбудили братья. Лиир пожелал доброго утра в своей обычной манере:

— Вставай, соня, там та-акое творится, а ты дрыхнешь!

Тайрен кинул мне платье и велел:

— Одевайся скорее!

Когда они такие, с ними лучше не спорить, поэтому встала, быстро умылась и оделась. Волосы заплести не успела, пока мы бежали к одному из балконов, выходящих во внутренний двор замка, они, отражаясь в зеркалах, летели за мной словно золотое пламя.